Clarity
Шрифт:
— Тебе ничего не сказали о том, что не следует подходить к коню? — он буквально впился в нее глазами, но, не дождавшись ответа, он резко сделал полукруг, ища в рядах стражи кого-то определенного. — Норткатт, отвечай.
— Она… То есть принцесса приказала отпустить келпи, — он смущенно добавил:
— А если кто-то ослушается, то обещала лишить всех работы.
Фобос шумно втянул воздух, медленно поворачиваясь к дрожащей сестре, уставившейся в землю глазами. Его глаза полыхали яростью и злобой, и Элион внутренне содрогнулась.
— Это так? — опасно сузил свои глаза Фобос.
Губы Элион задрожали. Это было правдой, но Элион никогда бы не посмела выполнить эту угрозу. Просто в тот момент, ей было важно, чтобы ее восприняли всерьез. Объяснять это казалось таким нелепым, поэтому, сжав губы в упрямую узкую линию, она просто медленно кивнула головой.
Щеку обожгла пощечина, она обиженно подняла на него глаза. В них отчетливо горел немой вопрос, на который дать ответа Фобос не мог, а Элион не так и нуждалась в ответе.
— Не смей здесь распоряжаться, — по слогам тихо отчеканил Фобос, гипнотизируя ее металлическим взглядом. — Ты — не королева.
Пошатываясь, девочка бросилась прочь в сторону замка, прижимая ладони к горящей щеке, подчеркнуто не встречаясь ни с кем глазами.
Фобос брезгливо закатил рукав, там, на руке пламенела рваная рана неправильной формы, из которой, не переставая, сочилась кровь. Седрик с экспертным видом спокойно посмотрел на Фобоса и меланхолично вздохнул:
— Будет шрам.
— Плевать, — буркнул Фобос чуть хрипло, стараясь изобразить безразличие.
Он считал себя довольно хладнокровным человеком, по крайней мере, так было до встречи с Элион. Сегодня в очередной раз его модель поведения потерпела фиаско, и это не было на пользу ни его планам на трон, ни их семейным отношениям. Фобос опустил голову, лихорадочно соображая. Он спас девчонку, а потом унизил ее на глазах у…
«Кстати, об этом».
— Что-то интересное увидели? — прошипел Фобос с яростью. — Принимайтесь за работу! И держите языки за зубами, если не хотите их лишиться.
Седрик еле слышно хмыкнул. Прежний Фобос одним движением пальцем заставил бы замолчать и большее число людей, а теперь он ограничивается пустой угрозой. Фобос становится милосерднее?
«Или его магические возможности уже на исходе?» — тревожно подумал Седрик, неосознанно потянувшись к своей шее, на которой эрозии стали приносить еще и зуд.
Стражники ушли, и Фобос рассчитывал остаться наедине с собой, но у лорда были на это свои планы.
— Так, так, так… — пробормотал лорд вкрадчивым голосом.
— Лучше заткнись, — прошипел Фобос, предпочитая не встречаться со слугой взглядом. — Я приказал всем уйти.
— Извольте, мой принц, объясниться, — насмешливо скрестил руки на груди Седрик. — Или выражаться яснее.
— Не имею ни малейшего желания с тобой сейчас объясняться. И я выразился достаточно яс…
— А что в таком случае с дальнейшим развитием событий?
— Ничего? — раздраженно и нарочито беззаботно развел руками Фобос, слегка скривившись. Рука неприятно онемела.
— То есть… Смерть принцессы больше нежелательна?
Фобос, молча, двинулся в сторону замка. Умереть от потери крови в его планы не входило.
— Принц, я верно понял? — донеслось ему в спину.
Фобос упрямо сжал губы и продолжал идти вперед.
— Принц? — Седрик сделал несколько шагов за ним, всем видом показывая, что так просто Фобосу не уйти от ответа.
— Да! — раздраженно выпалил Фобос, сверкнув глазами. – Да! Да! Теперь займись своими делами наконец, у меня нет сегодня желания лицезреть твою физиономию.
«Очень интересно», — подумал Седрик, отчего-то довольно ухмыляясь.
****
Он ударил свою сестру. На глазах у человек десяти. Он накричал и унизил наследную принцессу Меридиана. Если бы Элион была мстительной, как Фобос, то ему пришлось бы спешно искать пути к эмиграции, но даже в этом случае расплата не заставила бы ждать. Фобос не смог сдержать растерянной улыбки. Мстительная Элион являла бы поистине чарующее зрелище.
Но, кто знает, возможно, она уже составляет в голове план мести гадкому, омерзительному брату. Что в первую очередь должно натолкнуть его на извинения. Он уже сожалел о своей несдержанности. Еще больше он сожалел, что рядом крутился Седрик. Еще один свидетель нелогичного и чересчур эмоционального появления Фобоса.
Келпи — был не простой лошадкой, как подумала наверняка его глупая сестрица. Келпи — речные чудовища, терроризировавшие Меридиан многие годы. Если есть озера и реки, непременно будут и келпи. Они принимают вид лошадей, зовут с собой и уносят наивных на дно рек. Что происходит там, никому неизвестно, и рассказать уже некому. Иногда реки выносят на берега человеческие внутренности, но причастность к этому речных духов выявить невозможно.
И вот на глазах независимых свидетелей Элион по своему желанию садится на келпи, он утаскивает ее за собой, и все. От Фобоса больше ничего не нужно, он король по праву, и никто не смеет сомневаться в его непричастности, и даже грязные мятежники будут вынуждены захлопнуть пасти. Но Фобос сам все испортил.
«Как жаль, что рядом не было летописца или барда. Вышла бы неплохая поэма, — невесело подумал Фобос, нарезая круги по комнате. — Принц спасает принцессу от водяного черта, пострадав сам. Принцесса, расчувствовавшись, кидается ему на шею, а он, окровавленный, умирает на ее руках».
Он был в ярости от того, с какой легкостью она рискует своей жизнью и как просто она швыряется своим обретенным титулом. Только вот, когда он ее ударил, в ее глазах можно было прочитать столько обиды, столько презрения, что можно задохнуться.