Шрифт:
Amanda Prowse
What Have I Done?
Copyright © Amanda Prowse, 2013
Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.
Аманда Проуз занималась творчеством всю жизнь, но писала преимущественно в стол, и лишь удачное стечение обстоятельств побудило ее опубликовать свой дебютный роман «День красных маков».
Книга была переведена на множество языков и принесла автору мировую известность. С тех пор произведения Аманды Проуз не раз удостаивались премий и хвалебных отзывов критиков.
«Пронзительно и свежо. Несмотря на напряженную завязку роман очень светлый, с толикой романтики. Стоит ли говорить, что Аманда Проуз, как и всегда, отлично справилась со своей задачей? Ее книги не дадут заскучать».
Bella Magazine
Посвящается ТК
Я подберу все те осколки, которые ты оставил, спрятал в ящиках, забросил под ковер и за подушки, и снова стану собой. И все мечты, что были в моей голове, прежде чем ты сломал меня, – осуществятся.
Глава 1
Десять лет назад
Кэтрин Брукер наблюдала, как жизнь покидает тело ее супруга. Она могла бы поклясться, что видела черную змею его души, которая выскользнула из его груди и просочилась куда-то сквозь пол. Женщина откинулась на спинку стула и глубоко вздохнула. Она ожидала эйфории или, по крайней мере, облегчения. И уж никак не рассчитывала на то странное онемение, которое ее внезапно охватило. Вспомнив, что в соседней комнате спят дети, Кэтрин закрыла глаза и пожелала им хорошенько выспаться, понимая – ближайшее время будет для них весьма неспокойным. Да, как обычно, она подумала прежде всего о своих детях – сыне и дочери.
Комната, в которой Кэтрин находилась, казалась странным образом пустой, даже несмотря на залитую кровью кровать, на которой лежал труп. Атмосфера представлялась женщине вполне себе умиротворенной, а температура в комнате – идеальной.
Кэтрин ощутила хоть и не сильное, но разочарование. Она-то ждала совершенно других эмоций.
Переодевшись в джинсы и свитер, женщина безучастно застыла у кровати, где лежало окровавленное тело ее мужа. Хорошенько подумав и взвесив все варианты, она впервые в своей жизни набрала номер службы спасения.
Те действия, которые она проигрывала до этого дня в голове бесчисленное множество раз, казались ей теперь какими-то нереальными. Хотя в сознании Кэтрин звонки в службу спасения были логичными в случае происшествий не столь значительных – скажем, если ребенок сломал ногу или у соседей горит дом.
– Служба спасения! С кем вас соединить? – спросил голос на том конце провода.
Кэтрин заколебалась:
– Да. Здравствуйте… Даже и не знаю с кем…
– Не знаете? – удивилась ее собеседница.
– Думаю, тут нужна «Скорая помощь». Или полиция. Или и то и другое. Простите. Я же говорю, что и сама толком не знаю!
– Расскажите, что у вас случилось? – попросил голос в трубке.
– О да, конечно. Видите ли, я только что убила своего мужа, – выпалила Кэтрин.
Женщина на другом конце провода поперхнулась:
– Прошу прощения, вы… Что? Связь ужасная, плохо слышно, мэм.
– Понимаю. Все понимаю. Простите, я сейчас поясню, в чем дело. В этой комнате всегда плохо берет, даже если звонишь соседям. Я вам набрала из спальни, и тут, как я уже сказала, очень плохо ловит связь. Мой сын уверен, что это деревья блокируют сигнал: мы уже спилили несколько, но это не помогло. Да и компьютеры из соседнего офисного здания, скорее всего, перекрывают соединение. Мы собираемся с этим разобраться, но пока руки не дошли. Да. Так вот. Я только что убила своего мужа.
Лампочка над головой Кэтрин мигнула – похоже, пора было ее менять. Скоро она начнет действовать женщине на нервы.
– Так это вы? – спросили ее.
Роланд Гиринг сложил ладони пирамидкой, перенеся вес на локти и уперев в стол свои мускулистые руки. Его голос опустился на октаву: ответ на этот вопрос был ему необходим, но в то же время Роланд боялся его услышать.
– Я? – переспросила Кэтрин.
– Да, Кэтрин, вы?
Следователь смотрел женщине прямо в глаза, пытаясь внушить ей доверие, желание честно ответить ему. Гиринг сразу мог различить, когда ему лгут – в этом он полагался на свои инстинкты. Столько лет проработав с подозреваемыми, он хорошо знал – иногда, чтобы понять, врет человек или нет, достаточно внимательно рассмотреть его зрачки.
– Обычно на этом этапе я таких вопросов не задаю, но я ведь ваш друг – и друг Марка – и просто не могу не задать этот вопрос.
– Да, конечно, я все понимаю.
Кэтрин улыбнулась какой-то скользящей улыбкой, теребя большим и указательным пальцами пряди за ушами.
Гиринга ее спокойствие приводило в замешательство: Кэтрин вела себя совсем не так, как другие женщины в подобных ситуациях. Обычно они визжат, плачут и крайне агрессивны. Одним словом, ведут себя так, как будто с ними обошлись крайне несправедливо. Внешний вид Кэтрин же говорил Роланду, что она абсолютно спокойна.
Кэтрин вспомнила застывший, стеклянный взгляд мужа. То, как его пальцы сжимались и разжимались, пока легкие его медленно прекращали свою работу. Она наморщила нос – женщина до сих пор чувствовала стальной аромат крови Марка, брызгающей из артерий. Этот запах был ей одновременно отвратителен и приятен. Кэтрин словно чувствовала вкус крови.
Страданий мужа она никоим образом не облегчила, не сказала никаких слов утешения. А, наоборот, смотрела на него, тихо улыбаясь, словно ждала, что Марк справится, что он по-прежнему останется тем сильным и мощным мужчиной, который может срубить дерево или покрасить стену.