Чтение онлайн

– Как же он узнал наш адрес?

– Ну, милая, – засмеялся Олег, – ты же ему звонила, на определителе высветился номер, остальное элементарно просто. Кстати, я вчера полдня провел с Семеном Андреевичем Поповым, знаешь, конечно, этого человека? Очень приятное впечатление производит.

– И что ему теперь будет?

– Кому?

– Попову.

– Попову? Он здесь при чем? Честный бизнесмен, собирается жениться на твоей Тамаре и удочерить ее дочь Кристину… Так ведь?

Я поглядела в его откровенно смеющиеся глаза и кивнула:

– Так.

– Жаль, конечно, господина Зотова, настоящего отца девочки, – вздохнул Куприн, – но она получит теперь и отца, и мать. Правда, в метрике у Кристины указан другой родитель, и вообще, там что-то непонятное получается, никак не соображу. Чей она ребенок? При чем тут Костылев? Если она дочь Тамары… Слушай, так мне заниматься этим взрывом? А?

– Не надо, – прошептала я. – Никакого Костылева не надо, Зотова тоже. Кристя – дочь Тамары, и все тут. Все!!! А взорвался у нас газовый баллон, хранили в комнате, сами виноваты.

– Ну и я так думал, – хихикнул Куприн, – что за дикая идея пришла мне в голову с Екатеринбургом, просто бред какой-то!

Потом помолчал и неожиданно добавил:

– А что ты делаешь вечером? Может, в кино сходим, в “Кодак”? Как насчет воздушной кукурузы?

Время бежит быстро, мы начали потихоньку успокаиваться после всех произошедших событий. Альбину выпустили. Даша и Вика живут с ней. Верочка тоже вернулась домой. Все деньги Соловьевых теперь принадлежат ей, но Вера в отличие от Никиты никого не попрекает. Она заняла место брата в шоу-бизнесе, взяла на работу Альбину, а картины рисует только изредка, в короткие свободные минуты. Собака Кася тоже вернулась в родные пенаты.

Тома вышла замуж, и мы все сменили адреса. Томуся и Семен живут в просторной четырехкомнатной квартире вместе с Кристей. Я поселилась рядом – в двухкомнатной. Дюшка, Клеопатра и сыночек, превратившийся в огромного рыжего кота, мыши Билли и Милли бродят между нашими жилищами. По-моему, получилось просто здорово – мы вместе, на одной лестничной клетке, с другой стороны, я не мешаю молодым, а они мне. Вместе и одновременно поврозь. Честно говоря, квартиры наши смежные, и у нас имеется общая дверь. Теоретически я могу ее закрыть, но практически сделала это только один раз, когда подцепила в ноябре грипп. Семен устроил меня на работу в одну из своих газет. Оказалось, что писать заметки и статьи совсем не так уж и сложно.

Петька и Митька получили в подарок компьютер и кучу “бродилок”, “стрелялок” и “стратегий”. Вика и Даша до сих пор дружат с мальчишками, и те часто гостят в огромном особняке Соловьевых. Леля и Юрасик теперь ругаются редко. С одной стороны, Юрке не к кому бегать ночевать, и с другой – почти все выходные их близнецы проводят у Соловьевых и не мешают родителям вести личную жизнь.

Слава спокойно женился на Кире. Альбина, узнав обо всем, не пожелала даже переговорить с Рыбаковым, просто забрала Дашу. А любовник не протестовал – девочка ему не нужна.

Лену осудили на девять лет, ее отправили куда-то под Рязань, но куда именно, не знаю и, честно говоря, знать не хочу. На суде она не дрогнувшим голосом заявила:

– Мой сын здесь ни при чем, все придумала и осуществила я сама, лично, без чьей-либо помощи.

Впрочем, Рыбаков на заседание не явился и никакой моральной и материальной поддержки любящей матери не оказал.

Машка растет и безобразничает со страшной силой. Аня с криком: “Спасите, умирает!” – по-прежнему бегает к соседям, но уже, слава богу, не к нам. Впрочем, до нас она тоже добирается без труда, правда, для этого ей все же приходится надевать теперь пальто и ботинки, потому что наша новая квартира расположена в одной троллейбусной остановке от родной “хрущобы”.

Наташа вышла замуж за Ленинида. Рукастый папенька соединил две квартиры – нашу старую, на четвертом этаже, и Наташкину на третьем. Представляете себе двухэтажные апартаменты в блочной пятиэтажке? Просто архитектурная конвульсия, но и папуля, и его молодая жена страшно довольны. Ленинид работает теперь в мастерской по обивке мебели, Наталья “брачует” женихов с невестами, Темка по-прежнему таскает домой тройки в дневнике.

Настя окончательно перестала бояться Элеонору Михайловну, и зловредная бабушка теперь вынуждена считаться с внучкой.

Куприн приходит к нам в гости почти каждый день, мы даже завели для него личную чашку – большую, синюю, примерно на пол-литра кофе. Олег по душе Тамаре, Семену и Кристе. Честно говоря, больше всего он нравится мне, и я жду, когда наш следователь наконец догадается сделать мне предложение.

Впрочем, если он не решится до Нового года, я сама отведу его во Дворец к Наташке, и подруга распишет нас без особых церемоний.

Антон… Меньше всего мне хотелось бы вспоминать о нем, но приходится. Брат Альбины попал в цепкие объятия Фемиды. Куприн решил наказать мужика по полной программе и долго не сообщал, что Вера жива. До тех пор, пока не поймал Константина и не устроил им очную ставку. Увидев, как Верочка входит в кабинет, Тоша потерял сознание и на суде все время плакал, повторяя:

– Не хотел, не хотел…

Наверное, поэтому ему дали всего шесть лет, на мой взгляд, отвратительно мало, но у судьи оказалось жалостливое сердце.

Ксюша не бросила любовника. Более того, она расписалась с ним, на этот раз по-настоящему, а я наконец узнала ответ на последний мучивший меня вопрос: как сведения о “фальшивом” браке оказались в компьютере?

Все обстояло просто. Любительница балетных спектаклей Соня шлепнула печати в паспорта и собиралась отдать их своей подруге, но тут вошла заведующая, и пришлось регистраторше, чтобы не попасться, вносить сведения о несуществующих “молодоженах” в компьютер. Впрочем, начальница, ничего не заподозрив, ушла, и Соня собралась стереть информацию, но отвлеклась и забыла.

Однако, во всей этой истории все же осталась одна невыясненная вещь. Что же происходило с кнопкой от нашего звонка? Почему она то появлялась, то исчезала? Нет ответа на этот вопрос, и я сломала голову, пытаясь понять, как это можно объяснить. Впрочем, ни Тамара, ни Семен, ни Олег, ни Наташка, ни даже Ленинид, не смогли дать толковое объяснение данного загадочного факта.

– В конце концов, в жизни должны существовать тайны, – резюмировал Олег.

Я кивнула в знак согласия. Впрочем, я теперь всегда с ними соглашаюсь.