Чтение онлайн

Шеф не возражал.

И в этот момент телефон разразился знаменитой аккордеонной мелодией «Sous le ciel de Paris». Макс понял, что звонит Мишель. «Сейчас будут меня уговаривать», – подумал он и не ошибся.

Надо сказать, что французский язык у Андрюхи был безупречным. Раскатывая грассированное «р», тот свободно вел беседу, чему-то удивлялся и обещал (это Макс понял) поговорить со своим начальником (по-французски, его – Макса – статус назывался «patron». И слово «патрон» он услышал за время беседы не раз). Все понятно: Андрей подключил «тяжелую артиллерию»! Сейчас протянет трубку Максу и тому ничего не останется, как пообещать Мишелю помочь. Только он об этом подумал, как Андрей протянул трубку и, улыбаясь, сказал:

– Тебя. Мишель хочет поговорить.

– Я уже понял, – покачивая головой и вздыхая, взял трубку. – Hi, my friend! How are you? – Макс продолжил разговор по-английски.

Андрей слушал, не перебивая. Он знал, о чем идет беседа. Мишель убеждал Макса помочь в расследовании. Приводил аргументы, против которых шеф не сможет возразить, а именно: фантастическая история и такой же гонорар!

Осталось немного подождать…

Макс попрощался с Мишелем, нажал на отбой и показал Андрею кулак.

– Зараза ты все-таки. Знал ведь, что не смогу ответить отказом. – Он потер рукой затылок, что говорило о раздумьях. – Я поступлю умно! Поедешь на Корсику один. И будешь сам доказывать французам, что ты Эркюль Пуаро! Езжай и разбирайся, кто у них настоящий, кто ненастоящий. Жена или муж. Покупай билет и лети. Но прежде ты должен выполнить то, что пообещал. Завтра же предоставишь мне отчет по Сидельникову. Понял? Потом можешь лететь на остров красоты. Договорились?

– Все будет сделано, шеф. Я побежал.

– Булочки забери.

– Да ладно, я еще вечером зайду, – и уже у самой двери: – а на какое число брать билет?

– Да хоть на завтра. Если уверен, что за сегодняшний день все, что мы наметили по убийству, выполнишь, я тебя отпускаю.

– Мерси боку. Спасибо, Макс, – и добавил: – может, все-таки два билета брать?

– Я тебя сейчас поколочу, – Макс взял со стола разделочную доску и двинулся к двери. – Один билет, я сказал. Если нужно будет, я потом прилечу. На этот раз понял? Или мне объяснить более убедительно? – он шутливо замахнулся доской.

– На этот раз все понял. До вечера.

И Андрей убежал, не дожидаясь лифта и переступая через ступеньку. А Макс принялся звонить участковому, который приезжал вчера на место преступления. У них сложились нормальные отношения, поэтому не будет проблем выяснить, какие новости у полиции по вчерашнему убийству. Если будут сложности, придется подключать Красавина – подполковника главного управления МВД, высочайшего профессионала и хорошего человека.

«Солнце. Воздух. Бирюзовое море. Скалы. Дикие леса. Чистые озера. Ореховые рощи и высокие сосны. Эвкалипты и виноградники. Горные реки, полные форели. Ослепительно белые склоны гор. Пляжи золотого песка и дюны с редкими растениями. Мистические утесы. Все это – Корсика! А еще – дольмены и каменные статуи, генуэзские крепости и береговые башни, готические мосты и барочные церкви с прекрасными фресками…

Аяччо – город, основанный генуэзцами, в котором родился Наполеон. Бонифачо – город, где, согласно легенде, останавливался Одиссей, Кальви – родина Христофора Колумба… Даже если факт рождения знаменитого путешественника в городе Кальви вызывает сомнение, остров так красив, а корсиканцы столь убедительны в этом своем утверждении, что веришь и в Колумба, и в Одиссея, и во все легенды сразу.

В тысяча семьсот шестьдесят восьмом году Республика Генуя передала остров Франции, и через год Корсика становится французской. В том же году в Аяччо на свет появляется Наполеон, и судьба Корсики навечно сплетается с судьбой Франции. Еще через тридцать лет великий корсиканец предложит российскому императору «изменить лицо земли», заключив с ним не только мир, но и военный союз, и русский государь ответит Бонапарту согласием. В ответном письме он напишет: «Постараемся вместе возвратить миру спокойствие и тишину, в коих он так нуждается…» Союз этот мог бы изменить мир. Но планам двух великих людей не суждено было сбыться. «Они промахнулись по мне в Париже, но попали в меня в Петербурге!» – скажет Наполеон после убийства Павла Первого – русского императора.

А еще через десять лет французские войска под предводительством генерала Бонапарта войдут в Россию, начнется война, которую русские назовут Отечественной. Так судьба Корсики переплелась и с судьбой России…»

Рита не могла сосредоточиться на своей книге. Уже несколько дней она пыталась написать хотя бы главу, но у нее мало что получалось: как только она садилась за компьютер, мысли рассеивались, вновь и вновь возвращаясь в этот дом на скале, к людям, которые живут здесь и которых она успела полюбить: сыну Сереже, мужу Андре, няне Елизавете Петровне и неизвестной, но, как оказалось, такой близкой Алисе.

И чем дальше она погружалась в новую жизнь, тем меньше ей хотелось от нее отказываться. Еще неделю назад Рита раздумывала, как убедить Андре, что он ошибается и на самом деле она – не Алиса. Еще недавно совесть мучила ее оттого, что она наслаждается любовью, которая предназначена другой женщине. Но сегодня Рита беспокоится об ином: как продлить это блаженство и сохранить в тайне свое настоящее имя. Она гонит прочь мысли о том, что такая ситуация не может длиться вечно, вернется настоящая Алис (а Рита не сомневалась в этом!) и ее – самозванку – с позором выбросят из этого дома. Рита думает об этом постоянно. Думает и пытается объяснить все, что с ней происходит…

Три часа пополудни. Рита набросила легкий прозрачный жакет, подкрасила губы, заколола копну волос (она пользовалась вещами Алисы как своими: у них был одинаковый размер и, что самое удивительное, одинаковый вкус! Еще одна загадка!) и пошла гулять по живописным улочкам деревушки и дальше – по лесной тропе к ручью. Она могла бы взять машину и поехать кататься. До Аяччо каких-то километров пятнадцать. Правда, ехать надо по узким горным дорогам, и Рита немного паниковала, садясь за руль. От Аяччо она могла бы спуститься к маленькому порту Проприано, который расположен в заливе Валинко, полюбоваться яхтами и катерами (в воскресенье они с Андре колесили по заливу, потом брели по пешеходной тропе к знаменитым мегалитам и пещерам Филитосы), поехать на пляж. Но ей доставляло удовольствие ходить пешком по этому затерянному в лесах и горах месту, дикому и невероятно красивому. К тому же ей хорошо думалось, когда она бродила по этим тропинкам.