Чисто семейное дело

Росс Макдональд

Чисто семейное дело

1

Я был последним свидетелем защиты. Адвокат кончил мучить меня расспросами, помощник окружного прокурора взмахом руки отказался от перекрестного допроса, и судья отпустил меня с миром.

Со своего свидетельского места я заметил в первом ряду публики молодого человек, непохожего на завсегдатая судебных заседаний - из тех, что коротают свободное утро, подпитываясь чужими бедами и горестями. Судя по всему, у этого юноши хватало и своих. Более того, я был почти уверен, что он не прочь поделиться ими со мной.

Так и вышло. Он вскочил со стула и перехватил меня в дверях.

– Мистер Арчер, можно вас на два слова?

– Ну, разве что на два...
– устало ответил я.

Мы вышли в коридор, и молодой человек со страдальческой миной на лице посмотрел на закрывшиеся за нами массивные двери.

– Меня только что вытолкали из кабинета шерифа, - пожаловался он. Взяли и выперли взашей. Я не очень-то привык к такому обращению.

– Это все, что вы хотели мне сказать?

– Разумеется, нет. У меня к вам чрезвычайно важное дело. Видите ли, мистер Арчер, меня бросила жена...

– Я почти никогда не занимаюсь семейными дрязгами и разводами.

– Развод? О каком разводе может идти речь, когда я и женат-то был всего сутки, если не меньше! Отец и остальные родственники советуют мне аннулировать брак, но я их и слушать не желаю. И развода не хочу. Мне нужно только одно: вернуть жену, и дело с концом.
– - А где она сейчас?

– Почем мне знать?
– Он непослушными ругами зажег сигарету.
– Долли ушла в самом начале медового месяца, на второй день после регистрации брака. Мне кажется, с ней стряслась беда.

– Или она поняла, что ваш союз - ошибка. Такое случается сплошь и рядом.

– То же самое твердят и в полиции. "Сплошь и рядом"! Как будто от этого легче! Да и не верю я, что она могла просто взять и сбежать: мы любим друг друга.

– Вы забыли представиться, - напомнил я.

– Да, простите. Меня зовут Алекс Кинкайд.

– Чем вы зарабатываете на жизнь?

– Вообще-то служу в "Ченнел ойл корпорейшн". Мой отец - начальник филиала в Лонг-Бич. Фредерик Кинкайд, не слыхали?

Я не слыхал.

Открылись двери, и из зала суда гуськом потянулись присяжные.

– Здесь нам не дадут поговорить, - сказал Алекс Кинкайд.
– Может, я угощу вас обедом?

– Обед так обед, - согласился я.
– только в складчину.

Мне не хотелось чувствовать себя обязанным. По крайней мере, до тех пор, пока я не выслушаю его историю целиком. Мы вошли в бар на противоположной стороне улицы и отыскали две табуретки в укромном уголке. Мой спутник заказал двойное виски со льдом, выпил его как микстуру и хотел было тут же сделать второй заход.

– Сбавьте обороты, - посоветовал я.

– Вы что, собрались мне указывать?

– Я собрался вас выслушать и хочу, чтобы вы были в состоянии предложить мне связный рассказ.

– Может, вы подумали, что я алкоголик?

– У вас нервы на пределе, а от этого никакое виски не спасет, только хуже будет.

– Да, вы правы, я малость на взводе, но это и не удивительно. Надо же было такому случиться!

– Пора бы вам поведать мне, что именно случилось. Начинайте с самого начала.

– С того дня, когда она убежала из гостиницы?

– Давайте хоть с гостиницы.

– Мы остановились в "Прибое", - начал он.
– Это здесь, в Пэсифик-Пойнт. Накладно, конечно, но мы решили пожить тут всего трое суток, так что я бы не разорился...

– Где вы поженились?

– В Лонг-Бич, у судьи.

– Вам не кажется, что брак был несколько скоропалительным?

– Не без этого. Но Долли не могла тянуть. Мои родители просили повременить до покупки дома и обстановки, да и венчание было бы им больше по нраву, но Долли настояла на том, чтобы расписаться у судьи.

– А как к этому отнеслись её родители?

– У Долли нет никаких родственников. По крайней мере, так она утверждает.

– Вы ей не верите?

– Конечно, верю, только упоминание о родных наводило на неё хандру. Как-то она сказала мне, что её отец и мать погибли в автомобильной катастрофе.

– Как девичья фамилия вашей супруги?

– Долли Макги. Вообще-то её зовут Дороти. Она работала в университетской библиотеке, а я проходил курс управления...

– Этим летом?

– Совершенно верно. Мы и знакомы-то были всего шесть с половиной недель. Зато встречались каждый день.

– И чем же вы занимались во время встреч?

– Какое это имеет значение?

– Пока и сам не знаю. Просто стараюсь составить представление о ней.

– Ну, большую часть времени мы болтали. Гуляли и разговаривали.

– О чем?

– О смысле бытия.
– В его устах это прозвучало как нечто само собой разумеющееся.

– Как, по вашему мнению, она была до конца откровенна с вами?

– Конечно!

– И ваше бракосочетание не было вынужденным?

Он смерил меня холодным взглядом.

– Между нами вообще ничего такого не было, даже в первую ночь после свадьбы.

– Так почему же она вас бросила, Алекс?

В его глазах появилось страдальческое выражение.

– Не знаю. Но причина не во мне и не в Долли. Наверное, все из-за того бородача.

– Что ещё за бородач?

– Он явился в гостиницу в тот самый день, когда ушла Долли. Я купался, а потом дремал на пляже. Спустя два часа я вернулся и застал номер пустым. Долли забрала с собой сумочку и багаж. Портье сказал, что незадолго до отъезда к ней приходил какой-то тип с короткой седой бородкой и проторчал в номере около часа.