Чтение онлайн

— И что теперь делать? — поинтересовался я.

— Что делать? Вам, товарищ капитан, за что деньги платят? За сохранение государственной безопасности. Вы тут четыре месяца дурью маетесь, а вам зарплата идет, как действующему сотруднику.

— А я-то тут при чём? — искренне возмутился я. — Меня бросили, забыли. Я как-то в отдел попытался пройти — мол, дайте приказ — что делать, так меня даже внутрь не пустили. Мол, знать не знаем никакого Кустова. Иди, мол, гражданин, отсюда, да не мешай работать. Почему так? На кой мне вообще звание присвоили?

— Тайна сия великая есть, — усмехнулся генерал. — Решение было такое принято — дать вам, господин капитан, отдохнуть от всех передряг. А заодно посмотреть, не проявит ли к вам кто-нибудь интерес. Особенно, когда вы книжки начнете строчить. Это наши аналитики рассчитали. А вы ведь и начали… Так что — вперед, жалованье отрабатывать…

Заяц трепаться не любит, а генерал-майор — тем более. Если Унгерн сказал — нужно отрабатывать жалованье, значит, его придется отрабатывать по полной программе. Правда, перед тем как «нарезать» задачу, Унгерн подсластил пилюлю. Или напротив, усугубил положение, взвалив на мои хрупкие плечи еще один груз…

— Распишитесь, — тщательно скрывал удивление холеный высокопоставленный чиновник. — Да-да, вот здесь, пожалуйста, — свистящим шепотом добавил он, нежно вкладывая мне в руку настоящий «Паркер».

Хорошая ручка, давно о такой мечтал. Вот будет у меня лишняя тысяча… Или она дороже? Интересно, за чей счет у госслужащих «Паркеры»? Может, теперь и мне положено? А еще бы машину с водителем, квартиру пятикомнатную с домработницей (а пыль кто будет вытирать?), прочее… М-да, боюсь, что придется ограничиться карандашом для губозакатывания.

Вышколен чиновник на совесть, но все-таки… Вопросы не задает, но в напряженных бровях, подрагивающих ресницах можно прочитать: «И что это за хрен такой?» Нечасто ему приходилось выдавать документы, в которых сказано, что «предъявитель сего является полномочным представителем Президента», но не сказано — а где именно? А какие у «представителя» полномочия? И что это за сверхсекретное постановление, которое не регистрируется обычным порядком? И, главное, перед ним — не то, что фигура неполитическая, а вообще никакая. Чей «казачок»? Уверен, что он уже успел познакомиться с моим личным делом. Ну с той его частью, с которой дозволили. Лопается бедолага от любопытства… А что я ему мог сказать? Перебьется. Не положено ему знать больше того, что положено.

А между тем, всего лишь несколько минут назад, в кабинете, оборудованном от любой прослушки…

— Олег Васильевич, — сказал Президент, точно и скупо отмеряя слова. — Дело, которым вы занимаетесь, — очень важное. Конкретного результата от вас никто не ждет, потому что никто не знает — чего ждать. То, что вы будете делать, и, как вы это будете делать — никто подсказать не сможет. Я всецело полагаюсь на вас и на Виктора Витальевича. Выпускать из-под контроля мир, в котором вы были, мы не можем. А если не взять под контроль, то хотя бы быть в курсе того, что там происходит. Так что, с этой минуты вы — полномочный представитель Президента.

…Унгерн был собран и суров, как и положено «слуге царю, отцу солдатам», пусть он уже и не полковник, а целый генерал. Уже не улыбался, как при первых встречах. Не иначе, зачислил меня в полноправные «рыцари плаща и кинжала».

— Итак, есть задание быть в курсе событий, которые происходят в Застеколье. Понятно, господин капитан?

— Так точно, товарищ генерал, — без особой бодрости отрапортовал я. — Капитан Кустов готов.

— Да, чуть не забыл, — хлопнул себя по лбу Виктор Витальевич и рявкнул: — Капитан государственной безопасности Кустов! Встать! Смирно!

От неожиданности я подскочил и вытянулся. Последний раз так тянулся на первом году службы, в образцово-показательной «учебке» Северо-Кавказского Краснознаменного военного округа.

— Приказом начальника управления, за мужество при выполнении служебного задания, капитану Кустову присвоено звание майора госбезопасности вне очереди. Молодец. Ну что стоишь? Беги в магазин, будем звездочку обмывать… — А когда я рванул с низкого старта, засмеялся: — Да ладно, уже купил…

Генерал нацедил две рюмочки и налил мне столько, чтобы едва-едва покрывало лучики. Остальное было убрано до лучших времен.

Если скажу, что расценивал одну большую серебряную звездочку, вместо четырех маленьких, лишь с точки зрения повышения зарплаты, — не верьте. Петр Великий был мудрым человеком, а иначе не ввел бы Табель о рангах.

— А кто меня похищал? — задал-таки я давно мучивший меня вопрос. — Теперь-то можно сказать?

— Если бы мы знали… — пожал плечами Унгерн. — Девица на сопредельное государство работает. Рассказала, что было задание вас похитить, провести беглый допрос и вывезти к границе. Но зачем, кто — сама не знает. Когда справки о вас наводила, понять не могла — какую ценность может представлять скромный историк?

— А неандертальцы? Вы же не всех там перебили.

— Молчат.

— Молчат? — удивился я. — Разве нормальный человек может молчать, если его допрашивают?

— Ты сам-то, Олег Васильевич, много рассказал, когда над тобой целый спецотдел бился? — ответил Унгерн вопросом на вопрос. — А ты вроде бы человек. Скажите-ка лучше, — перешел генерал на «вы», — почему вы не возмущаетесь, что полномочным представителем президента командует какой-то генерал-майор?

— А должен?

— Должен не должен, но строго формально, не я сейчас должен командовать, а ты. То есть — виноват, вы! «Полпред» — не легенда, а вполне реальная власть.

А ведь Унгерн говорит вполне серьезно. Странно, но мне чего-то до сих пор такое и в голову не приходило.

— Ща, скомандую. Чего это вы, генерал, коньяк «заныкали»? Налейте еще…

…Вы любите путешествовать автостопом или предпочитаете место в автобусе? Идти пешком или ехать в шикарном лимузине? А что выберете — одноместное купе в спецвагоне (за казенный кошт!) или плацкарту, где в проход свешиваются пятки в вонючих носках? А как лучше останавливаться в гостинице: в клоповнике два на два метра с удобствами в конце коридора или в одноместном номере? Вопрос излишний. А я даже и не знал, что существуют не простые «СВ», а «навороченные». И что номера-люкс бывают не только в фильмах, а в захудалых провинциальных городках, вроде моей исторической родины. Вот что значит иметь помимо родного российского паспорта хитрый документ, где сказано, что я являюсь представителем Президента.