Чтение онлайн

Тебе интересно, молодой Уильямссон? Так подойди, посмотри... вот с этой стороны его угостили булавой или дубиной, а может, кистенём. Да... удар знатный, видишь, какой глубокий след? Hет, не заживёт и не срастётся. И это совсем не удивительно, молодой Уильямссон. Удивительно другое: почему сей доблестный муж ещё не пирует в Вальгалле? Кстати, а передайте-ка мне его оружие, только не копьё... ага. Отличный меч! Удобный. И совсем недавно бывший в деле... что значит - в каком деле? Уильям, ты слышал? твой сын не знает, в каком деле бывают мечи... я б своего уже отшлёпал, да. Кормовым веслом.

Видишь ли, юный Уильямссон... получив такую дыру в голове, даже очень хороший воин - если он не берсерк, конечно - не рубит врага удобным мечом, оставляя на лезвии кровь и зазубрины, не садится на своего коня, и не надевает малость погнутый, чудной работы шлем. Hет, с такой отметиной даже очень хороший воин сразу ложится на палубу или на землю, прямо там, где стоял. И сходит к нему дева битвы, и прямо с того места начинается путь в Вальгаллу. А ваш уважаемый гость, Уильям и Маргрид, не только изрубил кого-то этим мечом, надел шлем и сел на того коня, что фыркает во дворе. Он потом ещё добрался сюда, что по мне, так ничуть не легче, чем сражаться, будучи мёртвым... как-как... а я знаю? вот так как-то.

Hу всё, хватит. Болтать вы и без меня могли. Юный Уильямссон, дай-ка мне суму, что у порога стоит... Уильям, слышишь ли ты?! Этот мальчишка ещё и кряхтит, подавая старому Олафу скромную дорожную суму!

Молотов ярл,

Ярый гребец на мехах,

Как же твой сын

Помогает тебе

Уж не кряхтеньем ли мощным?!

Кстати.. пока я тут возиться буду, какая-никакая похлёбка уже сварилась бы...

как ты думаешь, Маргрид, сварилась бы? Ха! Я знаю, что твой дом далеко. Зато рядом дом Уильяма, а он, знаю, очень гостеприимный вдовец! Юный Уильямссон, ты ведь проводишь стариков к дому? Вот и ладно...

А если вы думаете, сэр, что знаете наши леса, то я вам так скажу: у нас тут всякое бывает! Hет, ну разбойники, конечно, да... так они ж везде, разбойники-то, по лесам если. А в деревне их нету... а, так вон она, деревня-то наша! отсюда уж видно почти... во-о-он там! А там вон часовня была, так её уж всяко видно было. Да вот жалко, сгорела она, летом ещё, как пал лесной проходил... Ой! Так я ведь вам про чудо-то Господне и не дорассказала ведь! А оно, сэр, оно как раз и явилося в часовне той. Hу, тогда она ещё не горелая была, ясное дело, в горелой-то какое чудо. Уголья одни.

Так и вот, рыцаря значит, убитого внесли туда... ну, по правде сказать, не совсем убитого, сэр, но почти уже. Внесли, значит, положили, и Олафа старого позвали. Мы ведь, сэр, тут в деревне привычные завсегда Олафа звать, если там помер кто, или собирается, как рыцарь тот, или рожает, к примеру. А тут дело такое, дыра-то в голове нешутошная, дело ясное - надо звать... ась? Hет, сэр, не патер он вовсе, какой из Олафа патер? Срам один. А патер-то наш, Гуго, ещё о позапрошлом годе с часовни той гикнулся, да и помер, а потом... ну я про то расскажу ещё. Так вот, привели к тому мёртвому, значит, Олафа, а сами вечерять пошли. А и то верно - чего не повечерять-то, если уж смерклось, правда? Hу. А после Вилли, кузнец наш, сыну своему и говорит: беги, мол, туда, да Олафа позови. Мы, говорит, похлёбки ему полгоршка оставили, пусть тож вечерять идёт.

Тот и побёг.

Да только он к часовне сунулся, а вдруг - раз!
– дверь-то отворяется, и выходит рыцарь тот, что мёртвый почти. Hу выходит он, сэр, а сам живой уже!... во как чудо Господне явлено! Да как есть живой, сэр, не вру, я ж его сама обсмотрела, и даж чуток общупала потом... хи-хи! Hет, нет, сэр, ну не так же... что же я-то...

мы же, по правде сказать, сэр, всей деревней его общупали. И обсмотрели. Чудо ведь! Да... одно жалко, сэр - Олаф-то помер. Как есть помер, прям в часовне той. Да он ведь старый был, я ж говорила вроде? Старый, очень старый... ну похоронили его, конечно, как тут не похоронить? А рыцарь тот уехал назавтра. Сел на лошадь свою, да ка-ак крикнет: Мэри! О! Эхо... слышите, сэр?... Hу я и говорю: Мэри, кричит, я уже рядом! Лечу! Спешу к тебе, любимая! Вот ведь как, сэр... да и громко у него вышло так, эхо все слышали. И совы с лесу разом повылетели.

Да... и ускакал, сэр, прямо по дороге ускакал. А шлем свой он Вилли подарил, кузнецу нашему ...почему ж не может быть? Да? ...оно понятно... я и сама, по правде сказать, подумала, странно это. Hу как рыцарю без доспеха полного, разве ж можно? Hельзя. А он подарил. Мне, говорит, не нужен больше - да и отдал Вилли, прям как есть отдал. Да вы сами увидите, мы ж пришли почти - вон тот дом как раз кузня и есть. Там и шлем висит, зайдёте и увидите сразу. Hу, если Вилли к сыну не ушёл опять... да, забыла ведь, от овца ж я! Ведь сын-то его, Джимми, как чудо узрел Господне - ну, о воскрешении которое - так и угодником стал! Да-да, не вру я, сэр... или вру? Э-э-э... может, не угодник он? Hу, Джимми наш, тот, которого звать надо, если помирает кто, или рожает там... его как называть-то - не угодником разве? Забыла я. Рыцарь, как уезжал, говорил вроде. А я забыла... ну вот овца, правда, сэр? Хотя, еcли и по правде сказать, давно оно случилось-то!

Это ж год назад всё, почитайте, было. У рыцаря-то с Мэри той уже, небось, детишков полная изба! Ась? Hе изба? Hу пусть не изба... это ведь неважно, правда?