Чтение онлайн

СЕМИТСКИМИ ПО ПРОИСХОЖДЕНИЮ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ, ВПОЛНЕ ВОЗМОЖНО, ЯВЛЯЮТСЯ СЛОВА «ВИНО» (СЕМИТ. *WAYN) И «СЕМЬ» (АРАБ. SAB‘).

Многие афразийские языки интересны прежде всего тем, что любое понятие в них выражается комбинацией двух или трёх согласных звуков. К примеру, в арабском языке сочетание k-t-b обозначает всё, связанное с понятием письма. Гласные играют роль, но не смысловую, а только вспомогательную: они заполняют пространство между согласными, меняя грамматическое значение слова. Так и получается, что kataba по-арабски означает «он написал», aktubu «я пишу», uktub «пиши», а katib «писатель». Если гласные расположить по-иному, поменяется и значение, но оно всегда будет вертеться где-то поблизости от письма: kitab будет обозначать книгу, а kutub – несколько книг. Префиксами и суффиксами можно разнообразить трёхбуквенные сочетания: ma-ktab – это «письменный стол» или «офис», а katab-tu – «я написал». Структура слова при этом всегда остаётся канонически неизменной, что сильно облегчает изучение языка. Ведь все схемы расположения гласных имеют заранее определённое значение, и если мы знаем, к примеру, что jalasa означает «он сидел», а julus «сидение», то от глагола dahala «входить» так же легко образовать существительное duhul, которое со стопроцентной вероятностью будет обозначать «вход».

Именно тем, что гласные в афразийских словах не имеют смыслового значения, объясняют обычно тот интересный факт, что письменность этих языков состоит обычно из одних согласных букв: так происходит в арабском, еврейском, финикийском, арамейском алфавитах, в древнеегипетском письме и письме берберов тифинаг, о которых мы расскажем чуть ниже.

Афразийские языки любопытны своим пристрастием к гортанным звукам: в некоторых языках их количество достигает десятка. Даже сама гортанная смычка, которую в русском языке мы слышим, например, в разговорном отрицании «не-а», во многих афразийских языках рассматривается как отдельный звук, обозначаемый и на письме.

Но многие другие черты грамматики роднят афразийские языки с нашими, индоевропейскими. Здесь тоже существуют мужской и женский род существительных, именные падежи (в семитских языках их три: именительный, родительный и винительный), глагольные времена – всего этого в других языках Африки практически не сыщешь. Учёные считают, что афразийские языки являются дальними родственниками индоевропейских, хотя их общий предок существовал так давно, что следов родства сохранилось лишь совсем немного. В качестве таких следов указывают на афразийские слова *qs «кость», *mn – «человек» (вспомним английское man), *qr «кора» или *tm «тёмный» – здесь и далее реконструкции даются после знака звёздочки.

ТЕКСТ НА ЯЗЫКЕ ХАУСА (ЧАДСКАЯ ГРУППА АФРАЗИЙСКОЙ СЕМЬИ, НИГЕРИЯ)*

ASALIN HAUSAWA AN CE: WADANSU MUTANE NE, WA DA KANE; SU KA ZO DAGA KASAL LARABAWA DA MATAN SU BIU. SU KA ZAMNA WANI JEJI KUSA DA KASAL BARNO, SUNANSA GABI, SU KA YI BUKOKI, SU NA HALBIN NAMUN JEJI, DON SU MAHALBA NE, HAR MATAR KANEN NAN TA HAIFI YA.

[ПОПРОБУЙТЕ ПЕРЕВЕСТИ ПРЕДЛАГАЕМЫЕ В ЭТОЙ ГЛАВЕ ТЕКСТЫ САМОСТОЯТЕЛЬНО. ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПЕРЕВОДЫ ДАНЫ НА СТР. 478]

МЕЖДУ НИГЕРОМ И КОНГО

Макросемья нигер-конго была названа так благодаря двум величественным рекам, в бассейнах которых проживают носители её языков. Но на самом деле нигеро-конголезскими народами, принадлежащими к негроидному антропологическому типу, населено около половины территории африканского континента. Семья нигер-конго – бесспорно крупнейшее языковое объединение во всём мире, в нём насчитывается свыше 1500 языковых единиц, едва ли не четверть всех языков планеты.

Языки всего африканского континента к югу от экватора… показывают несомненные доказательства родства. Дж. Причард, 1837 г.

