Чудесники
Шрифт:
– А кто же здесь остался?
– Пассив!
– так же радостно заявил главбух. И, видя недоумение Пети, указал счетами на противоположную дверь с надписью: "Секретарь правления".
– Подробности там!
Открыв дверь, Петя увидел Неходихина. Он сидел за столом под надписью "Товарищ НЕХОДИХИН И. И." и занимался тем, что, поймав муху, кидал ее на паутину, затянувшую угол окна, и наблюдал за действиями паука.
– Вы что - естествоиспытатель к тому же?
– спросил Петя.
– Почему "к тому же"?
– Да много у вас должностей - и отсекр ячейки и секретарь правления.
– Отсекр ячейки? Это не должность, это так, - Неходихин махнул рукой, одна формация. Вся ячейка у меня вот где, в кармане!
– И он хлопнул себя по карману брюк.
– В кармане?
– Да, список... И все девичьи имена... Вера, Надежда, Любовь... А парней нет, гармониста нет. Ничем на собрания не заманишь. Так я эти собрания сам с собой провожу.
– Это как же так?
– А очень просто - сам в звонок звоню, сам речи говорю, сам голосую, за кого правой рукой, за кого левой, - усмехнулся Неходихин своей невеселой шутке.
– Ну, а в других-то деревнях ячейки действуют. Гармонисты есть. Можно объединиться с ними. Деревушки близко, отсюда из окон видны.
При этих словах лицо Неходихина странно перекосилось, словно его угостили лимоном.
– Ты что, деревенских обычаев не знаешь? Парней из чужой деревни у нас заведено бить!
– Да ведь ты говорил - парней-то почти нет в деревнях.
– Передовых нет, отсталые остались!
– Да, дикости-отсталости у вас еще много, - протянул смущенно Петя и, вспомнив свое, спросил: - А что это у вас за "Постегайка"?
– Что, опять появилась? Ты ее видел?
– воскликнул Неходихин, его сонливость как рукой сняло.
– Это же не стенгазета, а контра! Подрывает в корне авторитет председателя!
– Так, значит, это сатирическая стенгазета! А кто же ее издает?
– Да и сами не знаем, всю ночь караулим и поймать не можем. Появляется то на плетне, то на амбаре!
– Странные у вас дела в колхозе!..
– проговорил Петя.
– Ты, парень, вот что, - строго сказал Неходихин, - раз ты вожатый, найди своих ребят, с ними и занимайся, а в остальные дела не вмешивайся!
– Комсомолец должен во все вмешиваться!
– Нет, не должен.
– Нет, должен!
Они заспорили, надвигаясь друг на друга. И не известно, чем бы этот спор кончился, но в это время с улицы донесся звон бубенцов, звуки гармоники, знакомый мотив песни "Нас побить, побить хотели" и озорной припев:
Чушки, вьюшки, перевьюшки,
Чан Кай-ши сидит на пушке.
А мы его по макушке
Бац, бац, бац!
ШЕСТИ НОГИЙ ДЕД
Заподозрив, что стенгазету "Постегайку" повесили на стену амбара скрывающиеся где-то пионеры, Петя решил подкараулить их в засаде. Устроился в тени плетней, напротив амбара, и стал ждать.
Полная луна висела над деревней, как огромный фонарь. Сильный свет ее пронизывал легкую дымку тумана, идущего от болот. Пете казалось, будто в тишине скользят вдоль плетней какие-то фигуры. Он поднялся и осторожно пошел, держась в тени изб.
В траве весело стрекотали кузнечики. В дорожной пыли, словно рыбешки, поблескивали стекляшки. Все было мирно. Деревня спала безмятежно. Даже собаки не брехали.
Вдруг навстречу показался Неходихин. Он шел торопливо, раскачивающейся походкой и ворчал:
– Попробуй поймай их, они словно в шапках-невидимках! Вот только что видел, и нет, исчезли! Капканы на них расставить, что ли?
Услышав такое, Петя застыл на месте, ему вдруг стало стыдно участвовать в облаве на пионеров. Разве так вожатые поступают? Но как же их найти? В пору объявления написать и вывесить на видных местах.
Положение нелепое и смешное. Дождешься, что деревенские насмешливые девчата в частушках осмеют.
Пропустив Неходихина, Петя подошел к пожарному сараю и здесь увидел деда Савохина. Он шел в огромном тулупе, со сторожевой колотушкой в руках. И чтобы не будить село, постукивал слегка: тук-тук, тук-тук.
– Дед, - закричал Петя, - дедушка, постой-ка!
Но Савохин быстрей засеменил прочь. А когда Петя его нагнал, вдруг запахнул тулуп, застонал и заохал:
– Ох, смерть моя, знобит меня... ох, живот схватило!
К фельдшеру ходил, не застал, дал бы мне касторки...
– Пойдемте, я вам помогу, - встревожился Петя, - у меня в аптечке есть слабительная соль. Чудесное средство, сам испытывал, будете довольны.
– Вот уважишь старика, вот спасибо, - благодарил дед, подвигаясь к плетню. Тут в животе у деда странно зафыркало, будто он животом засмеялся.
– Ох, - сказал он, - я сейчас, вот только заверну к сарайчику.
Петя остался на дороге, а дед свернул на огородную тропку. Петя машинально проследил за ним глазами и вдруг увидел, что у деда шесть ног. Он протер глаза, припал ближе к земле - шесть ног! Так и семенят под широким тулупом!
– Дедушка, постойте!
– закричал Петя, бросаясь к старику.
Савохин присел, тулуп свалился с него, и за сарай бросились какие-то тени. Петя ринулся за ними, обжигаясь крапивой, перескочил плетень, побежал вниз, к болоту, но поймал лишь пустое пространство. Он остановился, попав ногами в трясину. Вокруг насмешливо шептались камыши, и больше ничего!
Петя вернулся к сараю, но деда там не было. А когда прибежал домой, Савохин уже сидел на печке и разувался.
– А у нас тут беда, крольчиха пропала, - сказал он сокрушенно, наверно, выдра виновата.
– Какая выдра, как она забралась в дом? И вообще выдры рыбой питаются!
– возмутился сбитый с толку Петя.
– Рыбой? Ну, наша не такая - наша колхозных поросят жрет. Вылезает из болот, пап - и только ее и видели!
– Это сказки, - разгорячился Петя, - вы лучше мне скажите, откуда у вас взялось шесть ног?