Чтение онлайн

В этих районах, в северной части Эфиопии, евреи преимущественно занимались кузнечным и гончарным ремёслами, а в деревнях земледелием. По сей день в окрестностях города Гондэра фалаша считаются прекрасными кузнецами. В Средние века они составляли грозную силу и не раз поднимались на войну против эфиопского правительства за свою религиозную и политическую независимость. Однако исторические перипетии сильно сократили численность эфиопских иудеев, а жестокая засуха и голод в 80-х гг. XX в. поставили их на грань выживания. Тогда по соглашению с правительством Эфиопии забрать всех фалаша на землю обетованную решил Израиль – большинство последователей иудаизма были вывезены на Святую землю. Последний самолёт с фалаша приземлился в Израиле в августе 2013 г.

Последние представители еврейской общины острова Джерба читают Тору в охраняемой танками синагоге, Тунис

Эфиопские фалаша торгуют сувенирами в одном из последних селений неподалёку от Гондэра

Забавно, что по своим религиозным воззрениям фалаша ближе к христианам, нежели к ортодоксальным евреям. Да, Новый Завет они не считают священной книгой, но и Талмуда не знают вовсе, а Ветхий Завет (Тору) читают на священном языке эфиопских христиан геэз, а вовсе не на древнееврейском. Священные книги фалаша в основном заимствованы из коптской церкви. Да и обряды фалаша весьма сходны с обрядностью соседей-христиан.

Вдобавок ко всему этому в этническом смысле слова к евреям фалаша тоже не имеют никакого отношения ни по крови, ни по языку: учёные полагают, что они исконные жители Африки, ведь вплоть до самого недавнего времени большинство фалаша говорили на кушитских языках.

Вероятнее всего, иудаизм распространился здесь в эпоху империи Аксум благодаря еврейским купцам из Йемена, сумевшим распространить свою веру среди местного населения. Тем удивительнее видеть сегодня на улицах Тель-Авива чернокожих и курчавых израильтян – эфиопских фалаша.

Общины иудаистов, впрочем, сегодня имеются не только в Эфиопии, где история фалаша насчитывает сотни лет. В XX в. схожие общины стали возникать по всей Африке. Так, в 1919 г. один из жителей деревни на юге Уганды прочитал Ветхий Завет и вместе с домочадцами принял иудейскую веру. Сегодня в созданной им общине абаюдая (на языке ганда обозначает «иудеи») не менее двух тысяч человек, построены синагоги и религиозные школы, практикуются обрезание и приготовление кошерной пищи. Есть подобные общины и в ЮАР (где евреев в целом насчитывается до 75 тыс. человек), Зимбабве, Нигерии, Кении. Правительство Израиля оказалось перед сложным выбором – можно ли разрешить африканским иудеям, генетически никак не связанным с еврейским народом, репатриироваться на землю обетованную? С одной стороны, юридических причин препятствовать этому не имеется. Однако израильские политики предупреждают: как только Израиль начнёт оказывать помощь «новым» африканским иудеям вроде абаюдая, миллионы чернокожих африканцев охотно запишутся в евреи и немедленно станут претендовать на репатриацию.

ЦАРЬ И БОГ

Да живёт царь Верхнего и Нижнего Египта, любимец обеих земель Пиопи, дающий вечную жизнь. Древнеегипетские тексты пирамид

Для этнографа нет ничего сложнее, чем писать об африканской традиционной религии. Прежде всего потому, что изучена эта сфера по-прежнему слабо. Вплоть до недавнего времени многие учёные полагали вслед за У. Фицджеральдом, что в Африке «примитивные идеи и туземная философия уживаются с подражанием европейцам в манерах и поведении», и только во второй половине XX в. наука оценила по достоинству сложность и разнообразие африканской религии. Однако по сей день имеющаяся по этой теме богатая литература, преимущественно изданная на Западе, создаёт чрезвычайную неразбериху фактов и соображений. Даже сведения о верованиях одного и того же народа могут расходиться вполне диаметрально. Первые исследователи неаккуратно толковали услышанное и увиденное, создавая разбросанность и нечёткость в терминологии, которую африканистике не удаётся преодолеть по сей день. Кроме того, очевидно, что африканские информаторы подчас намеренно вводили исследователей в заблуждение, стремясь не допустить проникновения чужаков в сокровенное знание своего народа.

Но даже если запись материала всегда будет чёткой и единообразной, интерпретация религиозных верований отдалённых народов неизбежно будет нести глубокий отпечаток культуры и образа мысли самого исследователя, что может до неузнаваемости исказить сущность описываемого. Конечно, можно ограничиться лишь изложением фактов; но описания ритуалов, религиозных запретов, пантеонов божеств, какими бы увлекательными они ни были, не позволят по-настоящему раскрыть религиозное сознание жителя Африки – то, что на самом деле значительно интереснее имён или функций божеств.

В традиционном обществе, которое в Африке вплоть до самого последнего времени довлело над современным, религия и отношение к ней со стороны человека коренным образом отличаются от привычных нам представлений. В отличие от современного общества, где религия уже несколько веков вытесняется на периферию общественной жизни, является частным делом каждого и относится к внутреннему миру человека, в традиционном обществе религия – это исключительно социальное явление. Она принадлежит не человеку, а общине и неотделима от повседневной жизнедеятельности общины. Её предназначение – служить фундаментом самоопределения членов сообщества, укреплять их связи между собой, отделяя от соседних общин. Религиозные обычаи и традиции ничуть не выделяются из норм бытового взаимодействия людей и настолько естественно интегрированы в повседневную жизнь, что жителю традиционной африканской деревни вряд ли даже придёт в голову задуматься, что такое религия. Рождение, болезни и смерть, супружеская жизнь, посевные работы, удача на охоте или в торговле, погода и настроение – всё в жизни традиционного сообщества увязывается с верованиями.

Традиционный жрец и целитель в своём киоске на рынке в Ломе, Того

В нашем современном обществе вера и религия – вещи очень разные. Житель Москвы может вовсе не ходить в церковь и не знать толком ни одного православного праздника, кроме Пасхи, но при этом верить в Бога, в чёрную кошку, гороскопы и эзотерическое живое знание. Кроме того, сфера действия сверхъестественных сил в наши дни постоянно сужается: большинство из нас больше не считает молнию божественной дланью, а в заговоры, ворожбу и сонники верят только самые отчаянные энтузиасты. Веру в сверхъестественное заменяют научные представления. В традиционном обществе всё совсем по-другому.

Собственно, традиционное сознание вообще не предполагает разделения мира на естественное и сверхъестественное. Для африканца этих понятий просто не существует: мир богов, духов, людей и животных един. Да, некоторые существа в нём невидимы глазу, но, как сказал автору один житель Уганды, «клоп тоже невидимый, но никому же не приходит в голову говорить о его сверхъестественности». Тем более, добавил он после длительного размышления, что духи могут показываться человеку в любом обличье, если захотят, а вот клопы никогда этого не делают.

Во многих африканских религиях мир подчинён высшей силе, которая контролирует всё происходящее в нём, и для этой высшей силы чаще всего даже нет особого имени. Именно она выстроила иерархию мира, в которой все – и божества, и духи предков, и священные животные, и человек – стоят на своих местах, постоянно взаимодействуя, и не существуют друг без друга. Если манго падает сверху вниз, а не наоборот – значит, так распорядилась высшая сила, и дискуссия о принципах земного тяготения не имеет никакого смысла.