Чтение онлайн

Кроваво-красный. Журналистка обернулась и посмотрела через плечо на камин в соседней комнате. Она не писала статьи о настоящих преступлениях. Не писала о реальных людях или их секретах, или демонах, сводивших их с ума. Хоуп встала, подула на ногти и прошла в гостиную. Пальцем ноги оттолкнула в сторону медвежью шкуру и посмотрела на бурое пятно на деревянном полу. Насколько же все должно было быть ужасно, если прежний шериф не нашел иного выхода, как пустить себе пулю в голову?

Шелли упомянула что-то насчет извращенного секса. Люди не накладывают на себя руки из-за того, что им нравится, когда их шлепают. Хоуп задумалась, насколько же извращенным было то, что творилось в этом доме, и как много местные жители об этом знали?

Здание бара «Олений рог» являлось старейшим из всех сохранившихся в Госпеле. Восстановленный после пожара в тысяча девятьсот тридцать втором и построенный на несколько лет раньше, чем Церковь Господа нашего Иисуса Христа, бар по-прежнему привлекал в свои грубые деревянные стены преданных почитателей. Вечера среды были вечерами двойных заказов до десяти часов, и мало кто из паствы «Оленьего рога» отказывался от возможности выпить две кружки пива всего лишь за пару баксов.

Наверное, бар пользовался такой популярностью у местных, потому что, как и они сами, никогда не пытался казаться чем-то, чем на самом деле не являлся. «Олений рог» просто был местом, где можно пропустить пару стаканов, поиграть в пул в задней комнате или потанцевать тустеп под Винса Джилла [23] . Летом местные старались принять туристов наилучшим образом, но никто не возмущался, если приезжего силком выдворяли с любимого табурета.

Лившаяся из нового музыкального автомата музыка в стиле кантри — исключительно кантри — была достаточно громкой, чтобы заглушить грохот подтаявшего льда в кулере. В прошлом году какой-то умник пробрался в бар после закрытия и заменил Джорджа Джонса [24] на Барри Манилоу [25] . Не успел Барри пропеть и половины хита «Я сочиняю песни», как Хэйден Дин схватил табурет и прекратил мучения старого автомата. Теперь все табуреты были привинчены к полу.

Владелец «Оленьего рога», Барли Мортон, никогда не обращал особого внимания на внешний вид своего заведения, но, в некотором роде, Барли нравилось, как новый автомат «подмигивает» лампочками под льющиеся из него звуки гавайских гитар и как сочетается с большой сияющей вывеской пива «Куэрс» на стене. Вообще, если не считать комнаты для пула, «Олений рог» напоминал собой полутемную пещеру. Местным, которые называли бар своим вторым домом, такая его особенность была по душе.

Хоуп замерла на пороге, давая глазам время привыкнуть к полутьме. Хотя миз Спенсер мало что было видно кроме теней и сияющей неоновой вывески над стойкой, место напомнило журналистке бар в Лас-Вегасе, где она впервые встретила прототип своего Мики-волшебного гнома, Майрона Ламбардо. Сильный запах пива, грубое дерево, десятилетиями впитывавшее в себя сигаретный дым. Вероятно, это воспоминание должно было послужить ей предупреждением: разворачивайся и уноси ноги. Но сейчас Хоуп переживала своего рода кризис. Она сунула наушники в поясную сумку и немного отошла вправо, давая высокому ковбою возможность протиснуться мимо. Задев плечом широкую доску объявлений, Хоуп подняла взгляд к рекламе, прикрепленной к пробковому дереву. Это был лист, куда можно было записаться, чтобы принять участие в «Ежегодном, проходящем Четвертого июля, состязании по поеданию устриц Скалистых гор [26] и метанию туалетной бумаги».

Разумеется, Хоуп слышала об устрицах. В детстве семья часто устраивала барбекю с морепродуктами. Метание туалетной бумаги? Это что-то новенькое, но не так уж необычно, учитывая то, что миз Спенсер успела выяснить о городке. Проведя пять дней в Госпеле, она обнаружила несколько весьма странных деталей. Вроде количества оружия в свободном доступе. Казалось, здесь есть своего рода правило: если у тебя есть грузовик, то в заднем окне должны быть видны минимум две винтовки. Если носишь пояс, то с пряжкой размером со свою голову, а если у тебя есть пара оленьих рогов, то их непременно надо прибить в доме, в сарае или в грузовике. Содержание большей части бамперных наклеек сводилось к одной фразе: «Если ты не ковбой, жри дерьмо и сдохни».

