Чтение онлайн

– Вы плохо знаете людей, потому что никогда не интересовались никем кроме себя. Люди руководствуются в своих поступках не только соображениями голой выгоды, мастер Вало. Есть еще некая материя, именуемая чувствами. Чувство ненависти, чувство…

Но Вало не дал Сварогу договорить. Его плеть вылетела вперед, распрямляясь, и вытягиваясь копьем. Плеть нацеливалась тонким и острым, как спица, наконечником пробить графу Гэйру сердце. Однако Сварога и его сердца на месте не оказалось – Сварог отпрыгнул, упал, в падении нажимая на курок шаура. Серебряная звездочка стукнулась о грудь мастера Вало и отскочила, не принеся вреда. Прочна ткань его одежки, вот почему дамург без боязни выходил под шаур…

Сварог, более не тратя бесценных мгновений на стрельбу, рванул к мастеру Вало. Навстречу ему, конечно, бросились слуги в лиловых одеждах. Одновременно ринулись в бой Олес, Чуба, Рошаль.

Сварог понимал, что живая плеть должна догонять его. Поэтому, перехватив руку с кинжалом и вывернув ее, граф Гэйр развернул слугу спиной навстречу ветви-копью. И точно – в спину, прикрытую лиловой тканью, вонзился растительный наконечник. Сварог отбросил от себя труп, в прыжке ногой достал в голову еще одного слугу – и оказался перед главным дамургом.

Сварог, тот, что наблюдал за происходящим на экране, увидел, как выдернулась из спины слуги плеть, как она разворачивается острым жалом на него, экранного. Какой-то миг – и жало вопьется уже в спину графа Гэйра…

Сварог наблюдающий испытывал странное ощущение – противоположное раздвоению личности. Ощущение слияния с собственным отражением, будто все происходит вновь на самом деле.

Сварог экранный успел. У него в распоряжении оставался всего удар. Одним ударом он должен был решить исход схватки, иначе – хана. И Сварог сделал это. Резким и точным выпадом костяшками кулака он сокрушил кадык главного дамурга. Вало, как-то сразу же обмякнув, завалился на спину, а живая плеть упала на пол простой веревкой.

Схватка длилась секунды. Изнутри – ох как хорошо Сварог это знал – бой кажется в стократ длиннее…

Схватка завершилась. Ее итог Сварог видел на экране. Рошаль сидел на полу, морщась, держался за поврежденное плечо. Слуги Вало были мертвы. Из груди Олеса торчала рукоять кинжала, рядом бился в предсмертной агонии волк Чуба-Ху…

Экран погас. Люди молчали.

– Наше вмешательство не повлияло на исход, но сохранило человеческие жизни, – сказал рихар. – Правда, для некоторых из вас это кое-что изменило. Двое из вас – те, чью смерть мы отразили, – не смогут покинуть этот мир. Если они пройдут сквозь Дверь, то их жизни останутся здесь.

– Ничего себе дела! – потрясенно воскликнул князь. – А нельзя что-нибудь еще сделать?

– Можно, – неожиданно сказал дракон. – В вас, мастер князь, течет кровь древней расы, населявшей Димерею задолго до распада единого материка, задолго до первого Прихода Тьмы. Мы можем отвести вас по ступеням зиккурата в счастливые времена расцвета той древней цивилизации.

– К мертвякам, что ли? – скривился Олес.

Дракон издал странный звук, похожий на отрывистый смешок.

– Представьте себе, что вы смотритесь в зеркало, князь, и вдруг вы и ваше отражение неожиданно меняетесь местами. Уверяю вас, вы не почувствуете перемены. Вы понимаете, о чем я?

– Не очень-то, – признался Олес.

– Мы не знаем, куда отправляется человек после смерти, в какой мир переселяется его душа, а в какой – его телесная оболочка. Мы сберегаем отражения прожитого в этом мире. Идя к Двери, вы проходили сквозь них, для вас они представали всего лишь картинками. Но мы можем впустить вас в отражения, и вы не почувствуете, что пребываете в мире отраженном, потому что, в сущности, разницы нет никакой. Разве, – опять драконий смешок, – левая рука станет правой, а правая – левой.

– Вроде что-то понимаю… – Олес запустил пятерню в волосы. – То есть у меня имеется маленький, но выбор. Или вернуться на поверхность, или отправиться к предкам в отражения ушедших веков. Эхе-хе… – Князь повернулся к женщине, что стояла рядом с ним. – Что скажешь, Чуба?

– Решай, – просто сказала Чуба-Ху. – Я с тобой.

– А что будет с капитаном?

– То, что предопределено, – сказал дракон.

– Исчерпывающе. А… а она может отправиться со мной к моим предкам? – Олес взял женщину-оборотня за руку.

– Если она выкажет такое желание, – дракон, словно от усталости, прикрыл глаза. – И желательно вам поторопиться с раздумьями.

– Ладно, – решительно сказал Олес. – У меня здесь не осталось ни родных, ни княжества, ни даже родного материка – к тому же охота взглянуть, как жили люди до Тьмы… Тем более, вы говорите, расцвет там, процветание… Еще и предков своих отыщу…

Мигом повзрослевший князь решительно шагнул к Сварогу. Протянул руку.

– Прощайте, мастер граф. Я многим вам обязан. Если бы не вы… Я не знаю, что еще сказать, как выразить…

– Счастья, князь. – Сварог пожал ему руку. – В конце концов, не в том дело, когда жить, а в том, что… Да ладно. Прощай, гуап Чуба-Ху. Я знаю: все у вас будет хорошо.

– Не забывайте меня, мастер Рошаль. Нет, все-таки правильный выбор я делаю, хотя бы от вас, охранитель, отдохну в иных веках, – с этими словами Олес пожал руку Рошалю.

– Удачи, – сухо попрощался Гор Рошаль.

Олес поклонился Клади.

– Мы готовы, – Олес посмотрел на дракона.

– В путь, – произнес рихар.

И тот же миг Олес и Чуба-Ху словно бы растаяли.

И снова между драконом и Сварогом появился экран. На нем высветилась широкая мощенная белыми плитами дорога, по которой шли, держась за руки, мужчина и женщина в просторных белых одеждах. Олес и Чуба. Они двигались в направлении города, очень похожего на атарский Старый Город, но только во много раз больше. Мужчину и женщину обгоняли напоминающие раковины повозки, запряженные изящными лошадьми вороной масти.

Отчего-то Сварогу стало грустно.