Чтение онлайн

Оставив за себя Предибора Добровоевича, здравому смыслу и честности которого он вполне доверял, Ростислав взял три десятка дружины – Звоняты, Мирошки и Давиды – и поехал в Белз.

Первым пригородом Белза был Любачев. Сюда уже дошли слухи о тамошних событиях, и новый любачевский посадник, помещенный сюда уже новым князем Ярославом, собрав имущество и домочадцев, сбежал. Прежний посадник, Микула Хромец, приехал из своего села и был в городе, но полномочий никаких не имел, и Любачев оказался вообще без власти. Ростиславу тут скорее обрадовались, хотя тоже подозревали, что он собирается захватить владения брата и начал с Любачева. То, что он приехал всего с тремя десятками, удивляло и смущало – люди не знали, как это понимать.

В Любачеве носились слухи о том, что Владимирко у себя в Звенигороде провел вече, получил поддержку и собирает войско, чтобы отвоевать Белз обратно и силой покорить его Ярославу.

– Что же он к нам-то сюда не приехал, князь Ярослав? – говорил Микула Хромец. – Зачем в Звенигород поехал? Значит, не доверяет нам. А коли не доверяет, то ждать можно, что и нас воевать будет.

– Зачем нас-то воевать? – гудели люди, собравшиеся на посадничьем дворе. – Мы-то своего посадника не грабили, не гнали и в навозную кучу не закапывали, он сам сбежал, Братислав-то.

– А вот, значит, думает князь Ярослав, что мы за Белз тоже ответчики. Как по-твоему, Ростислав Володаревич?

– Но вас-то в чем обвинять?

– А что же он тогда к нам не едет? А Братилка, небось, к нему в Звенигород прибежал да и налгал там, будто мы ему грозили, вот он и сбежал. Так что ты один теперь наша защита, князь Ростислав. Бери нас под свою руку, раз такое дело. Хочешь, вече соберем?

Но Ростислав не спешил с таким важным решением. Если он велит созвать вече и оно отдаст Любачев ему, братья обязательно поймут дело так, что он явился в город с войском и захватил его. И докажи, что это не так!

Кроме нежелания открытой войны, его смущали мысли об отце. Князь Володарь перед смертью выдал каждому из трех сыновей по городу, так не должен ли теперь Ростислав видеть свой долг в том, чтобы усмирить Белз и вернуть его Ярославу, вместо того чтобы поощрять бунтовщиков, преследуя собственные выгоды? Клятва на кресте, данная умирающему отцу, была для него не пустым звуком, и он терзался, опасаясь, что нарушит ее без достаточных оснований.

Более осторожные из любачевцев говорили, что князю Ростиславу стоит сначала связаться с братьями и обсудить дело с ними. Но Ростислав не знал, как говорить с Владимирком, пока ему не ясно истинное положение дел в Белзе. А Владимирко в любом случае хочет одного: чтобы младший брат не вмешивался.

К утру Ростислав решил поехать сначала в Червен, узнать, что слышно, и взять там войска, если червенцы захотят его поддержать. Червен был старинным городом, в котором жила древняя племенная знать, крепко державшая в руках свою округу. Если червенские бояре поддержат его, можно будет приниматься за дела Белза с гораздо большей уверенностью. Посадник Микула тем временем должен был послать в Перемышль, собрать войско и ждать гонца от Ростислава. Обговорив все это, он взял свои три десятка и на второй день поздно вечером въезжал в Червен.

– Князь Ростислав! Отворяй, ребята! – крикнул обрадованный тиун воротной страже и поспешил вниз, чтобы скорее поздороваться с новым перемышльским князем. – Я-то думаю, кого Бог принес на ночь глядя, а это ты! – приветствовал он Ростислава, пока дружина строем по двое вползала в узкие ворота вала. – Вот так гости! Приехали уже, приехали! – радостно отвечал он на тот вопрос, который, по его мнению, жених хотел ему задать. – С вечера здесь, и ужинали, и беседовали, и баню топили! – Тудор весело подмигивал Ростиславу, но тот не отвечал на улыбки и не понимал намеков. – Повидаться захотелось? Не положено бы так рано, да разве же я не понимаю! Ну, дело молодое, оно понятно! Только теперь красота спит уже! Не знаю, станут ли будить боярыни! А повезло тебе, Ростислав Володаревич, повезло! Красавица! Мало я таких видал!

– Ты про кого? – Ростислав вовсе не выглядел счастливым и смотрел на тиуна с недоумением, хмуря черные брови.

– Да про невесту же! Ты чего прискакал-то на ночь глядя? Невеста уже здесь, говорю же, вечером приехали! Сам, значит, проводить хочешь, Переяру Гостиличу, значит, не доверяешь! Ну, оно понятно! Такая красота! Вот только не знаю, куда мне вас девать! – спохватился тиун. – Я же тут какую дружину уложил: ваши перемышльские, да ихние туровские, да купцы тут одни у меня приблудились некстати! Придется по избам вам селиться, народ будить! Сейчас мальчишку за старостой пошлю!

Тиун убежал, громким шепотом призывая ключника и челядь, а Ростислав в недоумении остановился на крыльце. Он не понял, про какую невесту и «красоту» твердил ему подмигивающий Тудор, почему считал, что он, Ростислав, должен был приехать сюда этой ночью?

– Что это ты, как снег на голову? – спросил его старший конюх, Угомон, принимая коня. – Хорошо, туровцы на ладьях, в конюшнях место есть. Что это ты только со своими ближними? В Белзе-то вон что творится – невеста невестой, а людей надо бы побольше брать, а то и невесту потеряешь, и сам не будешь жив.

– О Белзе и речь. Любачевские меня подбивали туда с войском идти, завтра с вашими поговорю – если поддержат, тогда пойдем и с войском. Дел невпроворот – вот я и еду, пока дорогу видно. Кто здесь приехал-то?

Угомон открыл было рот, но тут из сеней показался боярин Переяр, спешно оправляя только что застегнутый пояс. Видно, он был прямо с постели, даже без шапки, и его густые с проседью волосы стояли дыбом. Поклонившись, конюх отошел, а боярин шагнул к Ростиславу и поклонился ему:

– Здравствуй, князь Ростислав! Вот где встретились!

Ростислав переменился в лице и не сразу ответил на приветствие. Все его мысли были заняты Белзом и почти неизбежным по этой причине противоборством со старшими братьями, поэтому появление здесь кормильца и ближайшего советчика брата Владимирка его насторожило, встревожило и мало что не заставило схватиться за оружие. Люди Владимирка здесь? И успели раньше? Зачем боярин Переяр сюда приехал – только за тем, чтобы склонить червенцев на свою сторону и просить поддержки для своего князя. Что он успел сделать и насколько преуспел?