Чешуя
Шрифт:
— Это морок. Не дрейфь.
Мерзкие твари, шурша многочисленными лапами, пронеслись мимо видящих и растаяли чёрными кляксами.
— Найти короля! Окружить и уничтожить четверными знаком! — скомандовал Полоз.
Змеи отозвались нестройным гулом.
В проёме показалась грузная человеческая фигура. Кобра выругалась, и Полоз понял, что перед ними старуха. Защита на одежде Кобры засветилась, и девушка, встряхнувшись, выхватила нож. Молодец.
— Он нас разделит. Не поддаваться. Не паниковать.
На самом деле всей защиты Змей хватит ещё на три-четыре видения. Полоз подготовился лучше: он запросто переживёт не меньше десятка. А король страшен не столько миражами, сколько умением создавать на короткое время существ, способных убить человека. Перепутаешь — и тебе конец.
Полоз усмехнулся. Проверим, чего вы стоите в деле. Если Змеи хорошо себя покажут, он, конечно, поможет им убить короля. А если нет, то пусть на него не рассчитывают.
Полоз ринулся внутрь здания.
Мелькнула тень чего-то вроде огромной летучей мыши. Где-то рядом вскрикнул Аспид. Зашипела Кобра. Краем глаза Полоз видел вспыхивающую тут и там защиту Змей.
Его защита тоже то и дело светилась, постепенно выгорая. Он равнодушно разминулся с зомби и утопленником, ругнулся на обугленную фигуру, скрючившуюся в углу, рассмеялся, увидев здоровенную змею.
Ловушку король стёр полностью, это хорошо. Теперь надо спрятать следы ритуала — и Змеи никогда не догадаются, что кто-то вызвал тварь прямо здесь.
Полоз закинул в карман камни, распинал по сторонам пух и пепел.
Сверху на него обрушился чёрный дождь, и видящий досадливо поморщился: гадость лилась долго, и защита изрядно разрядилась, отражая эту дрянь.
Когда «дождь» кончился, он поднял голову и заметил короля, глядящего на него с пролёта третьего этажа. Ух, куда забрался, гадёныш!
На лестнице Полоза поджидала костяная тварь. Сначала он принял её за морок — и только чудом увернулся от удара острой серповидной лапы.
Полоз пригнулся, пропуская над собой вторую лапу, и ткнул ножом в ребристую грудь. Знаки на ноже вспыхнули, и монстр рассыпался грудой мелких камушков и щепок.
Где-то вскрикнула Кобра, но Полоз не обратил внимания. Раз кричит — значит, живая. А там пусть сама разбирается.
Рядом взмахнул крыльями костяной дракон, а следом вниз спикировала кошмарная гарпия. Наверное, по душу Аспида.
Внизу зарычал Ужик. Отблески яркой вспышкой — это не защита на одежде, а какой-то сильный амулет — ослепили Полоза, и он мотнул головой. А когда смог видеть, пятью ступнями выше стоял мёртвый, но вполне узнаваемый учитель.
Живой мертвец вытянул руки и прыгнул на Полоза. Морок? Тварь?
Полоз ринулся навстречу, намереваясь всадить в грудь мертвеца нож. Но монстр странно дёрнулся — и в его теле открылась дыра. В неё и ухнула рука Полоза вместе с ножом. Он чуть не потерял равновесие и устоял, лишь ухватившись за монстра.
Тот, надевшись на руку с ножом, приник к Полозу и вонзил пальцы в спину видящего.
Полоз захрипел от боли. Нет, этим его не пронять!
«Учитель» что-то прошептал, но Полоз не стал вслушиваться. Примерился и вонзил нож в спину монстра, стараясь не переусердствовать и не задеть себя.
«Учитель» развеялся чёрным туманом. Но его шёпот продолжал навязчиво кружиться вокруг: «Это ты виноват…», «Это твоя вина…», «Ты не справляешься…», «Ты проиграл…»
Слова смешивались, сплетались, лезли в уши. Знаки не вспыхивали, а светились: так защита почти непроницаема в том числе для постоянного шума. Но надолго её не хватит.
Надо найти короля — и покончить с этим. Потом посмотрим, сколько Змей осталось.
На третьем этаже назойливый шёпот стих. Полоз удовлетворённо кивнул и тут же повернулся на шум за спиной, замахнувшись ножом.
— Это я, — попятился Ужик.
Полоз секунду смотрел на него как на монстра, пытаясь понять, настоящий ли он. Потом кивнул и шепнул:
— Король здесь.
Ужик кивнул в ответ, и они осторожно двинулись вперёд.
Король притаился в следующем дверном проёме. Если бы дом достроили, это был бы вход в нишу к лифтам.
Монстр шагнул из темноты и вскинул руки.
Перед Полозом встала стена огня. Гул и треск, гудение пламени, отдалённые женские крики.
Полоз дёрнулся в сторону и назад. Шаг. Другой — и под ногой не нашлось опоры.
Где-то далеко, в другой жизни закричал Ужик:
— Пашка-а-а! Не-е-ет!
И Полоз рухнул в воздух.
…Ужик чуть не вывалился следом за другом в тщетной попытке схватить его за руку. В последнюю секунду уцепился за какую-то балку и устоял.
Полоз лежал на бетонных плитах, и из груди у него торчал вызывающе алый железный прут. Нет, этого не может быть. Это всё король кошмаров. Его морок!
Ужик тяжело развернулся к монстру. Тот подошёл совсем близко, и видящий схватил короля за мерзкую шевелящуюся хламиду.
— Тварь! — заревел видящий, вбивая тощее тело короля в стену.
Ужик, почти ослепнув от ярости, видел только отвратительное лицо монстра. Стиснул мерзкую голову и принялся долбить ею о бетон.
Кажется, он продолжал кричать.
Рядом вспыхнуло. Ещё раз. Ещё.
— Знак! Ужик, так его не убить! — крикнула Кобра.
Ужику пришлось постараться, чтобы разжать пальцы. Король не сопротивлялся. Кажется, даже улыбался тонкими бескровными губами.
— А чего не дерётся? — настороженно спросил Аспид.
— Я не знаю. Он такой апатичный должен быть, когда пожрёт, — ответила Кобра.
Ужик слышал их голоса, как негромкую передачу по радио, фоновый шум.
Король не умирает навсегда: уничтожение развеивает его здесь и сейчас. А ест он не страх, а жизнь.