Чужие зеркала
Шрифт:
– Мастер капитан!..
Пэвер, сильно наклонившись вперед, против ветра указывал куда-то в сторону башни. Сварог посмотрел в том направлении… и обмер.
Вокруг башни начиналось некое движение, какое-то верчение самого воздуха начиналось там – он отчетливо видел этот воздух, спиралью сверху вниз закручивающийся вокруг строения и бестелесными щупальцами тянущийся по земле к людям. Задрожали камни кладки, зашевелились, точно живые, вот один вырвало из стены, закружило в воздуховороте, шарахнуло оземь…
Он включил «третий глаз» и в магическом зрении увидел то же самое – за одним исключением: бессчетные щупальца ожившего воздуха были увенчаны зубастыми пастями, жадно нацеленными на людей.
– Уходим! – заорал Сварог. – Быстро! Олес, мать твою, бросай костер! Чуба! Где Чуба?
Олес от разлетающегося искрами костра метнулся к ругталю, подхватил, забросил на плечо… Одно из воздушных щупальцев просвистело в каком-то кайме от его ноги, Сварог выхватил шаур, дал очередь по башне…
Бесполезно. Ветер, да нет, какой там ветер, – ураган подхватывал звездочки и пускал их плясать в своем безумном танце. Рошаль мчался к Сварогу огромными прыжками, следом поспевали остальные, а Чуба где?! Вон она, слева, несется серой тенью за кустами… Они отбежали на треть кабелота от злокозненной башни и только тогда позволили себе перевести дух. Отголоски воздушной вакханалии долетали даже сюда – земля дрожала под ногами, а над деревьями медленно и красиво поднимался в закатное небо рой камней – останки древнего строения.
– Что… Что это было?.. – шепотом спросила Кана. – Опять землетрясение?
Сварог передернул плечами.
– Что, что… Понятия не имею, вот что. Граматар, понимать надо… Но одно знаю точно: ночевать мы туда не пойдем… Чуба, ты ничего не почувствовала?
Волк покачал головой.
– Странно… Может, это и не магия?
– Или магия очень древняя, – добавил Пэвер.
– Все, блин, возможно…
Этой же ночью Сварог проснулся от незапомнившегося, но неприятного сна и некоторое время тупо таращился в темноту, пытаясь сообразить, где он и что тут делает. Костер почти погас, угольки едва горят, где дежурный?.. А потом он увидел, что это вовсе не костер светится в ночи – костер горел совсем в другой стороне, а рядом темнел силуэт дежурившего Рошаля. Сварог приподнялся на локте, другой рукой нашаривая шаур, протер глаза, вгляделся.
Неподалеку, гораздо ближе, чем казалось сперва, над самой травой в беззвучном танце кружились фосфорически светящиеся пары в вечерних костюмах – настоящие люди, мужчины в черных фраках и женщины в белых и алых платьях, восемь пар, только ростом эти люди были с мизинец… как лилипуты Талара. Сварог почувствовал, как мигом вспотели ладони. А танцоры на зрителя не обращали ровным счетом никакого внимания, они были поглощены друг другом и музыкой, слышной только им самим. Они танцевали упоенно, судя по движениям – какой-то медленный вальс, и чем дольше Сварог смотрел на них, тем сильнее становилось чувство, что он погружается в ритм танца, сам становится частью беззвучной музыки…
Он открыл рот, чтобы окликнуть Рошаля, но испугался разрушить чудесное видение… Нет, какие, к лешему, таларские лилипуты? Это были совсем другие существа, из другого мира, невыразимо более прекрасного, чем Димерея, Талар и Земля вместе взятые… Неизвестно, сколько времени Сварог наблюдал за чарующими па светящихся танцоров, – но вот что-то изменилось в медленном кружении, краски поблекли, стали угасать, и парящие над травой фигурки погасли одна за другой, словно и не было никогда. Вновь опустилась ночь, темная и скучная. Сварог откинулся на спину и некоторое время лежал, глядя в беззвездное небо. Ни о чем не думая. Вспоминая ритм молчаливой музыки. И понимая, что он случайно заглянул в щелку, куда простому смертному смотреть нельзя. В мир, который, наверное, существует, только когда в течение тысячи лет поблизости нет ни одного человека…
А утром снова в дорогу. Олес забросил собирание жемчужин – надоело, и так карман оттопыривается… да и раковины куда-то исчезли. Шли молча, вставало солнце, со дна долины поднимался туман. Самый обыкновенный туман из обыкновеннейшей долины – однако их не покидало тягостное ощущение полного и бесконечного одиночества. Словно не осталось в мире людей, словно они остались одни во всей вселенной – в месте, где человеку быть не положено, где все принадлежит только природе и силам, ею управляющим… Даже птицы не горланили свои утренние песни, и тишина вокруг стояла оглушающая, нарушаемая лишь хриплым дыханием и шорохом ног…
Мрак упал на них, как черное покрывало. Разом стало темно, будто выключили свет… или будто ты ослеп. Даже тех цветных пятен, что обычно возникают, если закрыть глаза, не было – абсолютная, черная бездна…
Олес громко выругался:
– Я не вижу ни хрена!
– Не ты один, – сказал Сварог. Попробовал задействовать «кошачий глаз» – бесполезно. – Все стойте на месте! Разойдетесь – потеряетесь…
– Что еще на нашу голову? – донесся голос Пэвера.
– Не знаю, я не всевидящий… – заорал Сварог. – Я вообще слепой!
– А вы не орите на меня, граф!
– Да заткнитесь вы все! – это истеричный голос Каны.
«Так, стоп», – сказал себе Сварог и попытался взять себя в руки. С чего, интересно, эта вспышка ярости?..
– Так, экипаж, слушай мою команду…
– А не провалиться ли вам с вашими командами? – раздался вибрирующий от гнева баритон Рошаля.
Сварог открыл было рот, чтобы ответить… но вовремя прикусил язык. Спокойствие, только спокойствие.
– Экипаж, ко мне на мой голос. Нам надо быть рядом, пока не…
Язык пришлось прикусить вторично, потому что именно в этот момент Сварог догадался включить магическое зрение. И увидел.
Да, «третий глаз» работал, хотя и плохо – как фонарик с подсевшими батарейками в темной комнате, видишь только то, на что направляешь луч, а все остальное теряется в сером мареве… И из этого марева на отряд надвигались серые голые скрюченные фигуры, десятки, сотни…
К ноге прижалось что-то большое, теплое, лохматое, дрожащее, Сварог чуть не подскочил от неожиданности, направил магический взгляд вниз – тьфу, блин, это ж Чуба… А вот и остальные герои-покорители Граматара – стоят, озираясь незрячими бельмастыми глазами, и не видят…
Он выхватил шаур – и тут ближайшая тварь резко распрямилась и прыгнула. Сварог инстинктивно пригнулся, и только это спасло его – тварь, очевидно, не понимала, что он может худо-бедно видеть в наведенной темноте. Она перелетела через Сварога и шумно брякнулась оземь, взвыла тихонько, заскулила. Со стороны ее коллег послышалось злобное шипение.
– Я слышу что-то! – крикнул Олес.
И тогда Сварог начал стрелять. Сжав зубы, боясь только одного: как бы не зацепить своих…