Хоуп взглянула на свои спортивные часы и прикинула, что до наступления сумерек остался час. Она вообще не собиралась приходить в «Олений рог», но проходила мимо и решила заглянуть. После той статьи о куриной кости у нее не получилось написать ни единой подходящей истории. Сегодня утром пришло электронное письмо от Уолтера: тот ждал от Хоуп чего-то впечатляющего. Желательно чего-нибудь про бигфута, или пришельцев, или Элвиса. Редактор начал терять терпение, и она понадеялась найти в «Оленьем роге» прототип какой-нибудь помеси Элвиса с бигфутом.

Как только глаза привыкли к скудному освещению, Хоуп прошла к свободной кабинке в дальнем конце бара. Миз Спенсер буквально спиной чувствовала провожавшие ее взгляды, словно эти люди никогда в жизни не видели спортивных шорт из черного спандекса и короткого, открывавшего живот топа. Перед пробежкой она собрала волосы в "хвост" и решила обойтись минимумом косметики.

Заказав бутылку «Короны», предложенную взамен «Бад Лайта», журналистка стала прислушиваться к разговорам игроков в пул, что разместились в глубине помещения. Сквозь завывания гавайской гитары из проигрывателя, Хоуп различила, как в соседней кабинке парочка болтала о чем-то касательно приезжих. Чем дольше миз Спенсер подслушивала, тем больше приходила к выводу, что у местных есть своего рода пари на туристов. И кажется, по последним данным лидировал Отис Уинклер, предсказав три случая ожога ядовитым сумахом, две вывихнутые лодыжки, сломанные палец и ребро.

Внимательно все выслушав, Хоуп попросила у официантки карандаш, плеснула пива в красный пластиковый стаканчик, взяла салфетку и принялась писать: «Пришельцы-диверсанты прячутся в высоких горах Айдахо. В тихом городке Мэйберри, словно сошедшем с экрана старого фильма, инопланетяне развлекаются, подшучивая над ничего не подозревающими туристами…»

Дилан с такой силой ударил ладонью по двери бара «Олений рог», что та с треском врезалась в стену. Настроения возиться со всем этим дерьмом у шерифа не было совершенно. Двое из его помощников разбирались с жуткой аварией на юге Баннер Саммит, еще один взял отпуск, а Льюис был в получасе езды отсюда. Поэтому Дилану ничего не оставалось, как продеть служебный ремень в свои «Левисы», прикрепить звездочку к нагрудному карману клетчатой рубашки и отправиться разбираться с идиотами из «Оленьего рога».

В баре раздавались звуки кулаков, впечатывавшихся в плоть, голоса посетителей, бьющихся об заклад, кто же победит: и все это под аккомпанемент «Привет, дорогуша» в исполнении Конвея Твитти [27] .

Дилан протолкался сквозь толпу зрителей и едва не пропустил мощный удар, предназначавшийся Эммету Барнсу.

Кто-то вырубил Конвея и включил свет как раз в тот момент, когда Хэйден Дин, соперник Барнса, нанес тому удар в челюсть, отчего Эммет улетел в толпу зевак. Дилан не удивился, увидев, что один из зачинщиков беспорядка — Эммет. И в хорошие-то дни он был настоящим сукиным сыном с комплексом коротышки, а сегодня день явно не задался. В своих сделанных на заказ сапогах Эммет достигал ростом ста шестидесяти девяти сантиметров, а сложением напоминал питбуля. Добавьте сюда алкоголь — и вот Барнс превратился в один большой нетрезвый комок мускулов, только и ожидающий повода подраться.

Дилан подал знак хозяину бара, и тот сгреб Хэйдена в медвежьи объятия. Барли Мортона прозвали так не потому, что он родился хилым [28] .

Шериф встал перед Эмметом и попытался затормозить его, упершись ладонью в грудь буяна.

— Драка закончена.

— Прочь с дороги, шериф! — заорал коротышка с остекленевшим от ярости взглядом. — Я еще не закончил разбираться с тощей задницей Хэйдена.

— Почему бы тебе не угомониться?

Вместо этого Эммет вмазал кулаком Дилану прямо в левый глаз. От силы удара голова шерифа откинулась назад, шляпа слетела, и взрыв боли иглами пронзил череп.