Черт-те где
Шрифт:
– Нет, Эри, – отрицательно покачала головой Дина, – никуда я теперь тебя не отпущу!
Я в общем-то и не ожидал, что моя хилая уловка сработает. Но все же…
– Ограничение свободы – это насилие! Ты рассчитываешь на рождение у меня светлого чувства к тебе, совершая насилие по отношению ко мне? Тебе не кажется, что это не совсем правильный путь? – сказал я.
– Все будет хорошо, – уверила Дина, отвергая мою претензию, – ты сам увидишь!
Так, слинять не получится. Она собирается держать меня рядом с собой, пока не добьется того, чего ей нужно…Заррраза!
Ладно. По сути, мои тактические планы не меняются. Слинять, получить деньги и добраться до столицы. Просто в плане расставлены некоторые точки и добавлены новые параметры в виде озабоченной вопросом личной жизни варги. Может, так даже будет проще. Пока ей от меня что-то нужно, можно получить с нее больше уступок и свобод, что, в конечном итоге, позволит мне сбежать от нее. Ладно, буду исходить из этого. Стоп! Что-то я как-то не сообразил. А не потащит ли она меня в постель? Любовь это не только духовные чувства. У нее ведь еще одна сторона есть. Нужно пресечь возможные намеки прямо сейчас!
– Хорошо… – послушно кивнул головой я, – у меня вообще-то были некоторые планы, но если это нужно для тебя, то я, пожалуй, повременю с ними…
Дина просто просияла, услышав, что я сказал.
– Но я хотел бы обговорить один момент… – перешел я к главному.
– Какой?
– Мне нужно время… чтобы привыкнуть… понять… разобраться в себе… Надеюсь, ты не будешь торопить события, пока я не готов? Цветок любви ведь так хрупок, что его порой может сломать даже слабое дуновение ветерка… Ты понимаешь, о чем я?
– О Эри, ты так красиво говоришь! Конечно, я подожду! – выгибаясь, с довольным видом кошки, обожравшейся сметаны, сказала Дина. – Это будет даже интересней, чем сразу!
Зарррраза! Но красивая…
Дина правильно поняла мой взгляд и широко, поощрительно мне улыбнулась.
Так, кредит мне открыт… Можно пользоваться в любой момент, подумал я, глядя на ее улыбку. Однако к кредитной карточке всегда прилагаются проценты, о которых, правда, предпочитают не вспоминать, пока не придет время расплаты.
– Договорились! – кивнул я.
– Подожди, – сказала Дина, вставая и направляясь ко мне. – Не оборачивайся! – подошла она ко мне сзади.
Что, начинаются милые любовные штучки? Мы же вроде договорились!
Неожиданно я почувствовал прикосновение к своей шее.
– Вот, – раздался голос Дины из-за спины.
Что это? Я ухватился руками за шею. Какой-то ремешок… ОШЕЙНИК?!
– Что это?! – не веря себе, с вытаращенными глазами, оборачиваясь, спросил я.
– Это знак того, что ты принадлежишь мне!
– Принадлежу?! Это что, РАБСКИЙ ОШЕЙНИК?!
– Ну почему рабский. Просто у нас, в Этории… – начала Дина. Но я не дослушал. У меня «сорвало крышу».
Возвращение в мир было неспешным. Сначала через пелену гнева и ярости стала пробиваться боль в боку, потом ломота в туго связанных за спиной руках, потом ощущение жара в правой ноге и боль в левом колене. Потом стал возвращаться слух, и с глаз стала сходить алая пелена. Я лежал, слушая стихающее буханье успокаивающегося сердца, и думал.
ОНА НАДЕЛА НА МЕНЯ ОШЕЙНИК! НИЗШАЯ НАДЕЛА НА МЕНЯ ОШЕЙНИК! Все! Шутки кончились! МЕСТЬ! Прощения этому нет и быть не может! Будь проклят этот мир! Будь проклята эта земля! Будь тут все проклято!
Там, где собираются боги
– Я всех приветствую! – сказал бог торговли, бодрым шагом входя в зал совещаний. – Что у нас за пожар?
– Пожара у нас нет. У нас все просто прекрасно! Мирана избранному подружку нашла. – В голосе Хель был слышен неприкрытый сарказм.
– Ну так это же замечательно! Значит, все идет по плану. А, Мирана? – спросил Коин, усаживаясь на свое место.
Мирана не ответила, с хмурым видом водя тонким пальчиком по линиям дерева, просвечивающим сквозь прозрачный лак столешницы.
– Так что же все-таки случилось? – так и не получив ответа, поинтересовался бог торговли, придвигаясь на стуле к столу.
– Мирана подружку избранному нашла, – повторила Хель, – варгу!
– Варгу? Варгу… варгу… варгу… – забарабанил пальцами по столу Коин, припоминая. – Варгу?! Мирана, ты с ума сошла, что ли?
Богиня любви оторвала взгляд от стола и хмуро посмотрела на Коина из-под золотых локонов, упавших ей на глаза.
– Я, значит, жизнью рискую, богатство ему обеспечиваю, кусок замка Древних притащил с другого края земли, а ты его варгам скормила! Ты вообще соображаешь, что ты делаешь?!
– Вот в следующий раз бери сам и делай! – огрызнулась богиня любви.
– Что значит сам? Тебе доверили, а ты, значит, в кусты? Или ты мне свой скипетр хочешь отдать? Давай! Буду богом торговли и любви. А что? Любовь к деньгам это тоже любовь.
– Коин, не тарахти! – поморщилась Хель. – Сейчас нужно понять, что нам делать дальше, а не выяснять, кто больше виноват.
– А я не понимаю, почему нельзя взять и весь город посыпать твоим золотым песком, – влез в разговор Марсус. – Ну тот, в котором избранный находится? Глядишь, кто-нибудь да влюбится в него истинной любовью.
– А потому что это не военное заклинание, – пригнувшись к столу, зашипела в его сторону Мирана, – это тебе не из катапульты по площадям стрелять! Истинная любовь это штучный товар, понятно?! И потом, если всех осыпать, это совсем не значит, что они влюбятся в избранного! Это только Сатия знает, в кого они влюбятся! Ясно?!