Чертежи волшебства

– Двадцать две минуты! – Риккардо, на морщинистом лице которого читалось страдание, гневно впился взглядом единственного глаза в свои старомодные массивные наручные часы, – двадцать две минуты!

– Ты о чем, Рик? – Найда удивленно вскинула брови и с невинным видом захлопала ресницами.

– Мне потребовалось почти двадцать две минуты, чтобы собрать вас всех вместе!

– По четыре минуты и двадцать четыре секунды на нос, – почти автоматически определил Шимаэл, развалившийся с планшетом в кресле.

– Спасибо, – так же автоматически буркнул Риккардо, – ну разве можно хоть чего-то добиться с такой командой?! Да вы и не команда вовсе, вы – отара! У вас отсутствуют даже рудиментарные зачатки дисциплины!

– У нас сегодня что, учебная тревога или ЧП какое? – Айван развел руками, в одной из которых красовалась запотевшая бутылка пива. – Кэп, остынь, ничего страшного ведь не стряслось.

– Да вы все – одно сплошное ЧП! – Риккардо в сердцах швырнул на стол толстую черную папку и исподлобья осмотрел свой коллектив, собравшийся в небольшой кают-компании.

Умом он понимал, что и вправду понапрасну к ним придирается, но глубоко въевшаяся армейская школа требовала от капитана обязательного наведения порядка в подопечном хозяйстве. И он продолжал играть привычную роль старого солдафона.

По отдельности все они по праву могли считаться бриллиантами в своих областях, вот только собрать их в цельное изящное колье у Риккардо никак не получалось. Маршировать ровным строем его команда упорно отказывалась. С другой стороны, он неоднократно убеждался в том, что в критической ситуации эта разношерстная братия как по мановению волшебной палочки превращалась в единый кулак, где каждый палец знал свое место и самоотверженно работал на решение общей задачи. И, как пальцев в кулаке, их тоже было пять.

Айван – рослый широкоплечий красавец, любитель пива и любимец женщин, а также бывший спецназовец, эксперт по всем видам оружия, прошедший закалку в самых горячих передрягах.

Найда – тоже немаленькая девушка, русоволосая красавица и известная хохотушка. Неведомый широкой публике талантливейший режиссер, хореограф, костюмер и исполнительница главных ролей в собственных блистательных шоу.

Сейра – в противоположность подруге смуглая, рыжеволосая и миниатюрная, спокойная и немногословная. Второй по старшинству человек в команде. В прошлом военный медик, неспособная пришить обратно разве что оторванную голову.

Шимаэл – тощий и длинный ходячий компьютер в очках без оправы на огромном носу, предпочитающий изучение навигационных карт общению с живыми людьми. Виртуозный пилот, ориентирующийся в бескрайней пустоте космоса как дворняга на родном дворе.

Чак – невысокий, лысый и вечно пыхтящий человечек представлял для любого механизма то же самое, что и Сейра для людей. Техник от бога, и этим все сказано.

Строго говоря, даже удивительно, каким образом столь разные личности умудрялись уживаться под одной крышей, и уже этим достижением стоило гордиться, а потому Риккардо немного сбавил обороты.

– Для начала я хотел бы сказать, что искренне рад согласию Шимаэла вступить в наши ряды, – заговорил он уже спокойней, – Что было, то было, а кто старое помянет, тому, как говорится, и глаз вон… гусары, молчать!

– И в мыслях не было, – соврал Шимаэл, слегка разочароватнный тем, что не успел ввернуть так и просившуюся на язык шутку про характерную внешность одноглазого капитана.

– Эй, кэп, – обеспокоился Айван, – а куда ты Игоряшу подевал?

– Что, теперь и выпить не с кем? – злорадно хихикнула Найда.

– Вот еще! Да я сам себе лучший в мире собутыльник! – Айван демонстративно приложился к бутылке.

– Есть вещи, на которых экономить не следует! – отрезал Риккардо. – Мы сейчас можем себе позволить пользоваться услугами нормального пилота, и здесь я ни на какие компромиссы идти не намерен! После посадки на Ореноре у меня почти месяц спина болела!

– Хайвейщик! – презрительно выплюнул Шимаэл.

– Кто-кто? – Найда не могла спокойно пропустить мимо ушей незнакомое ей слово.

Шимаэл задумчиво посмотрел на нее поверх очков, но все же сжалился.

– Хайвейщик, – повторил он, – Игорек без дорожных указателей даже сортир в собственном доме найти не способен.

– Грубовато, но в целом справедливо, – согласился Риккардо. – С ним мне постоянно казалось, что мы летаем не на десантном корабле, а на кордовой модели. Удалившись от магистральных путей всего на пару скачков, Игорь уже начинал нервничать, а работая на такой короткой привязи, особо много не сделаешь. Так что скатертью дорожка.

– Хоть ничего не сломал, и на том спасибо, – проворчал Чак, чье сердце обливалось кровью при каждой небрежной посадке или стыковке с превышением разрешенной скорости.

– Выходит, ты все же сумел нащупать пределы Максудова терпения, – Айван не упускал ни одной возможности поддеть пилота. – Даже удивительно, что он смог продержаться так долго!

– Признаю, – с издевкой отозвался тот, поправляя очки, – ты бы вывел его из себя гораздо быстрее…

– Ну вот, опять, – Сейра устало вздохнула и вперила взгляд в потолок.

Айван и Шимаэл представляли собой почти идеальных антиподов, противоположных друг другу почти во всем, от характеров до внешности. И они, как два провода под напряжением, искрили при каждом контакте.

– Да мы ж любя! – успокоил ее Айван и вновь впился в свою бутылку.

– Отчего переметнуться решил? – Сейра повернулась к Шимаэлу. – Что вы с Максудом не поделили?

– Он погорел на сбыте меченого товара и решил залечь на дно, – ответ на заданный вопрос очевидно интересовал всех присутствующих, а потому Шимаэл не стал вредничать. – Команду он распустил, так что я оказался свободен, а Риккардо предложил хорошие условия.

– И куда же Макс подался теперь?

– Без понятия, – пожал плечами пилот. – Ты же его знаешь… Скажет, что идет в магазин за хлебом, а потом обнаружится на другом конце галактики. Так что извини, я не в курсе. Где-то затаился.