Чтение онлайн

— Ты говорил, что Кроунгард до сих пор может сидеть у меня в голове… или как там? Чувствовать мои эмоции?

— Да, все так. Сидеть в твоей голове он вряд ли сможет, потому что это очень сложно и отнимает много сил. К тому же, зная интерес и ресурсы Халлорана, так очень легко попасться. А вот тонкую ниточку связи на утро после того, как должно было состояться мое убийство, он должен был себе оставить. Именно эмоциональную привязку. Чтобы убедиться, что все прошло так, как задумано.

Я судорожно вздохнула, снова представив, как все могло получиться, и Бен привлек меня к себе.

— Тише, Аврора. Тихо. Тихо. Все хорошо.

— Не все, — глухо ответила я, обнимая его всем телом. — Если осталась эта связь… если он может меня почувствовать, я… что должна делать я?

— Мы не сможем видеться все это время, пока Кроунгард не будет пойман, — ответил Бен, и меня полоснуло отчаянием.

Моим, его… не важно! Не сможем видеться сколько? Сколько ждать, пока этот сумасшедший сделает свой ход?

— Это связано не с Кроунгардом, — добавил Бен, мягко поднимая пальцами мой подбородок и глядя мне в глаза. — А с тем, что я для всех буду мертв. Не бойся, вряд ли между вами осталась хоть какая-то связь.

— Я не этого боюсь! — выдохнула в отчаянии, стараясь сдержать наворачивающиеся на глаза слезы. — Я боюсь, что не увижу тебя несколько месяцев… а если лет?! И что будет с Раграном?

Неожиданно Бен улыбнулся. Улыбнулся так, что мое трепыхающееся напряженным комком сердце замерло, как виар в первые дни оттепели после долгой зимы, под весенним согревающим солнышком.

— Он не станет ждать настолько долго, можешь мне поверить. Он и так ждал, сидя в тюрьме Халлорана все эти годы. Он меня достаточно хорошо изучил, но и я его тоже, и можешь мне поверить, Аврора: сейчас этот набл раздувается от гордости и у него здорово подгорает на тему мирового господства. Так что долго ждать нам всем не придется. Он сделает первый шаг, к которому мы будем готовы, и тогда… — Бен не договорил. Коснулся моей щеки кончиками пальцев и все-таки закончил: — Я больше никогда вас от себя не отпущу.

Вместо ответа я прижалась к нему еще крепче, впитывая эти прикосновения, запоминая их.

— А дети? — прошептала еле слышно. — Что сказать им?

— Скажи, что посчитаешь нужным. У нас с тобой самые умные дети в мире, и я больше чем уверен, что ты знаешь, как найти к ним подход.

— Я скажу правду, — тихо произнесла я. — Ты зайдешь к ним? Перед тем, как…

— Я бы очень хотел.

— Тогда пойдем. Пойдем. Я хочу, чтобы мы рассказали им обо всем вместе.

Если я что-то и поняла за все это время, так это то, что ложь никогда не станет спасением. Это самое опасное оружие в мире, которое способно уничтожить тебя изнутри, потому что ты сама дала этой силе власть над собой. Только правда способна защитить, уберечь и спасти, какой бы жесткой она ни была.

Поэтому я рассказала детям, смягчив все пугающие детали, о том, что произошло. О том, какое решение принял Бен: что ему придется исчезнуть. О том, что он меня спас. Что он спас нас обоих, хотя Бен настаивал, что я принимала в этом самое непосредственное участие, и что не разбуди я его, все могло бы обернуться иначе, я была непреклонна.

Дети слушали, раскрыв рты. Как раз в тот момент, когда мы почти договорили, дверь распахнулась, и в комнату ворвался Элегард.

— Аврора, я только что узнал, что…

От Бена прямо-таки полыхнуло вспышкой, но раньше, чем я успела это осознать, в Элегарда полетел конструктор. Он стоял на тумбочке на кровати Роа, довольно тяжеленькая коробочка известного во всем мире производителя игрушек Дагги. Конструктор был на самые разные темы, но конкретно этот — создание небоскреба, поэтому упаковка была приличных размеров и увесистая.

Честно говоря, я вообще не понимала, как Роа ее поднял, но он справился. А когда Элегарду прилетело запчастью в нос, мой сын вскочил на ноги и завопил:

— Ты подставил маму, какашка ходячая! Убирайся отсюда, чтобы я больше тебя не видел!

— Роа, я…

— Лучше уйди, — теперь уже поднялся Бен.

Элегард раздул ноздри, попятился, но, к счастью, вышел. К счастью, потому что я тоже готова была сказать ему пару ласковых. Он был полностью в курсе того, что устроил Халлоран! Полностью! И ни словом не обмолвился о грозящей опасности. Ладно, драконы с ней, со мной, но дети! Уже только за одно это я была готова его догнать и вставить длиннющую детальку в то самое место, из которого выходят, выражаясь словами Роа, такие как он.

Спустя несколько минут мы уже прощались с Беном: за ним пришли.

— Спасибо, что не заставил нас переживать все это взаправду, — тихо произнесла я, касаясь его щеки.

— Я бы никогда не поступил с вами так, Аврора. Вы моя семья. Я вас люблю больше жизни. Я люблю тебя больше жизни.

Тогда меня так накрыло от его чувств, от его взгляда в упор, навылет, от этой невыносимой нежности, что я потеряла дар речи. А когда обрела, в дверях уже стояли вальцгарды, и в ближайшее время для всех, кроме меня и детей, кроме Халлорана, Ландерстерга и самых доверенных приближенных военных иртханов, он должен был умереть.

Бен вышел раньше, чем я успела ответить, раньше, чем я сказала ему о своих чувствах.

Поэтому сейчас, когда на меня смотрели мама, Зои, Даг и даже отец, которого я не видела, по словам многих, очень давно, я просто опустила глаза. Для всех я должна была оплакивать свою потерю, пока Кроунгард не проявит себя. Даже для тех, кто искренне за меня переживал, и я не знала, как быть.

Я не имела права сказать им правду.

Но я не хотела лгать.

На том, чтобы я поехала в Рагран, тоже настоял Бен. Здесь мне и детям должны были обеспечить такой уровень защиты, пробить который было можно разве что драконом, и то не факт. Халлоран с ним согласился, а сам начал подготовку к возможным действиям Кроунгарда в Аронгаре. Ландерстерг — в Ферверне. Все это слаженно, быстро и максимально прицельно.

Хотя для всех на мировой арене творилось нечто невероятное. Убийство главы Раграна в Аронгаре (своим же сотрудником безопасности, который сейчас «ожидал суда») всколыхнуло весь мир. Якобы всколыхнуло и все правительства, и Ландерстерг сейчас требовал расследования, потому что «все произошло слишком подозрительно». В Рагране после траурной церемонии тоже начался хаос, поскольку в оппоненты главному политическому сопернику Бена живо повылезало еще несколько желающих править.

В Мировом сообществе голоса разделились: одни встали на сторону Ландерстерга, другие — на сторону Халлорана, «не желающего» давать этому делу ход. Словом, если бы я не была в курсе происходящего, у меня бы волосы дыбом встали. Если честно, все выходило ну очень уж достоверно. Настолько достоверно, что временами приходилось себя одергивать, чтобы не забывать о том, что это игра.