Чтение онлайн

Из-под лезвий ледохода вылетали теперь водяные брызги вместо ледяных осколков. Посреди этого жидкого пласта “Сландескри” стал вдруг похожим на гидрофойл дальнего следования.

Моряки стали понемногу приходить в себя, когда убедились, что корабль не собирается погружаться внутрь мира. Вильямс и люди Хванг выбивались из сил, чтобы уверить своих транских спутников, что лед толщиной в несколько сот метров не может просто так исчезнуть под ними.

Лучше бы не исчезал, Этан был в этом уверен. “Сландескри” был кораблем, но он не мог плавать. Его швы были засмолены от ветра, но они не были водонепроницаемыми. Если бы он очутился в глубокой воде, просмолка не продержалась бы более нескольких секунд. А затем изящное судно, столь крепкое и устойчивое на льду, пошло бы ко дну как камень. Этан не знал, был ли вообще в транском языке глагол “плавать”.

Они продолжали идти на юг. Все тревожно высматривали признаки вулканизма. На южном горизонте висели тяжелые облака, но ни конусообразных возвышений, ни курящихся дымков не было видно. Расчеты Бланчарда показали, что море лежало приблизительно в пятистах метрах под лезвиями ледохода, так что возможность подповерхностного нагревания была отброшена. В любом случае, океанические вулканы стали бы растапливать лед изнутри, а не снаружи.

А температура продолжала подниматься, хотя и медленно. Местами корабль скользил по шестисантиметровому слою воды, но это была максимальная глубина с которой они встречались.

– Феномен поддерживает сам себя, - объяснил Сниэк.
– Только лишь циркуляция подводных течений, вызываемая внутрипланетным теплом и обширными гравитационными силами, удерживает море от полного замерзания вплоть до самою дна. Если когда-нибудь лед начнет таять снизу, то процесс будет ускорен во много раз благодаря тому, что температура воздуха здесь поднялась или была поднята выше нуля. Теплый воздух будет взаимодействовать с потеплевшей водой подо льдом и расширять и увеличивать любую трещину в поверхности.

– Лед умереть, - пробормотал один из транов, слушавший эти объяснения.

– Это просто местное явление, - объяснил Этан, - не нужно паники.

– Кто здесь паникует?
– Сисфар повернулась к самому высокому матросу.
– Займетесь ли вы своим делом, или я должна делать его за вас?

Ворча, группа транов отошла, продолжая разговаривать между собой.

– Спасибо, - сказал ей Этан.

Она остро взглянула на него.

– Не благодарите меня. Просто найдите моего друга, - и она гордо удалилась за остальными.

Удалилась, или прошествовала, или промаршировала, думал Этан, напряжение чувствовалось даже в длине ее шага. Бомба готова была взорваться в любую минуту. Он надеялся, что не окажется жертвой, когда это произойдет.

Гуннар прошептал на ухо Этану:

– Это становится все более и более сложным - сдерживать даже самых лояльных матросов, - он кивнул в сторону борта.
– Такого никто никогда не видел. Они слушают объяснения друга Вильямса и ученых, но в душе верят, что незамерзающая вода - проделка чертей и демонов.

– Но они же знают, что “Сландескри” и наши инструменты сделали не сверхъестественные силы. Они же слышали о науке.

– Корабль для них вполне реален. Подобные существуют в мире. Но таяние льда вещь не виданная в целом мире. Понять ее для них нелегко. Как бы вы себя почувствовали, если бы земля под вашими ногами начала бы вдруг хватать вас за лодыжки. То же самое будет делать вода, если вы соберетесь пройтись по ней.

– Я не смотрел на это их глазами.

Лезвия “Сландескри” легко раздвигали шестисантиметровый слой воды, но если бы тран попытался идти по такой поверхности, он столкнулся бы с определенными трудностями. Это было бы то же самое, как если бы человек побежал по болотистой грязи. Он попытался представить себе: идешь себе по дороге и вдруг обнаруживаешь, что ноги уходят под землю.

– Здесь задействованы только естественные силы. Здесь нет опасности.

– Объясните это команде, - кивнул в сторону палубы Гуннар.
– Это простые матросы и воины, собиратели пика-пины, работники по дереву и камню. Самые отважные, каких можно найти в Уонноме и Пойолавомааре. Подумайте, какова будет реакция среди остального населения, если эта странная история дойдет до их родных мест. Будет такая паника, как если бы солнце перестало всходить.

– Ничего. Они будут в порядке, - Этан пытался казаться уверенным.

– Так должно быть, - согласился рыцарь.

Утесы южного континента все еще не были видны за горизонтом, когда вахтенный с фок-мачты закричал:

– Гутторбин!

Воины устало заряжали арбалеты, пока другие брались за копья и луки. Они имели дело с летающими плотоядными так часто, что это успело им порядком надоесть. Копья удерживали тварей на расстоянии, пока перезаряжались арбалеты. Нападающих с воздуха удаляли по одному.

Учитывая, сколько таких больших летающих плотоядных они убили, защищая корабль в течение года, еще становилось досадно, что их нельзя употреблять в пищу. Об этом размышлял Этан, доставая меч, подаренный ему от всей команды. Сква Септембер присоединился к нему, легко удерживая в одной руке свой громадный боевой топор.

После сообщения вахтенного он увидел только одну тварь, летящую к кораблю. Половина защитников опустила оружие и вернулась к своей работе. Оставшиеся принялись спорить, кто будет стрелять первым. Решить тут было непросто. О беспорядочной стрельбе не могло быть и речи. У арбалетных стрел были металлические наконечники, а металл был слишком дорогим, чтобы его тратить попусту.

– Он большой, - крикнул вахтенный, - самый большой, какого я когда-нибудь видел.

– Может быть, это не гутторбин, - Этан пытался рассмотреть точку в воздухе, направляющуюся к ним.
– Я уверен, что есть множество жизненных форм, которые Гуннар и его люди из Софолда ни разу не встречали.

– Странная птица, - Септембер перегнулся через бортик, пытаясь разглядеть детали.
– Я не замечаю характерного для гутторбинов пикирующего дугообразного полета. И парит слишком низко, слишком.

Кто летает на Тран-ки-ки, старается держаться на достаточном расстоянии от поверхности льда, вне досягаемости всяких шан-коссифов и других подледных хищников.

– Это не гутторбин, - уверенно сказал гигант, - но я узнаю эту штуку.

Гуннар присоединился к ним:

– А не один ли это из ваших летающих кораблей?