Чтение онлайн

— Да?

— И красная рыбка. И балычок. И разных закусок до фига! Молодцы вьетнамцы, не поскупились!

— Разве мы тоже приглашены? — удивилась Леся.

В ответ Вовик только заржал.

— Держись возле меня и не пропадешь! — заверил он Лесю. — Когда боссы отчалят, все нам достанется!

Лесю передернуло. Она не была брезглива, но подъедать остатки с барского стола… Нет уж, лучше жевать собственный черный хлеб с солью, чем доедать надкусанное барином пирожное.

Но Вовик подобной щепетильностью не обладал. И искренне радовался предстоящему угощению. Кажется, он искренне считал, что и Леся должна ликовать. Как же, ведь халява! Люди добрые, настоящая стопроцентная халява! Леське-то она вообще достанется за просто так! Она ведь даже не журналистка.

И Вовик покосился на свою приятельницу. Понимает или нет? Должна же ценить, что он для нее сделал! Сейчас эта тягомотина с речами и съемками закончится. И он накормит и напоит ее от пуза. И главное, ему самому это тоже не будет стоить ни копейки. Ну разве это не счастье?!

Леся видела, что Вовик находится в приподнятом настроении. Но причин его не понимала. Ее бесплатное угощение волновало меньше всего. Ей был нужен Растопупко. А этот гад, словно нарочно, тусовался далеко от нее. Леся не сводила с него пристального взгляда. И в конце концов Растопупко это почувствовал. Он беспокойно задвигал толстой шеей, зажатой в тугом вороте белоснежной рубашки. Вытер лоб огромным шелковым платком. И начал пробираться к выходу!

Так что когда Вовик огляделся по сторонам в поисках Леси, он, к своему немалому изумлению, приятельницы в зале не обнаружил. Не было ее ни у столов с остатками красной рыбки, не было у ветчины и даже у столика с бокалами шампанского. Вот уж диво дивное!

Но долго искать Лесю Вовик не мог. Жадные орды его коллег по творческому цеху уже штурмовали фуршетные столы. Еще немного, и самому Вовику могло ничего не достаться. И, выкинув любовь из головы, он начал набивать себе желудок. Вовик был уже взрослым мужчиной. Но всю свою сознательную жизнь он выступал под одним-единственным девизом: «Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда!»

Так что Лесино исчезновение волновало его лишь до того момента, как у него из-под носа не увели симпатичный кусок морского угря. А затем мысли Вовика переключились на уплывшую рыбку. И к Лесе больше не возвращались.

В то время как Вовик складывал в себя аппетитные кусочки белого хлеба, покрытые замысловатой закуской, Леся была уже далеко. Едва Растопупко начал пробираться к выходу, она последовала за ним.

Выскочив на улицу, она заметалась. Где-то тут должна была быть Кира на их отмытом и по-прежнему нежно-розовом «гольфике». Но Леся ее не видела. А Растопупко уже садился в свой огромный джип. Садился, и дела ему не было до того, что подруги еще не готовы следить за ним!

— Леся!

Девушка оглянулась и увидела Киру, машущую ей рукой.

— Сюда! Я поставила машину за углом!

Леся поспешила к подруге.

— Места возле этого Дома дружбы не было совершенно, — жаловалась Кира. — Да еще охрана стала гонять. Мол, сегодня стоянка только для приглашенных лиц и прессы. Вот и пришлось отъехать.

Оказалось, что Растопупко поехал домой. Жил он в огромном сталинском доме. Два охранника встали по обе стороны от входной двери подъезда, бдительно глядя по сторонам. А еще два — обследовали сам подъезд. И лишь после этого из машины вышел господин Растопупко и торжественно прошествовал к дому.

Прошло минут пять. Вышли охранники, которые сопровождали босса до его квартиры. Двое, по-прежнему стоящие возле дверей подъезда, тоже отлепились от стены. Вся компания загрузилась в две машины и отбыла восвояси.

— Все ясно. Хозяин изволит отдыхать. Сегодня из дома больше не выйдет. Вот охрану и отпустили.

И тут в окошко кто-то постучал. Кира выглянула, и ей показалось, что у нее началось дежавю. Около машины стоял Свистунов и улыбался приветливой улыбкой людоеда.

— А что это мы тут делаем? — обманчиво ласковым тоном спросил он у Киры. — А?

— А… А… Мы тут просто… Слушай, ты что все-таки за мной следишь?

Свистунов фыркнул. Без спроса отворил дверцу машины и забрался в салон.

— Не хочу маячить перед домом, — пояснил он свое действие. — Пока не узнаю точно, сколько охраны у нашего папочки и где она расставлена.

— Охрана уехала, — ляпнула Леся и тут же прикусила язык.

Но было уже поздно. Свистунов присвистнул и сказал:

— Значит, я все-таки прав. Вы тоже следите за папочкой. Так я и знал!

— Ни за каким папочкой мы не следим! — попробовала отказаться Кира. — У нас и папочки-то никакого нету! Ни у меня, ни у Леси.

— Сиротки, значит? — жалостливо поинтересовался Свистунов.

— Ага.

— А тут что делаете?

— Ну, мы… просто остановились.

— Не вешай мне лапшу на уши!

— Ладно! Следим! Ну и что с того? Ты ведь тоже тут оказался не случайно!

— Верно. Я и мои ребята следим за Растопупко. Но кто вам разрешил делать то же самое, хотел бы я знать?

— А что? — окрысилась на него Кира. — Нужно специальное разрешение? И кто же его дает? Не ты ли случайно?

— Я!

— И по какому праву?

— По такому, что девка этого Растопупко пыталась меня прикончить! И если бы наняла в исполнители не таких идиотов, то быть бы мне трупом! Как считаешь, достаточный повод, чтобы начать за ней слежку?

Кира подумала и кивнула. Причина была более чем уважительной.

— Вот и я так думаю, — кивнул Свистунов.

— А ты тут зачем?

— Лейла привела нас сюда.

— Лейла — это…

— Ну да. Лейла — это жена сына.

— Покойного, — брякнула Леся, молчавшая до сих пор.

— Ого! — восхитился Свистунов. — Как я погляжу, вы с подружкой уже существенно продвинулись. Молодцы! И откуда у вас такие сведения?

— Не говори, что ты этого не знал.

— Знал. Но вот как вы пронюхали, это вопрос.

Глаза Свистунова загорелись нехорошим блеском. И Леся решила: лучше сказать правду.

— Журналист один рассказал.

— А что еще вам рассказал этот проныра?

— Ну, рассказал кое-что.

— И что же?

— А то, что умер этот молодой человек от наркотиков.