Чтение онлайн

Дальнейший путь проходил в полном молчании, прерываемом только возмущенным бормотанием более юного всадника, который все никак не мог прийти в себя после оскорбительного подозрения Бонсайта, время от времени бросая яростные взгляды на последнего. На последнем отрезке пути лорду завязали глаза, причем молодой Элвин явно затянул повязку туже, чем следовало. Его куда-то везли, потом вели. В голове у Сайласа от насыщенности последних дней и усталости шумело. И в этой самой голове никак не укладывалось, каким образом он без Челнока смог переместиться и опять оказаться в будущем, которое, судя по всему, сильно изменилось за время его отсутствия.

Теперь Бонсайт стоял в неизвестном помещении и пытался угадать, кто эти люди, которые его сюда доставили, и чем они занимаются; какие планы вынашивает их неведомое начальство и кто такое это их начальство. Когда с него сняли повязку, он сначала крепко зажмурился, а потом, собрав волю в кулак, резко открыл глаза. Перед ним стоял немного постаревший, поседевший, украшенный немного большим количеством шрамов и еще более грозный, чем раньше, Чао Тай.

— Предводитель, — обратился к нему старший всадник, — мы нашли этого человека около Северного Города, он…

Но тут даже до говорившего дошло, что происходит что-то необычное. Сайлас и Чао Тай стояли друг напротив друга и молчали.

— Вот и свиделись, — наконец проговорил Бонсайт. — А ты возмужал, еще немного, и тебя можно будет отпускать гулять без присмотра взрослых.

— Я даже думаю, мне доверят присматривать за малышом Сайласом, — не остался в долгу китаец. Оба рассмеялись и крепко обнялись.

— Вот, — с гордостью произнес Чао Тай, обнимая лорда за плечи и поворачиваясь к своим людям, — вот тот самый легендарный лорд Сайлас Бонсайт, который ушел в глубину веков, чтобы попробовать остановить чужаков. Он вернулся!

Зал, в котором они находились, вздрогнул от восторженных криков присутствующих. Только у Бонсайта стало гадко на душе. Его приветствовали, как героя, а что он мог предъявить в ответ? Он не только не смог помешать пришельцам, но и помог им, остановив чуму. Он потерял Челнок и не принес с собой ничего, кроме рухнувших надежд и пары синяков.

— Послушай, Тай, — пытался он привлечь внимание друга. — Нам нужно поговорить…

— Наговоримся еще! — перебил его китаец. — Язык еще заболит от разговоров! Ты вернулся — это главное! Сейчас закатим пир горой, хоть с припасами у нас не очень, но ради такого случая… Эй, Хорас, отведи лорда в свободную комнату и посмотри, чтобы он ни в чем не нуждался, — обратился Чао Тай к пожилому человеку с искалеченной рукой. — А ты отдохни, приведи себя в порядок, и встретимся здесь часика через два, будем пировать и разговоры разговаривать! — Он со всей силы хлопнул Сайласа по плечу. — До чего же я рад тебя видеть!

С этими словами Тай отправился куда-то, отдавая на ходу распоряжения и оставив лорда на попечение престарелого Хораса. Сайлас чувствовал себя лишним и никчемным в этом новом для него мире, где, казалось, каждый знает свое место и обладает собственной целью и смыслом существования. Он покорно поплелся за своим проводником, почти не различая, где они идут и куда направляются.

Комната, в которую они добрались после длинного путешествия по всевозможным ходам и переходам, оказалась светлым помещением, вырубленным прямо в скале. И вообще, все обиталище «повстанцев», или, как они его называли, «Центр», располагалось в огромной скале, где были обустроены жилые помещения, арсенал, машинный зал, склады и прочее, прочее. Это поведал Сайласу его спутник, решивший, что если Бонсайт является личным другом предводителя и персоной вообще легендарной, то скрывать от него информацию не стоит. Он показал лорду небольшую, но удобную и замечательно оборудованную ванную комнату, спальню и даже небольшую кухоньку. Все это произвело на гостя потрясающее впечатление.

— Я и забыл, что на свете существуют такие вещи, как автоматический душ! — в полном восторге сказал он.

