Чтение онлайн

Но так подруги думали ровно одну минуту, гордясь мужеством Свистунова. А потом на них снова навалилась тревога за него. Особенно она навалилась на Киру.

— А вдруг он тебя убьет?

— Ты будешь переживать?

Кира честно попыталась представить себе, как она это переживет. И внезапно чуть не задохнулась от охвативших ее чувств. Жизнь без Свистунова казалась мрачной, как темная ночь без рассвета, как черно-белый мир без ярких красок, как… Одним словом, Кира всплакнула и повисла на шее у Свистунова.

— Свистунов, милый! Сделай так, чтобы этот тип тебя не убил.

Свистунов заглянул ей в глаза. И, видимо, прочитал там что-то такое, что заставило его встрепенуться и проникновенно произнести:

— Не волнуйся, дорогая. Я ему этого не позволю. Не хочу, чтобы ты стала из-за меня плакать.

Леся удивилась. Кто плачет? Кира? Свистунов ошибается. Но взглянув на подругу, внезапно замерла. В глазах у той стояли такие крупные слезы, что тут уж было невозможно ошибиться. Кира ревела. Ревела от страха, что наркобарона, бандита и вообще криминального типа Свистунова сегодня вечером элементарно не станет на этом свете. Казалось бы, радоваться надо. А она ревет!

Леся и сама не заметила, как начала шмыгать носом. Так, зареванных, Свистунов их и отправил. Нет, не домой.

— Вам надо выручать вашу машину, — сказал он им. — Витек вам поможет. Он уже звонил. Скажет, что и где нужно подписать. Но все равно дело это нелегкое. Мороки много.

— Это и к лучшему, — всхлипнула Кира. — За хлопотами про тебя думать меньше станем.

Но напрасно она так считала. Все бумаги подруги подписали. Но легче им от этого не стало. И они поехали домой волноваться, переживать и ждать.

Дома Киру поджидал Фантик. В страшном гневе и с не менее страшной обидой. Но едва взглянув на свою хозяйку, он закрыл пасть, уже открытую для возмущенного вопля. Кира выглядела подавленной и такой несчастной, что кот, вместо того чтобы устроить хозяйке скандал за то, что она снова оставила их одних на всю ночь, просто подобрался к ней поближе и, дождавшись подходящего момента, устроился у Киры на коленях, мурлыкая, словно маленький переносной моторчик.

Поглаживая шелковистую, чуть вьющуюся за ушками и на грудке шерсть своего любимца, Кира постепенно если не успокаивалась, то впадала в какой-то транс. Так она провела время до вечера. И продолжала сидеть в полной темноте. Встать, чтобы зажечь свет, у нее сил не было.

— И чего я так переживаю? — бормотала Кира себе под нос. — Прямо даже не понятно. Ведь все будет хорошо.

Фантик мурлыкал, подтверждая слова хозяйки.

— Свистунов не такой человек, чтобы вот так взять и позволить себя убить.

И это Фантик подтвердил. А потом к Кире пришла Леся. И повторила все то же самое. Слово в слово. И повторяла до тех пор, пока Кира не уверилась в этом окончательно. Но ночь прошла. А от Свистунова не было никаких известий. Наступило утро, и Кира уже буквально не находила себе места.

Когда к ней пришла Леся, то увидела, что подруга мечется по квартире, натыкаясь на мебель, словно слепая.

— Я не знаю, что мне делать!

— Поехали к дому этого Растопупко! — сказала Леся.

И они поехали. И даже свели знакомство с консьержем. Они спрашивали Лейлу, но он сказал, что девушка ушла вчера вечером вместе со своим свекром. И с тех пор они не появлялись. Услышав об этом, Кира побледнела, словно сметана. И прислонилась к стене.

— Эй, девушка! Вы что, беременны? — испугался консьерж. — Вы тут в обморок падать не вздумайте.

— Это ужасно!

— Врача могу вызвать! Поедете в больницу?

— Если с ним что-то случилось, я тоже умру!

— Все когда-нибудь умрут.

Консьерж окончательно уверился, что девушке нужна врачебная помощь. И потянулся к телефону, чтобы набрать «03». Но Леся вовремя вытащила подругу на улицу.

— Очень тебе надо в больницу. Поехали лучше к Пучкову! Все отвлечешься.

Но Кира не хотела к Пучкову. Их расследование внезапно перестало ее интересовать. Ее вообще больше ничего не интересовало. Но обычно мягкая Леся не позволила Кире раскиснуть. И почти насильно потащила ее к следователю.

— Неудобно ведь! — твердила она. — Два раза человек уже только за последний час позвонил. Надо съездить!

У следователя Кира несколько пришла в себя. Главным образом потому, что думать про исчезнувшего Свистунова ей не давали. А заставляли вспоминать малейшие подробности Дининой исповеди.

— Насчет убитого Алексея и дрессировщика Железного мы и так были уверены, что это она постаралась, — говорил Пучков. — Но вот то, что и Людмила тоже на ее совести, за это вам огромное спасибо от всех нас.

— А как вы догадались, что Лешу и Железного… Что это она?

— Железный нам сам сказал, а…

— Как это сказал. Он же умер!

Пучков хитро прищурился:

— Это вам в цирке о его кончине доложили?

— Да. Оттуда слух пошел.

— Все верно. Это мы его распустили.

— Но зачем?

— А затем! Затем, чтобы не подвергать жизнь человека опасности. А у нас таким образом оказался ценный свидетель.

Оказывается, Железный порассказал про Дину немало интересного, что открыло глаза на ход событий в этом запутанном деле.

— Значит, когда я вам позвонила, — спросила Леся у следователя, — вы уже знали, что Дина — убийца?

— Конечно!

— Поэтому так быстро и откликнулись на мою просьбу приехать?

— Да. Признаюсь, ваш звонок снял у меня камень с души.

Дрессировщик Железный пришел в себя накануне вечером. До этого он был очень плох. И врачи не знали, выживет человек или скончается. Но когда дрессировщик очнулся, он оказался очень даже энергичным. И первым делом попросил следователя.

— Хочу вам признаться во всем! — такими словами встретил он Пучкова. — Уверен, если я не покаюсь, то просто погибну.