Чтение онлайн

Будучи, по-существу в подадмиральском звании, он не был ни разу представлен никому из командования. На советы его не звали, даже не уведомляли о таковых. Непосредственного своего начальника по службе он не знает. Все вопросы обеспечения решались составлением заявки и отправкой ее через посыльного. Тут в основном хлопотали начальник оперативного отдела и заместитель — снабженец. Отлично справились, кстати. Так что положение о том, что Гошка имеет статус важной государственной тайны, подтверждается.

Вольный художник под страшным секретом. Ферхом бракейца турлюм! В империи, где каждый сверчок четко знает место своей дислокации. Чудно! Это он что же, гениальный флотоводец? Пришел, увидел, удивил! Фигня, конечно, но примем за рабочую версию в связи с отсутствием остальных.

Во-первых. Никакими особыми талантами он не обладает. Не идиот, но не более. Импотент к тому же, что неизбежно должно повлечь за собой образование чувства собственной неполноценности. Хотя, Наполеон, говорят, вообще состоял из сплошного комплекса, из-за малого роста и падучей болезни. И драл всех как сидорову козу из чувства зависти к нормальным людям.

Нет, пожалуй. Не чувствует Гошка себя уродом. На девчат смотрит с удовольствием. Пусть это чисто эстетически, но тоже приятно. И, в конце концов, скорее всего рано или поздно это пройдет, как осложнение после болезни. Наверно.

Так, отвлекся, он ведь о другом сейчас должен думать. Почему его берегут. Ведь при назначении на миноносец о его «гениальности» никто не догадывался. Остается только версия об особом отношении к пришельцам с Земли вообще. Объективно сами флотоводческие способности у него отсутствуют. Подготовлен он слабовато, шесть месяцев учебки это не четыре года Морского Корпуса. Не трусил и не терял головы, это да. Держался уверенно, товарищей подбадривал, слушал, что опытные люди говорят, а не задирал нос. Ведь попал он в среду профессиональных военных моряков, шпак сухопутный.

Везло, действовал непредсказуемо. Все. Хотя, стоп! Подчиненные в его присутствии не боятся высказывать самые безумные идеи. Они могут подтрунивать над своим командиром, но он-то над ними — нет. Ведь каких только сумасшествий не обсуждалось в салоне лихтеровоза. А сколько потом было приведено в исполнение! Одна буксировка торпеды аквалангистами чего стоит. В шторм. Хех!

В общем, разум подчиненных он эксплуатировал беспардонно. Их идеи и знания. Неосознанно. С каменным лицом, как говорится.

Разобрался в вопросе. И нечего здесь рассиживать. Апельсин давно кончился, а у него задание по проведению длительного отпуска. Он на службе, в конце концов или где?

Хотя, куда спешить?

Гошка повернулся в сторону официантки, скучавшей за стойкой ради единственного посетителя. Показал ей кожурки, на тарелке, подмигнул и хлопнул в ладоши. Надо же, поняла. Взяла из вазы еще один апельсин и запустила ему прямо в переносицу по низкой скоростной траектории. Очень удобно, легко поймалось. Кивнул благодарно, и снова вернулся к своим мыслям.

Да, у подданных императора Рыссии на почти подсознательном уровне развито стремление к взаимодействию. То, что они только что проделали с официанткой, на Земле просто не пришло бы ему в голову. И здесь не пришло, кажется. Он ведь действовал по внезапному толчку. Озарению. Ассимилируется, что ли.

А про дредноуты, которые собираются продавать государству, от которого ждут нападения, он подумает, когда вернется из отпуска. А то никакой головы не хватит.

Пока добирался пакетботом до острова Хаммасу, самого аграрного из сравнительно недалеко расположенных, хорошо посидел над историко-географическими справочниками и новым взглядом посмотрел на карту этого мира. Материков во владении Рысской Империи не было совсем. Пояс островов размерами и формой напоминавших Мадагаскар, Борнео, Кубу, Британию, общим числом тридцать четыре, тянулась почти параллельно экватору в полосе от пятидесятой до семидесятой широты, перекрывая семь восьмых окружности планеты. Пространство между ними заполняли острова, сходные по величине с островами Малой Антильской Гряды, и было их двести восемнадцать. Еще меньших размеров островочки, примерно как Тобаго или Тенерифе числом более восьми тысяч почти равномерно заполняли пространство между ними. И еще восемнадцать с лишним тысяч прочих участочков суши дополняли картину. По площади территориальных вод тягаться с Империей не мог никто.

И все это пространство населяло тридцать семь миллионов человек.

Остров Хаммасу, куда Гошка направился, был из крупных. Вытянутый с востока на запад, он располагался относительно близко к экватору. Его северная кромка находилась под сорок седьмым градусом южной широты. Рельеф — холмистая равнина. По южному берегу — старые горы, отсекающие холодные полярные ветры. Хорошие условия для земледелия. Вдоль всего острова проложена железная дорога, как раз посередине. От нее есть ответвления к городкам северного и южного побережий. Сам остров в составе империи недавно. Лет семьдесят тому назад, когда чайна подогнала к его берегам флот и высадила армию, местные князьки и корольки быстро сообразили что делать, и дружно подали прошения о входе в Рысскую Империю.

Реакция императора была немедленной и положительной. С еще несовершенными тогда броненосцами императорского флота парусно-паровые джонки чайцев даже и не подумали тягаться. Ушли. Армия была вывезена позднее, когда дипломаты утрясли формальности. Причем, четверть личного состава осталась, поскольку в дворянских усадьбах требовались рабочие руки, а условия жизни оказались лучше, чем на родине, где было заметно теплей, но и тесней. На острове Чайна проживало около двухсот миллионов, а площадью он не превышал Британию. Причем, не все земли там одинаково плодородны.

Вхождение огромной территории острова Хаммасу в сложившийся уклад налаженной жизни большой страны не для всех прошло безболезненно. Молодежь в течение нескольких лет разъехалась по Империи, поскольку в давно освоенных землях жилось вольготней. Землевладельцы принялись отписывать свои, постепенно приходящие в запустение, угодья казне и определяться на службу. Как ни крути, неучей среди них не было, а человек образованный всегда найдет хорошее место. От старых дворянских гнезд остались просторные дома родовых усадеб, где вырастали поколения будущих аристократов.