Чтение онлайн

Ну что же, предупрежден, значит — вооружен.

Самое лучшее что можно сделать — поставить под контроль дорогу через пустыню Ордос. Ключевым пунктом тут служит оазис Туррег, лежащий в восьми днях пути от Нуовы — перевалочный пункт для всех караванов, пересекающих Ордос. Ближайшая вода находится или севернее, примерно в 4 дня пути от Туррега, или уже южнее, на Нуове. Если мы окружим оазис стеной и посадим там гарнизон, то сможем контролировать этот путь. Большая армия просто не перейдет пустыню, не имея возможности пополнить запасы воды в пути.

Также, пользуясь случаем, нужно изготовить как можно больше оружия из железа, которое удалось купить у северян. С этими предложениями — предсказаниями я и обратился к суффектам.

— Войскам потребовалось новое оружие. Поскольку мы закупили немало «нуворо», можно сделать новое оружие — мечи и железные топоры!

— Простите, Ваше святейшество — ответил один из суффектов, — но ни в одном из наших городов ремесленники не умеют ковать железо!

!!! @%*#$*!!!

— КАК НЕ УМЕЮТ!!???

Оказалось, что навыки работы с металлами в нас напрочь утрачены. Когда-то — сто или более лет назад, я велел перековать все железо в оружие и сложить в арсенале. После победы над оруталлами и гражданской войны им почти не пользовались. Железное оружие хранили в храмах для большой войны, а для «полицейских акций» пользовались в основном дубинками и деревянными копьями, сберегая железное оружие. В итоге люди, умевшие работать с металлом, просто вымерли за отсутствием спроса на их услуги.

И теперь нет не только кузнецов — ни найти даже кузнечных орудий. Ни одного молота или наковальни во всей стране! И я узнаю это именно сейчас, когда мы на пороге нашествия! И вот, теперь у нас есть железо, пусть и покупное, а сделать из него мы ничего не можем!

Ладно. Ладно. Ошибкой больше — ошибкой меньше, да кто их вообще считает, кроме меня самого? Просто надо срочно раздобыть ремесленников — кузнецов, срочно, за любые богатства!

— Направьте запросы по всем сторонам света, опрашивайте купцов, прибывших из дальних стран, путешественников, наших разведчиков, вернувшихся издалека — найдите мне кузнецов! В конце концов, начинайте обучение с нуля, невелика премудрость –колотить молотом по наковальне!

Мне обещали сделать все возможное, но при этом — ничего конкретно.

В этих хлопотах время сессии пролетело безвозвратно. Я оставил подробные инструкции насчет удержания оазиса и отправился в капсулу с тяжелым сердцем. Постоянно все идет не так! Что я увижу далее?

В этот раз мне пришлось принять сложное и опасное для меня решение.

Раз от раза я по частям изучал мануал своей капсулы. Точнее говоря, мануала как такового не было — имелось несколько десятков файлов на эсперанто, в которых многие специальные термины были мне непонятны, и перевод их взять было неоткуда.

Тем не менее, изучение двигалось вперед. Выяснилось, что у капсулы имеется режим омоложения — пока ты там «спишь», нанороботы в твоей крови активно омолаживают все клетки, так что за 20 часов стасиса можно омолодиться на 1 час. Так что если находиться в стасисе 20 лет, а потом год гулять, то не постареешь. Как я ранее выяснил, можно было также варьировать срок своего стасиса, в пределах от полутора до 60 лет.

Я давно думал о том, чтобы сократить периоды сна, так много дел, особенно во время войны. Надо реагировать оперативно, а это невозможно, если ты 20 лет находишься во сне.

Добравшись до капсулы, я первым делом перепрограммировал ее на 12 лет. Срок в 20 лет слишком большой, мне нужно держать палец на пульсе, а не валяться мумией, пока события проходят мимо. Было очень страшно вторгаться в такую чувствительную сферу своей собственной жизни — вдруг я что-то не учел и произойдет сбой — но я пересилил страх и сделал это.

Также я решил, что во время войны меня будут пробуждать, и я буду находиться в мире столько, сколько нужно, а потом уходить в стасис и добирать время регенерации там. Для этого я дал соответствующие инструкции жрецам — магистратам. Война — слишком серьезное дело, чтобы доверять ее военным.

Глава 23

Ход 24

Прошло 444 года

Подъем по тревоге я воспринял как данность. Обещали же войну — и вот она… Плохие предсказания, как всегда, сбываются!

Новости оказались ожидаемо хреновыми. Гигантская орда из нескольких народов, — племен гезитов, комитов, хальсвиндов, гастальдов, — шесть лет назад прошла через Ордос, пересекла горы Таррас, и вторглась в бывшую страну оруталлов, а вскоре двинулась далее на юг, подступая к нашим границам.

Удержать оазис Туррег тоже не удалось. Идея-то у меня была хорошая, но вот незадача, — никто не собирался сидеть в этой пустыне! Ведь воины заняты своими делами — сеют и пашут, охотятся и торгуют, и собрать их можно только на войну, и то только после общего собрания всей фары, или города, на короткое время — для одной или двух битв. Торчать в пустыне постоянно никто из них не собирается — ведь их семьи за это время перемрут с голоду!

Если бы у меня были средства содержать этих воинов — все было бы по-другому. Большая армия не может пересечь Ордос, минуя оазис Туррег — им просто не хватит воды. Можно было удерживать его очень долго сравнительно небольшими силами. Увы, мои возможности крайне невелики. Будь у меня прежние храмовые богатства — можно было бы, скажем, в период посевов держать отряды из наемников — ахайров, оплачиваемых храмом, а остальное время — служат воины от каждого города, сменяемые через какой-то период времени — 30–40 дней.

Но совсем плохими дела я бы не назвал. 17 городов — Митта, Адажион, Керкирон, Арсинойя, Сураджа, Архун, Алите, Корх-ин-хин и ряд более мелких — заключили Миттанский союз для войны с подступающими варварами. Каждый город должен теперь выставить оговоренное количество воинов. Делегации союзных городов встречались в Митте каждый год и составляли план компании до конца года.

Посланцы союзных городов ежегодно, весной приезжали в Митту для составления планов войны на год. Было много споров, иногда они длились все лето, и тогда активных действий не получалось. Северные города — Адажион, Керкирон — желали более активных действий для избавления от врага, а южные были за оборонительные действия с охраной речных переправ.