Чтение онлайн

В общем, чтобы получить точное решение, я воспользовалась теоремой Пифагора: разбила равнобедренный треугольник на два прямоугольных. Гипотенуза – десять, один катет шесть с четвертью, тогда другой катет будет семь запятая восемь-ноль-шесть-два-четыре-семь плюс – это дает один курс, а другой выводится с помощью пресловутой пятой аксиомы. Но я и тригонометрически проверила: арксинус семь запятая восемь-ноль-два-четыре-семь…

– Ладно, ладно! Верю на слово. Как еще можно запрограммировать Аю на отыскание тебя, пользуясь ее имеющимся словарем?

– Так… а горючее расходовать можно?

– Если нужно, то можно.

– Я заставила бы ее подняться вверх на минимальную высоту, а затем идти на меня по моему радиосигналу. Она же умеет по максимальной силе сигнала определять направление на его источник.

– Разумеется. Теперь сделай то же самое без расхода горючего. Только за счет Джейкова искривителя.

Дити задумалась и стала похожа на двенадцатилетнюю девочку. Потом выпалила:

– «Ход пьяницы»! – И тут же добавила: – Но я бы расширила полосу «хода» настолько, чтобы мое местонахождение заведомо было внутри ее. Ая должна замерять направление на источник на каждом углу зигзага. Тогда местонахождение источника можно будет определить абсолютно точно.

– Как будет быстрее? Идти прямо на тебя на двигателе – или рыскать «ходом пьяницы» на искривителе?

– Конечно, прямо на меня, – ответила было Дити, но запнулась. – Искривитель ведь не имеет механически движущихся частей, да?

– Джейк устанавливает верньеры вручную, но когда Ая действует сама, никакого механического движения не происходит. Интегральные схемы.

– Зебадия, я правильно понимаю? С использованием энергии Ая на этом расстоянии – пусть будет двенадцать километров – доберется до меня минуты за три-четыре. Но – Зебадия, этого не может быть! – без всякого расхода энергии и полагаясь на случайные числа – на чистый случай! – в режиме «хода пьяницы», она, получается, найдет меня меньше чем за секунду. Где я ошиблась?

– Не там, где ты думаешь, девочка моя. Не меньше, а гораздо меньше чем за секунду. В первые пятьдесят миллисекунд она нападет на твой след, а в следующие пятьдесят или даже менее того будет целиком к твоим услугам. В общей сложности – за одну десятую секунды или чуть меньше. Но, милая, мы пока так и не добрались до самого лучшего способа. Я сказал, что тебе следовало бы доверять собственным инстинктам. Ая не вещь, она личность. Ты не представляешь, как я обрадовался, когда выяснилось, что вы с ней подружились. Если бы она к тебе взревновала – о-о! Да избавят нас боги от мстительной машины! К счастью, этого не произошло, она от тебя в восторге.

– Зебадия, ты в это веришь?

– Дея Торис, я это знаю.

– Я тоже это знаю, – с видимым облегчением сказала Дити, – что бы я раньше ни говорила.

– Дити, для меня весь мир – живой. Некоторые его части спят, другие дремлют, третьи проснулись, но зевают… а некоторые постреливают глазками, помахивают хвостиком и всегда готовы к действию. Ая как раз такая.

– Да, это правда. Я зря обозвала ее машиной. Но что же это за самый лучший способ?

– Разве не ясно? Не объясняй ей как – просто скажи что. Скажи ей:

«Ая, сюда, найди меня!» Все четыре слова имеются в ее словаре; предложение построено в полном соответствии с ее грамматикой. Она тебя найдет.

– Но как? «Ходом пьяницы»?

– Может быть, она решит, что одна десятая секунды – слишком долго: ты ведь ей нравишься, девочка! Она скоренько переберет свои записи и отыщет оптимальное решение. А как она это сделала, она, возможно, даже не сумеет рассказать: она стирает все, что ей не приказано запомнить. Думаю, что стирает. Твердой уверенности у меня никогда не было.

Пока мы с Дити вели этот разговор, Джейк и Хильда успели довольно далеко отойти. Когда они остановились и повернулись в нашу сторону, мы заспешили к ним. Шельма крикнула:

– Зебби, так мы идем или не идем?

– Идем, идем, – заверил я ее. – Джейк, у нас примерно три часа. Мы должны вернуться и приготовиться к ночлегу до захода солнца. Правильно я говорю?

– Конечно. После захода солнца температура резко упадет.

– Вот именно. Значит, сегодня настоящей экспедиции не получится. Будем считать, что это у нас тренировка. В полном боевом вооружении, с дисциплиной радиосвязи, у всех ушки на макушке – так, как если бы за каждым кустом прятались Черные Шляпы.

– Здесь нет кустов, – возразила Хильда.

Я сделал вид, что не расслышал.

– Но что означает «в полном боевом вооружении», Джейк? У каждого из нас есть винтовка. У тебя еще этот допотопный армейский пистолет-автомат, он с близкого расстояния уложит кого хочешь – но метко ли ты стреляешь?

– Прилично.

– Насколько прилично это твое «прилично»? Большинство людей стреляют из пистолета примерно с такой же меткостью, с какой посылают в цель бейсбольный мяч.

– Капитан, я не стал бы целиться дальше чем на пятьдесят метров. Но если на этом расстоянии я прицелюсь, то попаду.

Я открыл рот… и закрыл его. Может быть, мой тесть просто бахвалится?

Дити заметила мои сомнения:

– Зебадия, папа учил меня стрелять из пистолета в университетском тире. Я видела, как он упражняется в сшибании мишеней за тридцать метров. И видела, как он промахнулся. Один раз.

– Моя дочь предпочла не сообщать, – вздохнул Джейк, – что по выскакивающим мишеням я по большей части как раз промахиваюсь.

– Папа! «По большей части» означает «более чем в пятидесяти процентах случаев». А у тебя было не так!

– Почти так.

– Шесть промахов. При том, что мишеней было двадцать восемь и…

– Ладно, ладно, лапочка! Джейк, о цифрах с твоей дочерью спорить трудно. Я из моего специального полицейского не палю дальше чем на двадцать метров. Правда, у меня особые патроны и самодельные разрывные пули, так что результат получается почти столь же смертельный, как у этой твоей гаубицы. Но если придется отбиваться или охотиться, мы будем стрелять из винтовок. Плюс Дитин дробовик. Дити, ты умеешь стрелять?