Выполнив свою миссию, его провожатый с достоинством поклонился и указал на стену, где располагались экран монитора и кнопочная панель.

— Когда вы будете готовы, вызовите меня, я провожу вас в обеденный зал. Мой номер 887763. — Он еще раз слегка поклонился и вышел из комнаты. Пневматическая дверь с легким шумом закрылась за ним.

Сайлас оглядел свое новое жилище, потом с наслаждением скинул с себя заскорузлые тряпки, которые до последнего времени служили ему одеждой, и отправился под душ. Он бесчисленное множество раз намыливался, смывал мыло, нежился под упругими струями воды и ионным душем, пытаясь избавиться от пыли веков, которая, как ему казалось, осела на его плечах. В последний раз ополоснувшись и вытершись мохнатым полотенцем, Бонсайт, испытывая блаженство, сбрил спутанную, запущенную бороду и усы, вышел из ванной комнаты и накинул на себя халат, обнаружившийся тут же за дверью. Он упал на кровать, давая отдых измученным мышцам, вытянулся во весь рост, ощущая, как каждая клеточка его тела расслабляется, и неожиданно для себя самого моментально уснул.

Проснулся лорд от того, что кто-то довольно непочтительно тряс его за плечо.

— Просыпайся, соня, — сказал знакомый голос. — Я непременно должен как следует обнять тебя после стольких лет! Где тебя носило, бродяга ты этакий?!

Сайлас с трудом разлепил веки и увидел как всегда по-дурацки веселого рыжего.

— Алекс! Друг! — Бонсайт соскочил с кровати и тут же попал в медвежьи объятья приятеля.

— Ты, я смотрю, тут несколько подкачался, — просипел он, когда рыжий стиснул ему ребра в порыве радости. — Но я все равно жутко рад тебя видеть! — добавил он, когда рыжий его отпустил.

— Ты бы прикрылся, — утирая выступившие слезы («По-прежнему сентиментален», — прокомментировал Бонсайт), усмехнулся рыжий, указывая на коротенький халат лорда. — А то войдет кто-нибудь, и нас неправильно поймут.

— Ну, рассказывай, как, что, когда? — продолжил он. — Нет, хотя, постой, расскажешь потом. Не хочется в такой славный день говорить о делах и неприятностях.

Сайлас все же было открыл рот, чтобы поведать о своей неудаче, но так и не смог вот так с ходу признаться, что ничего не смог добиться.

«Расскажу попозже, — решил он. — Действительно, не все же говорить о делах».

— А как вы здесь? Прошло довольно много времени с нашей последней встречи, хоть и не для меня, — вместо этого сказал он.

— Ну, всякое бывало, — вставая с кресла и начиная копаться в объемистой сумке, ответил Алекс. — Генерал погиб в одной из первых крупных стычек с чужаками. Постепенно мы стали консолидироваться, изучали привычки пришельцев, искали их слабые места. Как ни странно, сложнее всего пришлось с местной «знатью». Народ до того разленился, им все казалось, что ничего не может произойти в их затхлом мирке. Но потом… Знаешь, это как волны прилива. С каждой новой волной ситуация менялась. Менялось время, — рыжий замолчал и отвернулся, делая вид, что никак не может найти нужную вещь. — С каждой волной число населения Земли возрастало, а значит, появлялись новые и новые Города. Нужной им энергии становилось все больше, становилось больше и чужаков. Сейчас можно сказать, что практически вся планета под их властью. Мы собрали всех оставшихся на свободе. Организовали небольшое войско. Кстати, все единогласно избрали вождем и предводителем нашего китайца. И он доверие оправдывает на все сто!

Он замолчал.

— Это я… Я виноват… — прошептал Сайлас, опускаясь на кровать.

— Глупости, — повернулся к нему Алекс. — Запомни, ты не виноват. Никто не виноват. И хватит о делах. Завтра утром военный совет. Там все и расскажем, и выслушаем, и решим. А сейчас — веселиться! Вот — примерь.

Он бросил Бонсайту что-то похожее на военный мундир, подобный тому, в котором ходил он сам. На плечах мундира обнаружились металлические звездочки.

— А это зачем? — поинтересовался Сайлас. — Какое-то особое устройство?