Чтение онлайн

– Тогда зачем вообще было о ней вспоминать?
– спросил сбитый с толку Этан.

Вильямс приступил к объяснениям.

– Мы ждали достаточно долго, - Ракосса встал на носу своего плота и обратился к Ре-Виджару, расположившемуся на скиммере.
– Пусть они умрут, если хотят умереть, и пусть они умрут, даже если не хотят этого. Наши солдаты имеют право на поощрение. Мы обещали им Молокин, и они его получат. Если мы будем трусить и колебаться, как пришельцы…

– Колоннин Ре-Виджар слышит своего друга Ракоссу. Да, прошло достаточно времени. Пусть будет так, как вы хотите.

Повернувшись, ландграф Арзудуна поерзал в слишком тесном кресло и повторил последовательность действий, которую запомнил, когда наблюдал за человеческой самкой. Послышалось трещание и узкий луч горячей лазури выскочил из конца оружия. Он ударил в левую часть массивных деревянных ворот, там где они крепились к каменной башне. Зияющая дыра появилась в основании башни. Медленно, под аккомпанемент усталого стона, башня рухнула, унося с собой створку ворот.

Выжидательный, невеселый крик поднялся среди солдат, собравшихся на плотах, когда они увидели, как легко упали прежде неприступные ворота. Рассыпаясь, падающая башня увлекла за собой пика-пиновые канаты, открыв путь внутрь каньона.

Ре-Виджару понадобилось несколько попыток, прежде чем ему удалось направить оружие на другую створку ворот с ее все еще стоящей опорной башней.

– Вы будете наблюдать, пока я разрушу всю стену?
– крикнул он Ракоссе.

– Нет. Ее камни доставят моим кораблям больше неприятностей, чем она сама. Мы потеряем время. Сделайте для нас подходящий проход, остальное мы устроим сами.

Приноравливаясь к оружию и обретая все больше уверенности, Ре-Виджар снова выстрелил. Осколки нерасплавленного камня разлетались во все стороны, когда упала вторая башня. Несколько следующих вспышек полностью расчистили лед. Потом он дал тщательные указания молодому сквайру, находившемуся за пультом управления скиммера.

Немного более плавно странный небесный плот пришельцев двинулся вперед. Распустив паруса, за ним последовал флот Пойолавомаара.

Ре-Виджар поднял ствол пушки, дал еще один выстрел по верху стены и выбил в ней еще одно внушительное круглое отверстие. После этого щиты и оружие, выстилавшие верх укрепления, начали исчезать.

– Они покидают стену!
– возбужденно крикнул один из офицеров с плота Ракоссы.
– Этот день войдет в историю!

Ракосса никак на это не реагировал. Как он и сказал Треллу, история его не интересовала.

Скоро они будут внутри города. Он горячо молился, чтобы Тиильям не убила себя. Вдруг она сделает это от отчаяния или попросит кого-нибудь, чтобы тот убил ее. Нет, ему нужно, чтобы она была жива. А может, она захочет остаться жить, чтобы убить его, как она часто ему это обещала сделать. Маленькая дурочка, маленькая дурочка… Как же плохо она играет в эту игру.

Чем быстрее они будут двигаться, тем меньше у нее будет времени на размышления. Чем меньше времени у нее будет на размышления, тем больше вероятность, что он найдет ее живой. У него нет желания забавляться с ее трупом.

Его передний плот легко проплыл через брешь в стене. Другие плоты толпились неподалеку, солдаты посылали стрелы вслед отступающим молокинцам.

Последний из них укрылся за второй стеной, когда плоты Пойо подошли к ней. Флот замедлил движение, ожидая, когда Ре-Виджар превратит эту вторую преграду в пепел и каменный шлак.

Он не спешил. Мощные порывы ветра раскачивали его скиммер, несмотря на компенсирующие стабилизаторы, и Ре-Виджар не знал, как обрести устойчивость. Впрочем это не важно. Он выстрелил, но выше стены. Негромко рыча, ландграф Арзудуна уменьшил угол наклона ствола. Дротики арбалетов и крошечные вспышки ручных излучателе людей пытались достать скиммер, но падали до смешного далеко.

Вдруг сверху послышался глухой рокот. Предвестие шторма? Что ж, шторм не сможет помешать их входу в город. Он с любопытством взглянул на небо - и увидел несколько облаков: да, несомненно, это были предвестники приближающегося шторма. Рокот послышался еще раз, потом в третий. Какой-то очень странный гром: более низкий и не такой раскатистый, как обычно.

Когда же края неба начали сближаться он закричал запаниковавшему сквайру:

– Парус на обратный ход! Парус на обратный ход!

В страхе он забыл, что у судна пришельцев нет паруса.

Сгрудившиеся в кучу плоты развернуть было невозможно. По каньону продолжал разноситься рокот, то громче, то тише, все с меньшими интервалами. Ре-Виджар перепрыгнул через борт скиммера, ударившись об лед с такой силой, что треснул один шив. Ветер дул ему в спину, и он мчался к наружной стене так быстро, как только мог позволить попутный ветер вдоль каньона.

В многих сотнях метров над ними Малмевин Ээр-Меезах, колдун и советник ландграфа Уоннома и Софолда, следил за тем, как осуществляется план Миликена Вильямса. Последние мощные пороховые заряды заложили в отверстия, с таким трудом высверленные в вершинах скал. Потом он с помощниками отступили, а верхние части обоих склонов каньона рухнули вниз.

Глыбы базальта и гранита, весящие сотни тонн, величественно посыпались в залив. Они ударялись настолько сильно, что раскалывали лед, но все же не достигали дна полностью промерзшего фьорда.

Один гигантский, неправильной формы камень, черный айсберг весом не менее ста пятидесяти тонн, с громовым треском упал на лед. Он подпрыгнул, перевернулся и разметал в щепки кормовую часть пойолавомаарского плота. Орущие от ужаса солдаты бросили свой корабль в бессмысленной панике, вместо того, чтобы попытаться вывести его в безопасное место.

Только нескольким плотам, находившимся в арьергарде удалось достаточно быстро дать задний ход и отступить дисциплинированно. Два плота захватчиков заклинились в проходе первой, разрушенной стены, закупорив единственный путь к отступлению.

Раздался совсем другой рев: это ополчение и матросы со “Сландескри” бросились из-за ворот второй стены, чтобы сразиться с совершенно деморализованными остатками войска Пойо, которых не убила ужасающая мощь падающих скал. Их единственным желанием было сбежать. Они перелезали через камни, бросая в поспешном бегстве разбитые плоты и раненых товарищей. Молокинцы и софолдцы преследовали их с кровожадным наслаждением. Стрелы, дротики и копья быстро уступили место мечам, топорам и другим более весомым орудиям уничтожения.