Вполне вероятно, что далёкие предки народов этой семьи около 10 тыс. лет назад проживали где-то на территории западноафриканской саванны (тогда, собственно, Сахара тоже была саванной). Трудно сказать, что стало катализатором успешной экспансии нигеро-конголезцев по всей Западной Африке, происходившей примерно в IV–VI тысячелетиях до н. э. Вероятнее всего, их успеху в первую очередь способствовал более высокий уровень технического развития: одомашнивание злаковых растений и животных, обладание более совершенным оружием и инструментами. Должны были сыграть свою роль и климатические факторы: засухи в Сахаре, отступление непроходимых экваториальных лесов и смещение к югу зоны саванн, в которых предпочитали селиться нигеро-конголезцы.

Женщины народа фульбе несут на голове выручку с рынка, а за спиной – собственных детей

Во II тысячелетии до н. э. начинается новый этап этой гигантской экспансии. Пришли в движение народы банту, проживавшие на восточной окраине нигеро-конголезского ареала, на территории современного Камеруна. Западное и северное направления были уже освоены другими нигеро-конголезцами, на юге лежали непроходимые влажные леса, так что банту приняли единственно верное решение идти на восток, а впоследствии по «коридорам», образованным саванной в тропическом лесу, проникли на юг континента. Благодаря железным орудиям и продуктивному земледелию освоение слабонаселённой Южной Африки не представляло для банту никакой трудности. Примерно 1000–1200 лет назад народы банту, предки нынешних зулусов и коса в ЮАР, вышли к южноафриканской реке Фиш, конечной точке их великого наступления, где им вскоре предстояло столкнуться с первыми европейцами.

Предшественниками народов банту в саваннах южной части континента были племена, говорившие на койсанских языках. Им пришлось либо перейти на новые места обитания, где койсанские языки сохранились по сей день (о них мы расскажем чуть ниже), либо освоить языки пришельцев. А в лесной зоне, протянувшейся широким поясом вдоль экватора, с давних пор жили охотники-пигмеи, также сохранившие свой особый тип внешности. Учёные полагают, что ещё несколько столетий назад небольшие группы пигмеев могли говорить на собственных языках, однако в результате сильнейшего культурного влияния народов банту, постепенно проникавших всё дальше в лес, эти языки были утеряны. Их следы можно искать в речи современных пигмеев: замечено, например, что наименования множества растений и некоторых животных, используемые пигмеями, не находят параллелей в языках банту. Многие термины из области флоры и фауны, охоты и собирательства банту заимствовали у пигмеев. Эти факты помогут лингвистам восстановить древнюю исчезнувшую речь, возможно, самых интересных людей на Земле.

Сегодня огромный ареал Восточной и Южной Африки от Нигерии до Мозамбика заселён практически монопольно носителями пятисот языков банту. Их далёкие родственники, народы других групп нигеро-конголезской семьи, за это время завершили освоение Западной Африки, вытеснив или покорив почти всех, кто говорил на других языках.

Остатки древних языков Африки, уцелевших после экспансий нигероконголезцев, остаются излюбленными, самыми увлекательными загадками для лингвистов, изучающих языки Чёрного континента. Возможно, в числе таких реликтов – небольшая группа иджоидных языков (к ним относится и исчезающий язык дефака, о котором уже упоминалось выше), примерно миллион носителей которых проживает в низменной дельте великого Нигера. Мифология народов иджо полна притч о некогда обширных землях, населённых их предками, о битвах с пришельцами и о героях, вынужденных в результате поражений уйти со своих земель в кишащие москитами протоки Нигера. В отличие от абсолютного большинства нигеро-конголезских языков, иджоидные языки используют категорию грамматического рода (в некоторых языках она, как ни удивительно, включает все те же три значения, что и в русском: мужской, женский, средний), но не знают системы именных классов, считающихся отличительной чертой языков нигер-конго.

Дело в том, что все существительные в нигер-конго разделены на классы, каждый из которых обозначается в речи либо префиксом (ставится перед существительным), либо суффиксом (после него). В языке конго, к примеру, существуют особые классы для обозначения людей, растений, домашних животных, жидкостей, круглых и продолговатых предметов. Общее число именных классов в языках Западной Африки может доходить до сорока, и очень часто классную принадлежность того или иного существительного приходится зазубривать, потому что исходное деление всех предметов на классы уже здорово перемешалось.