Чтение онлайн

– Что у вас тут творится?

– Ничего страшного. Можете передать Ларсу, что квартира в полном порядке, вещи вывезены, счета вовремя оплачены, деньги перечислены, жалоб соседей не было…

– Это то, чего он боялся… – пробормотала профессор, но у меня хороший слух, я уловила.

– Ларс зря боялся. Квартира в порядке.

– Я не о квартире. Линн, нам нужно поговорить.

– Слушаю, – я жестом предложила ей сесть, сама оставшись стоять. Помню этот совет: если хочешь быть выше переговорщика, постарайся усадить его перед собой, чтобы смотрел снизу вверх.

Но Уолтер не поддалась, хотя, думаю, не обратила на мою хитрость внимания.

– Давайте, поставим точки над «и».

Если она будет продолжать в том же духе, то я за себя не ручаюсь. Не получится по лестнице, выброшу в окно!

– Мы с Ларсом родственники, кузены, его отец…

– Какое это имеет значение?

– Вы ведь в отеле подумали совсем другое…

Она все-таки села, но не в кресло, а на диван, причем профессор Дж. Уолтер и здесь оказалась на высоте. Профессор так изящно откинулась на спинку дивана и закинула ногу на ногу, что я невольно представила реакцию Бритт: «Вау!»

Что ж, ситуация определенно требовала адекватного ответа. Я усмехнулась, подтащила от барной стойки высокий табурет и оседлала его. Все равно получалось, что я выше! Маленькая победа, но победа. Да, я не профессор с прекрасной родословной, всего лишь внучка профессора, студентка, у меня нет длиннющих ног, но у меня все впереди! Конечно, ноги я при всем желании не отращу, а вот в остальном еще посмотрим.

– Профессор, мне все равно, в каких вы отношениях с Ларсом Юханссоном. Вы хотите поставить точки над «и»? Пожалуй. Ларс отказался от меня, о чем сообщил письмом. И мне все равно, кто тому причиной – вы или какая-нибудь бойкая студенточка.

– Линн, в вас говорит обида.

– Конечно, кто бы не обиделся, если бы от него отказались? – в конце концов, почему я должна скрывать очевидное? Глупо хохриться.

– Ларс был прав, сказав, что вы никогда его не простите…

– Это он вас прислал?

Уолтер вскинула на меня глаза почти испуганно:

– Нет! Он не подозревает, что я здесь. Если узнает, ссоры не миновать.

Мне с трудом удалось сдержать довольный вопль и всего лишь усмехнуться:

– Ну, думаю, ваша прическа не пострадает…

Я не стала говорить, что, чувствуя себя виноватым, следовало бы прилететь самому. Профессор нахмурилась:

– У Ларса ученый совет и лекция, отказаться от которой он не может, прилетит только после нее, потому я решила опередить. Подождите его, по крайней мере.

– Зачем приехали вы?

– Я хочу вам помочь.

– Для помощи у меня есть друзья, если понадобится, обращусь к ним, профессор.

– Меня зовут Джейн.

Хотелось ответить: «Да хоть горгона Медуза!», но я промолчала. Это тоже хитрость, почерпнутая на факультете журналистики: внимательным молчанием собеседника можно вынудить сказать то, чего он не хотел бы говорить. Только нужно уметь вовремя замолчать и держать взятую паузу. Я сумела, сидела и смотрела на нее, без злости, без вызова, без трепета, просто смотрела, как на манекен в витрине магазина.

– Линн, вы же любите Ларса, а он любит вас, – Дж. Уолтер выпрямилась, она больше не следила за изяществом движений, но все равно оставалась леди, это не внешнее, это внутреннее.

Словно для контраста с ней я соскочила с табурета и встала, опершись о барную стойку и засунув руки в карманы джинсов, чего обычно не делаю.

– О Ларсе не знаю, думаю, вы ошибаетесь, а в отношении меня правы: я люблю Ларса, как бы он ко мне ни относился. Это будет всегда. – Ей-богу, при этих моих словах ее лицо даже посветлело, но ненадолго, потому что я продолжила: – Но это ничего не изменит в наших нынешних отношениях. Я сделаю все, чтобы никогда больше не пересекаться с ним и не мешать его жизни. Кстати, повторите Ларсу то, чего он не пожелал услышать от меня: женщина, которую он считал погибшей, жива, его обманули. И это не мое маниакальное воображение, а факт.

– Он в отчаянье.

– Угу, потому здесь вы, а не он, правда? Но теперь все равно.

Уолтер поморщилась:

– Он не мог не быть сегодня на ответственной встрече, понимаете? Если бы мог, был бы здесь.

Получалось, что глупенькая капризная девочка требовала от серьезных людей поиграть с ней в то время, когда они заняты серьезными делами. Я не стала говорить, что Ларс прилетал на ночь, и не раз. Усмехнулась:

– Я вовсе не жду, что он бросит свои важные дела. И ничего не требую, профессор. Но в Оксфорде со мной можно было поговорить иначе.

– Вы же не сможете жить без него.

– Уже живу, – я посмотрела на часы на стене, – вторые сутки. Это мои проблемы, профессор, вас они не касаются. И вовсе не потому, что именно вас я застала в его номере. Просто не касаются, как не касаются теперь и Ларса тоже. Квартиру уже освободила, как видите, осталось захлопнуть за собой вот эту дверь и постараться начать жизнь сначала. Надеюсь, удастся.

– Вы допускаете самую большую ошибку в жизни.

Я все-таки взорвалась:

– Не вам судить! Кто дал вам право вмешиваться в мою жизнь?! Я как-нибудь разберусь с ней сама, без вас и без Ларса тоже!

Она даже не успела ответить, я вдруг бросила ей ключи с барной стойки:

– Передайте Ларсу, пожалуйста.

У Уолтер прекрасная реакция, поймала, почти не глядя.

– Прошу вас, дождитесь его приезда, не рвите все так сразу, не объяснившись.

Да что за черт! Как ей объяснить, что я уже второй раз оказываюсь в положении, когда его важные прошлые знакомства ставят в дурацкое положение? Нет, лучше просто промолчать, объяснение и без того слишком затянулось. Я только пожала плечами: