Чтение онлайн

И сиделка, шаркая, вышла из палаты.

Алиса была потрясена.

– Что это было? Как ты это сделал? – спросила она, сев на кровать Квазимодо.

Тот еще не оправился от боли и страха и смотрел на девушку, словно не понимая, о чем она говорит.

– Как ты это сделал? Как заставил ее повиноваться? – спросила Алиса настойчиво.

– Я не знаю! – ребенок заметался по постели. – Я боюсь! Я не хотел, чтобы она меня мучила! Я хотел, чтобы она вылила эту гадость и оставила меня в покое. Я сделал что-то плохо? Я плохой? Меня нужно наказать?

Он впал в настоящую панику, и Алисе пришлось обнять его, бормоча успокаивающие слова, гладя трясущееся крохотное тельце.

– Ты все сделал правильно. Ты спасся, а это самое главное, – прошептала она, удивляясь, сколько же в этом несчастном искалеченном ребенке силы, если он способен быть одновременно в обоих мирах, если он способен передавать свои мысли на расстояние и внушать что-либо взрослым, вполне сформировавшимся людям.

Этот несчастный малыш, бесспорно, гораздо сильнее ее самой. Он гораздо сильнее всех тех, кого она только знала!

– Скоро мы вытащим тебя отсюда, – пообещала она Квазимодо. – А пока не позволяй им себя обидеть! И зови меня на помощь.

Он посмотрел на нее удивительными, очень большими и темными, словно пронизывающими, глазами.

– Спасибо, – он ткнулся большим шишковатым лбом ей в плечо, прижался и замер.

Девушка сидела, боясь пошевелиться, чтобы не потревожить малыша, а он вдруг глубоко и горестно вздохнул.

– Я хотел бы, чтобы ты побыла здесь подольше, – сказал он грустно, – но тебя зовут. Ты должна вернуться.

– Кто зовет? – удивилась Алиса. Она уже забыла, что происходит с ней в реальности, и вдруг и вправду услышала отдаленный голос.

– Панова! Алиса Панова! Девочке, кажется, плохо!

Еще секунда – и перед глазами снова возник зал, где проходил конкурс. Члены жюри толпились перед ней. Кто-то держал ее за руку, пытаясь нащупать пульс.

– Пришла в себя! Слава богу! – темпераментно воскликнула румяная полнокровная женщина. – Тебе плохо?

Алиса покраснела.

Она ненавидела вранье, но отчего-то ей приходилось врать все чаще и чаще.

– Я… я заснула. Извините, пожалуйста, – пробормотала она, уставившись на носки своих сапог.

– То есть как это заснула?! – изумилась все та же женщина. Кажется, она была откуда-то из министерства, Алиса не очень интересовалась, а потому не запомнила, кто есть кто, когда членов жюри представляли участникам.

– Случайно… Я не хотела…

Послышались смешки, а Алиса из красной стала, наверное, темно-малиновой.

– Да эта девочка издевается, Ирада Тимофеевна, – высказался высокий лысоватый мужчина, тоже один из членов жюри. – Алиса Панова, прошу вас встать и покинуть зал! Вы отстраняетесь от участия в конкурсе!

Алиса медленно поднялась с места.

Оля, сидевшая рядом, посмотрела на подругу сочувственно, но, конечно, промолчала.

– Извините, – громко сказала Алиса и вышла вон.

Ей вовсе не было жаль, что так случилось. В конце концов, гораздо важнее спасти ребенка, чем выиграть какой-то дурацкий конкурс.

В этот вечер все заинтересованные лица снова собрались в номере Сержа. Как-то так случилось, что ни один портье, ни одна официантка не зашли в номер, когда там были ребята, и ни разу ребята не встретили на ресепшене никого, кто задал бы им хоть один вопрос.

Что удивительно, как-то так получилось, что животные, кошка Маркиза и щенок неопознанной породы Чудик, или Чуд, для краткости, стали ездить к Сержу вместе с хозяевами. Чуд приходил на коротком поводке, возле левой ноги Олега и, начиная с крыльца гостиницы, преисполнялся такой светской элегантности, словно привык красоваться на званых приемах. Как он вел себя чуть раньше, рассказывать не стоит!

Маркиза добиралась до нового места дневного обитания у Алисы за пазухой, по приезде, принюхиваясь, обходила номер, благосклонно подставляла спину Сержу, позволяя себя погладить, привычным шипением заставляла Чуда держаться на расстоянии, укладывалась на возвышение так, чтобы держать в поле зрения весь номер, и делала вид, что задремала. Несколько раз поверивший в это Чуд, собравшийся подстроить Маркизе каверзу, огребал когтистой лапой по морде. Не больно, но очень обидно и по заслугам.

– Итак, что происходит? – Серж оглядел обоих ребят, и Алиса взялась рассказывать свои новости, связанные со спасением Квазимодо.

– А где ты была, когда все случилось? – вдруг перебил ее рассказ Олег.

Он явно чувствовал, что девушка недоговаривает.

Она ожидаемо смутилась и пробормотала, что, мол, это вовсе не важно.

– Как раз это – очень важно! – отрезал Волков, поворачиваясь к Сержу. – Мне кажется, у нас проблемы. Я уже замечал, что Алису выдергивает во сны в любое время суток, а еще она начала путать сон с реальностью. Это ни к чему хорошему не приведет!

– Ты не можешь мне запрещать! – Алиса в возбуждении вскочила на ноги, а Маркиза, отреагировав на поведение хозяйки, тоже вскочила и громко, предупреждающе мяукнула.

– Могу! – Олег снова повернулся к ней и, не отрываясь, смотрел девушке в глаза, привычно прикрытые контактными линзами – интересно, хватит ли у нее смелости когда-то избавиться от них? – Мне вообще сейчас не о ком заботиться, кроме тебя… – Щенок возмущенно тявкнул, и Олегу пришлось добавить: – И Чуда.

– Но я же хочу помочь тебе и Квазимодо! – девушка медленно опустилась обратно на кресло. – Я старюсь быть осторожной, но сейчас нам нужно срочно что-то делать, скажите, Серж!