Цинна

Пьер Корнель

Цинна

Трагедия

Перевод Вс. Рождественского

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Октавий Цезарь Август, римский император.

Ливия, императрица.

Цинна, сын дочери Помпея, глава заговора против Августа.

Максим, один из главарей заговора.

Эмилия, дочь К. Торания, воспитателя Августа, казненного им во время

триумвирата.

Фульвия, наперсница Эмилии.

Поликлет, вольноотпущенник Августа.

Эвандр, вольноотпущенник Цинны.

Эвфорб, вольноотпущенник Максима.

Действие происходит в Риме.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Эмилия

Эмилия

Желанье пылкое великого отмщенья,

Что с дней, как пал отец, ведет свое рожденье,

Столь гневное дитя пережитых обид,

Чью боль душа моя ослепшая таит,

Владеешь сердцем ты со страстью роковою.

Дай мне хоть миг вздохнуть, подумать, что со мною,

Спокойно рассудить в волнении моем,

На что дерзаю я, чего хочу потом.

При виде Августа, увенчанного славой,

Увы, - я не могу не вспомнить день кровавый,

Когда был мой отец им дерзко умерщвлен

И труп переступив, тиран взошел на трон.

Передо мной встают кровавые виденья,

И ненависть моя, дойдя до исступленья,

Мной овладев, зовет час мщения скорей,

Чтобы за смерть одну он принял сто смертей.

Но к Цинне у меня любовь еще сильнее,

Чем ненависть моя к тирану и злодею.

И я страшусь того, что, мщение тая,

Могла бы погубить возлюбленного я.

О Цинна, я себя жестоко осуждаю

За то, что на тебя опасность навлекаю.

Хотя ты и готов во всем мне помогать,

Могу ль опасности тебя я подвергать?

Высокое сейчас ты занял положенье,

А мог бы каждый шаг здесь вызвать подозренье.

Исход сомнителен, а гибель ждет вокруг,

Способен донести на нас коварный друг.

Приказ не вовремя, неверное решенье

Тебя же самого раздавят, без сомненья,

И тот удар, что ты готовил для врагов,

Сам, Цинна, на тебя обрушиться готов.

Коль, из любви ко мне, свершишь ты дело мести

И сокрушишь врага, ты с ним погибнешь вместе.

Зачем же к гибели свои шаги стремить?

Погибнуть за меня - не значит отомстить.

Жестоки те сердца, что счастливы бывают,

Не видя, что другим мученье доставляют,

И кто б к разряду бед тягчайших не отнес

Ту вражескую смерть, что стоит многих слез!

Но можно ль слезы лить, идя дорогой верной?

Любую цену тут нельзя считать безмерной.

Убийцу поразив отмстительной рукой,

Пристойно ль рассуждать, какой он пал ценой?

Прочь, страхи ложные, пустое сожаленье,

Прочь, недостойное души моей смущенье!

Любовь, послушная лишь слабостям моим,

Долг не оспаривай, а лишь иди за ним.

Покорность долгу - честь, с ним спор - пятно позора.

Будь благородною и подчинись без спора.

Чем больше долгу дашь, тем больше он вернет,

Служи ему, но так, чтоб ждал тебя почет!

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Эмилия, Фульвия

Эмилия

Клялась я, Фульвия, и клясться вновь хочу я,

Да, Цинну я люблю и лишь его зову я,

Но если Август жив, не быть ему со мной.

Пусть Цезаря убьет. Лишь этого ценой

Получит он меня. Вот мой закон единый.

Фульвия

Ты Цезаря хулить имеешь все причины,

Сумела ты себя достойною явить

Того, за чью ты кровь хотела б отомстить.

Но я прошу сейчас к речам моим вниманья:

Должна ты охладить столь пылкое желанье.

Ведь Август, что ни день, готов, по мере сил,

Сам искупить то зло, что всем он причинил.

Тебе он оказать готов благоволенье,

Он столь почтителен, столь полон уваженья,

Что многие тебя просили уж не раз

За них похлопотать, коль нужно, в должный час.

Эмилия

Мне эти милости отца не возвращают,

И, как у Августа меня ни почитают,

Как ни богата я, как сан мой ни почтен,

Всегда я только дочь того, кто был казнен.

Об этих милостях твое превратно мненье,

От вражеской руки они - лишь оскорбленье;

Чем станет более к нам враг благоволить,

Тем будет в нас сильней желанье отомстить.

Пусть Цезарь добрым стал - не изменюсь душою.

Я та же, что была, и буду впредь такою.

Я те сокровища, что Август мне несет,

Употреблю на то, чтобы поднять народ.

Готова место я занять императрицы,

Чтобы на жизнь его вернее покуситься,

Мстить стану за отца любою я ценой

И ради всех даров долг не забуду свой.

Фульвия

Зачем же хочешь ты прослыть неблагодарной?

Иль, пряча ненависть, нельзя уж быть коварной?

Немало без тебя есть помнящих, что он

Ценой жестокостей взошел на этот трон.

Все помним римлян мы, известных и почтенных,

Что им погублены для замыслов надменных.

Их дети, в чьей душе былых обид не счесть,

Мстя за своих отцов, твою спасают честь.

Найдутся смелые отмстители позора.

Кто ненавистен всем, тот жизнь окончит скоро.