Чтение онлайн

Неужели не найдётся человека, который объяснит им это как следует!

29. VII.19… Вечер. А не могу ли я быть этим человеком?

17. VIII.19… Вышла моя статья «О некоторых вопросах литературного творчества наших молодых». Это — конец всяким Черникам и Подбелам. Не хочу быть нескромным, но статья получилась замечательная. Острая, без мелочных придирок, бьёт не в бровь, а прямо в глаз.

15. IX.19… Черник и Подбел давно уже ничего не печатают. Я потрудился на славу: хватит с нас таких экскурсов в литературу… Наверно, пойдут на административную работу или ещё куда-нибудь, люди нам нужны, не каждому же быть писателем…

Но что самое важное: говорят, главный редактор Клобушицкий назвал мою статью смелой.

Талантов, подающих надежды, слава богу, хватает, ими хоть пруд пруди. А много ли смелых?

18. IX.19… Меня представили главному редактору Клобушицкому. «А, — сказал он, — это тот самый… Ну, ничего, мальчишеский задор пройдёт, голова остынет… Возможно, он ещё будет писать приличные статьи… У него есть наблюдательность, смелость, размах. и молодость!.. Продолжайте в том же духе, друг мой!»

Наблюдательность! Смелость! Размах! Что только уважаемый главный редактор подразумевал под горячей головой?..

29. IX.19… Вышла статья «О нашей молодой критике» — меня упомянули, как «начинающего молодого критика». Упрекают во всех грехах — ещё бы: завидуют. Но обо мне пишут.

Иисусе Христе! Как я сам не догадался! Ведь я прирождённый критик.

И Вотруба [28] начинал в моём возрасте.

13. Х.19. Решено: я пишу критические статьи. Они отличаются принципиальностью. Я написал о народных художниках Иване Краско и Фране Крале [29] статьи, проникнутые глубокой любовью и преданностью классическому наследству, преклонением перед великими современниками.

Трёх начинающих я стёр с лица земли убийственными ироническими замечаниями в духе Шоу.

Теперь я посвятил себя исключительно современной литературе. Ещё две статьи — и с правлением Союза писателей будет покончено.

Я создаю себе имя. Некоторые при встрече со мной посмеиваются. Ну, что ж, — каждый скрывает зависть, как может.

Зависть — и страх!

19. XI.19… За мной прислал главный редактор Клобушицкий. Я сразу понял, в чём дело. При нынешней нехватке способных работников…

Свершилось: я заведую отделом культуры. А теперь в бой! Решительно! Неумолимо и безжалостно — за высокое искусство гения, за взлёт!

12. XII.19… Я уже не пишу так много, как раньше. Прежде всего — нет смысла размениваться на мелочи. И потом — пусть люди привыкнут: каждая моя статья — событие.

Работаю над большой монографией о нашем послевоенном романе. Это будет труд принципиального значения.

21. XI 1.19… Ах, чего только не пишут! Сколько серых, заурядных, пустых вещей!.. Просто кризис. Мне бы надо занять принципиальную позицию, но где же тут успеть? В конце концов это не моя забота, на это есть другие.

Ведь я готовлю монографию о романе.

1.1.19… Новый год я встретил в компании писателей. Надо общаться с ними; глядишь, что-нибудь да узнаешь… Необходимо ориентироваться в обстановке. Знать, кто в милости, кто в опале… В решающую минуту выступить в решающем месте.

Ведь и Плеханов говорит: «Личность, которая в критический момент правильно определит направление развития…»

Надо правильно определить направление развития.

Очень ругали поэта Крижовского. Посмотрю при случае его новый сборник. И решительно, неумолимо… то есть принципиально.

Но в основном я занимаюсь монографией о романе.

10.1.19… Внемли, о мир! Черник написал критическую статью о каком-то новом сборнике! Ну, конечно: в поэзии погорел, таланта не хватило, вот и взялся за критику… Что ж, знакомо, знакомо… Я выступлю с резкой критикой статьи Черника.

Монография о романе будет. Такие вещи не рождаются в одну ночь.

16.1.19… Не повезло мне: я разнёс Крижовского (ведь его все ругали), и вдруг о нём вышли три восторженные статьи.

Надо быть оперативнее, внимательнее, осторожнее.

Подготовительные работы по монографии кончаю. Все книги, о которых буду писать, уже лежат на столе.

17.1.19… Странно, непонятно. Клобушицкому нравится статья Черника. Как хорошо, что я не успел отдать в печать свою.

Ян Подбел сообщил, что выпускает сборник рассказов. Нелепость. Ему ещё мало?..

Да, монография… Эх…

20.1.19… Держите меня! Вышла поэма Черника.

Нет, я напишу монографию не о романе, а о нашей новой поэзии. Это совершенно ясно.

На редакционном совете главный редактор заметил, что я как-то ни на что не откликаюсь.

Что я, какой-нибудь Черник?

Ладно, ладно, напишу о романе.

Небольшую заметку…

4.11.19… В редакцию поступила статья о состоянии нашего романа — совсем неизвестного, видимо начинающего автора.

Статья, разумеется, не может быть напечатана, тем более что там — почти слово в слово — мысли, которые хотел высказать я.

Было бы неверно, однако, чтобы о таких серьёзных вещах высказывался человек неизвестный, без авторитета и имени, да и вообще…

Статья слишком длинная.

9. II.19… В сегодняшнем номере была моя заметка о романе. (Конечно, та статья неизвестного автора пойти не могла: ни одной оригинальной мысли…)

Ну и загоготали гуси! Дескать, негативизм, пессимизм, я-де убиваю таланты!.. Это, мол, демобилизует!

Кто больше, чем я, болеет за нашу литературу? Главный редактор вызвал меня и говорит: «Обычное дело. Чем меньше человек знает, тем больше требует от других. Но мы — серьёзный журнал, так что учти на будущее: больше рассудительности. И любви, мой милый, любви».