Чтение онлайн

– Понятно… – Алиса подошла к двери и пнула ее ногой. – Но ты только отсрочил решение проблемы. Дверь-то по-прежнему заперта. Профессор разберется со своим убийцей, а потом спокойно займется нами.

Олег опустил голову. Поспорить тут нельзя. Они оказались в западне, и выбраться из нее нет никакой возможности. За ними придут и возьмут их тепленькими. Профессор и вправду может не спешить.

– Твоя мать – помощ… – и экран погас, а сам хозяин метнулся к двери из комнаты.

Карлик едва успел выскочить за ним, прежде чем дверь закрылась.

Профессор вбежал в кабинет, где находились главные системы управления.

Всего секунду Гуттаперчевый колебался: не побежать ли за ним, но тут же отбросил всякие сомнения. С хозяином можно разобраться и позже. Сейчас у него есть цель гораздо привлекательней.

Его мать! Расшифровки не требовалось. Карлик и так все понял.

Наконец-то он ее нашел! Подумать только, все это время она находилась рядом. Он мог бы догадаться и сам, но не догадался. Марионетка в руках профессора, глупый карлик, потешающий людей в цирке, а в свободное от этой второстепенной работы время этих самых людей убивающий – вот он кто! Вот этим он был, рожденный не для счастья, для которого, говорят, рождаются дети. Он был рожден для мук и унижения. Его мать, находившаяся все это время неподалеку, спокойно наблюдала, как хозяин натаскивает его. Порой после уроков доброго хозяина все тело превращалось в сплошной синяк, и Гуттаперчевый не мог даже скулить – даже на это не оставалось сил. Знали бы, как далась ему эта гуттаперчевость! Тело словно переплавляли в печи, формировали огромным молотом. Он умирал, наверное, сотни, тысячи раз… Думал, что умирает, мечтал о смерти и звал ее как самую желанную гостью. Он верил, что смерть будет милосерднее людей, быть милосерднее несложно – люди не баловали его добротой.

Порой он завидовал тем собратьям, что, словно животные, обитали в специальных зарешеченных отсеках. Тем, у которых не было разума и которые не знали, на дне какой ямы оказались.

И все это время мать была рядом с ним.

Ноги сами привели его к знакомой двери, и только тут карлик понял, что прогадал: нужно было начинать с профессора и с комнаты управления. Открыть замок без карточки невозможно, мать так близко, всего за тонкой стеной, но добраться до нее нельзя.

Карлик скрипнул зубами. Каждая секунда промедления казалась ему смертельной. Но нечего делать, нужно возвращаться, и он быстро пошел по коридору к комнате управления.

– Самое время уходить отсюда.

Отец произнес эти слова совершенно спокойным обыденным голосом, и Олегу стало страшно. Сойти с ума, находясь в заключении, да к тому же на наркотиках, проще простого, и все же это проявление безумия болезненно отдалось в сердце.

– Пап, мы не можем уйти – двери заперты, – терпеливо объяснил Олег и немного виновато посмотрел на своих спутников. – Все в лаборатории под контролем системы. Если бы у нас был хотя бы плохонький компьютер… ну хоть мобильный телефон – любое средство, чтобы войти в Сеть…

– А зачем тебе компьютер или телефон?

Увы, отец выглядел абсолютно безумным. Олег мысленно досчитал до десяти и только после этого ответил:

– Я мог бы разблокировать замки и открыть все двери, если бы только добрался до их управления. Но сейчас, извини, не могу.

– Можешь, – Волков-старший хранил на лице полнейшую невозмутимость.

Олег с надеждой посмотрел на Алису: возможно, она, занятая своими мыслями, не заметит, что тут происходит. Но, конечно, тщетно.

– Алексей Михайлович, отдохните, – Алиса попыталась усадить отца Олега на большой кожаный диван, – не волнуйтесь, что-нибудь обязательно придумаем.

Однако отец отвел руку девушки и обратился к Олегу:

– Как ты вошел в мою палату? Там нужно было набрать код, и при первой же ошибке срабатывала сигнализация.

Олег пожал плечами: хорошо, что он не знал этого, когда совершал свою попытку, иначе ни за что не решился бы набрать эти несчастные четыре цифры.

– На кнопках были отпечатки, я догадался, на какие цифры нажимали, – ответил он, никак не понимая, к чему это ведет отец.

– А последовательность? Почему ты набрал именно так, а не иначе?

– Не знаю! – учитывая состояние отца, нужно было проявлять терпение и сострадание, но эти глупые вопросы могли вывести из себя и святого. – Повезло.

– Я ученый, и я не верю в везение, – отец покачал головой. – Но знаю точно, как именно ты вошел в мою палату…

Внимание слушателей было завоевано. Даже Квазимодо, неподвижно сидящий в своем кресле, открыл глаза и прислушался.

– Все просто, – продолжил отец, – ты подключился к системе и считал код, даже не заметив.

Этого и нужно было ожидать. Отец, как Олег и боялся, сошел с ума и придумал сверхспособности для своего сына. Возможно, все время, проведенное в мире снов, он воображал, как явится сын – эдакая помесь Бэтмена с Нео [12] – и вызволит его легким щелчком пальцев.

– Пап… – Олег не знал, что и сказать на это. Рушить иллюзии отца в данном положении казалось ему преступным.

– Ты мне не веришь, – грустная улыбка смертельно уставшего человека скользнула по губам Волкова-старшего. – А зря. Помнишь, в мире снов ты требовал с меня клятву, что я не проводил испытаний на людях, и я не смог тебе ее дать именно потому, что объектом таких испытаний был ты.

– Что? – Олег отступил на шаг и потер виски руками. Вот теперь и он сам сходит с ума.

Отец сел на скрипнувший под ним представительский диван и в изнеможении откинулся на спинку.

– У тебя с рождения было больное сердце, – сказал он тихо, глядя не на сына, а на свои руки, изборожденные выступающими венами. – Ты умирал. Времени на размышления не было, и я поставил тебе механическое сердце. После того как выяснилось, что ты болен, я все время носился с этой идеей и вел непрерывные исследовательские разработки. Когда сердце понадобилось, испытания не были завершены, но я принял решение рискнуть. Врачи не спасли бы тебя…