Черный
Шрифт:
Они обсуждали…
Они обсуждали убийство Дмитрия Ильича.
Оля вышла на крыльцо. В воздухе пахло так, как пахнет только ранней весной — свежестью, переменами, надеждой.
Надеждой? В ее собственной жизни не осталось места надежде, все складывалось просто ужасно.
Она хотела одного — вернуть любовь мужа, защитить свою семью. Ради этого решилась на смешной и нелепый ритуал — и вот, вместо того, чтобы вернуть то, чем владела, потеряла то немногое, что у нее еще оставалось. Она безоговорочно верила мужу — и оказалась последней дурой. Рядом с ней жил совсем не тот человек, какого она знала.
Ольгу передернуло — то ли от страха и безысходности, то ли просто от холода — ведь она вышла на улицу в тонком свитере.
Она резко развернулась и вошла в дом.
Почти все гости собрались в холле, перед камином. Кто сидел в кресле, кто прохаживался, не находя себе места. Лица у всех были растерянные, опустошенные.
— Что же теперь делать? — проговорила Даша, ни к кому не обращаясь.
— Первым делом — вызвать милицию! — Михаил достал из кармана мобильный телефон.
— Что — милицию?! — вскочил Слава, опрокинув стул и не заметив этого. — Подожди, а без этого никак нельзя?
Ольга удивленно взглянула на мужа.
Он побледнел, губы его тряслись. Ей никогда еще не приходилось видеть его в такой панике. Она снова вспомнила ночной разговор — и желудок скрутило мучительным спазмом. Нет, она не верила, не верила в то, что ее Слава — убийца…
И потом — зачем? Зачем ему это? Ведь у него были прекрасные отношения с покойным.
Но эта бледность, этот ужас в его глазах… Он ведь знал, что Лариса собирается сделать, но не остановил ее…
— Да что с тобой? — Михаил удивленно смотрел на компаньона. — Конечно, нужно вызывать милицию, и немедленно! Даже если Дмитрий Ильич умер естественной смертью — всякая скоропостижная смерть вызывает подозрения, и именно мы с тобой — главные подозреваемые!
— Мы? — Слава отшатнулся и стал еще бледнее, если это возможно. — Почему мы?
— Что ты — не понимаешь? — Михаил говорил медленно и убедительно, как с ребенком. — Мы — его компаньоны, и, как ты, конечно, помнишь, по уставу фирмы именно мы наследуем его долю акций. Значит, мы выигрываем от его смерти…
— Господи! — Слава резко развернулся, заходил по комнате, как зверь по клетке, натыкаясь на предметы и сжимая голову руками. — Но это полный бред… если его и вправду убили — почему это должен быть кто-то из своих? Дмитрий Ильич говорил, что у них в поселке пошаливают, этой зимой обчистили несколько домов. Это мог быть грабитель — залез в дом, наткнулся на хозяина…
— Слава, что ты говоришь? — перебил его Михаил. — Ильича убили во сне, в собственной постели. Какой грабитель? И потом — ворота были заперты, на участке сигнализация…
— Ну ладно, звони… — Слава безнадежно махнул рукой. Михаил уже набрал номер, включил громкую связь.
После нескольких длинных гудков в динамике раздался хриплый заспанный голос:
— Первомайское отделение милиции… ну что у вас случилось?.. Миша коротко и толково изложил ситуацию, назвал адрес.
— Приедем… — проворчал милиционер. — Только скоро не ждите…
— Почему?
— Да потому! — огрызнулся его собеседник. — У нас только одна машина на ходу, остальные в ремонте! И эта машина сейчас в поселке Васильково, там поножовщина на почве совместного распития спиртных напитков! А ваш знакомый никуда не торопится, он так и так уже умер… — и милиционер швырнул трубку.
Несколько минут все молчали.
И в этой тишине откуда-то сверху донесся телефонный звонок. Все застыли, переглядываясь.
— Это наверху, в кабинете Дмитрия Ильича, — подала голос экономка. — Я пойду, отвечу… мало ли, что-то важное…
Она поднялась по лестнице. Сверху донесся скрип двери, потом наступила тишина.
— Ну, что там? — крикнул Михаил, когда прошло несколько минут. Экономка не отзывалась.
— Мне это не нравится… — Михаил вскочил, бросился наверх. Все остальные потянулись следом — кажется, они неосознанно избрали Мишу своим вожаком и теперь боялись оставаться без него.
Михаил толкнул дверь кабинета, шагнул внутрь. Остальные столпились в дверях.
На ковре перед письменным столом лежала Нинель Петровна.
— Ее тоже убили! — взвизгнула Даша. — Нас скоро всех поубивают!
— Не вопи! — прикрикнула на нее Марина. Она подошла к экономке, наклонилась над ней и почти тут же проговорила:
— Она жива… она дышит…
Словно для того, чтобы подтвердить ее слова, Нинель Петровна застонала и приподнялась, удивленно оглядывая столпившихся вокруг нее людей.
— Что с вами случилось? — спросила Марина, помогая экономке подняться.
— Не знаю… — ответила та растерянно. — Вошла в комнату — и тут меня кто-то ударил по голове… — и она поморщилась, потрогав макушку.
— Что же это творится? — Даша обхватила себя руками, оглядела собравшихся. — Значит, он среди нас?
— Кто? — спросил Федор, шагнув к жене.
— Кто? — переспросила Даша и нервно хихикнула. — Да убийца же!
— Но мы все были внизу, в холле… — растерянно возразил Федор. — И потом… кому понадобилось убивать экономку? Кому она мешала?
— Во-первых, — проговорил Михаил, подходя к столу, — Нинель Петровну, к счастью, не убили, да и не собирались убивать. Ее только оглушили…
— Зачем? — Федор пожал плечами.
— Вот зачем, — Михаил показал на телефонный аппарат, стоящий посреди стола. Это был не обычный бытовой аппарат, а офисный, с факсом. И в нижней его части был виден криво оторванный край бумаги.
— Значит, когда зазвонил телефон, на автомате пришел факс. И кто-то не хотел, чтобы мы этот факс увидели…