Чтение онлайн

– И что они говорят?

– В один голос твердят, что этот человек – великий актер и притворщик! Все эти девушки были до последней минуты уверены, что он крутился у них в магазинах исключительно ради их прекрасных глаз.

– Женщины вообще легко верят в подобную чепуху, – возразила Мариша. – Это я вам по собственному опыту говорю.

– Наивных дурочек я среди этих девушек что-то не заметил! – отрезал следователь. – И то, что все, как одна, поверили лицемерному обманщику, лишний раз говорит о его незаурядных способностях убеждать людей в том, что ему выгодно. Но только не меня! Нет, только не меня! А всех! Все-е-ех! Слышите вы это?

– Но…

– И вообще, чего далеко ходить? Зачем я буду тратить свое время на то, чтобы убедить вас, что я прав? Там в коридоре сидит человек, который сделает это лучше меня.

В коридоре, насколько видели подруги, сидела только миниатюрная девушка.

– Это и есть одна из его жертв, – кивнул головой следователь. – Пообщайтесь с ней! И все сами поймете!

И он недвусмысленно кивнул на дверь, выпроваживая подруг из своего кабинета. Что им оставалось делать? Они пошли куда им сказали, в коридор. И встали там, в нерешительности рассматривая хрупкую застывшую на стуле девичью фигурку.

Девушка не была такой уж красавицей. Да и лет ей было уже не так мало. К тому же вряд ли она была наивной дурочкой. Весь ее вид говорил скорее о том, что в этой жизни ей пришлось много и часто работать локтями, чтобы расчистить себе местечко под солнцем.

– Привет, – подсела к ней Мариша. – Можно с вами поговорить?

– О чем? – откликнулась девушка. – Впрочем… Можете не говорить, я и сама догадалась. Вас ведь тоже обманул проходимец Серов?

– Ну… В общем-то, да.

– Вот мерзавец! – оживилась еще больше девушка. – Нет, ну вы только скажите, что за мерзавец! И как только земля таких носит? Ведь я всегда так гордилась, что меня невозможно обмануть! И пожалуйста! Нашелся-таки один умелец!

На взгляд Мариши, никогда не следовало переоценивать свои собственные силы. Как говорится, на каждого мудреца довольно простоты. Но девушка выглядела такой несчастной и одновременно возмущенной, что Марише невольно стало ее жаль.

– Тебя как зовут?

– Мусик!

– Мусик?

– На самом деле родители назвали меня Муслима – в честь певца. Но что это за имя такое для девушки? Так что я не против, когда его сокращают до Мусика.

И Мусик, явно оживившись, что у нее нашлись слушательницы, принялась рассказывать им свою историю.

– У меня свой собственный цветочный магазин, – начала рассказ девушка. – Так что с мерзавцем я познакомилась, когда Серов стал приходить к нам ежедневно за своими ирисами.

– За ирисами? Каждый день?

– Ну да! Покупал эти проклятые белые ирисы, мне комплименты делал, смотрел многозначительно. Все девчонки были уверены, что он в меня влюблен. А он… Он… Ах, подлец! А я-то еще голову ломала, зачем он их через пятьдесят метров выбрасывает! А он их только для того и покупал, чтобы они ему алиби потом обеспечили. Мои цветы! И главное, ведь с выдумкой подошел. Не какие-нибудь там розы или лилии покупал.

– А что?

– Ирисы! Говорю, только белые ирисы! А их ведь вообще редко кто берет. Разве что в букетах вместе с другими цветами. А он брал их просто так! Даже без упаковки! Конечно, мы все в магазине его невольно запомнили. Сначала не могли догадаться, чего ради он к нам таскается. А потом додумались, что он влюблен.

Возмущение так и рвалось из Мусика. И не дожидаясь, пока ее об этом попросят, она принялась рассказывать Марише и Аю все, что с ней приключилось с тех пор, как она познакомилась с мерзавцем Серовым:

– Он казался таким милым, таким беззащитным и наивным. Подумать только, это была всего лишь маска. Но я на нее купилась! А знаете, когда он начал за мной ухаживать? Когда узнал, что на самом деле я не простой продавец, а владелица всего магазина. Прекрасно помню, как он замер, рассматривая мой новый бейджик. Я там так и указала – директор и владелец!

– Зачем?

– Затем, что дура была! Хотелось, чтобы весь мир увидел, как многого я достигла. А знаете, когда он меня бросил? Когда узнал, что хоть я и владелица магазина, но числюсь ею только по бумагам. На самом деле владеет всем магазином банк. По крайней мере, до тех пор, пока я не выплачу денежный займ. Так что в качестве очередной жертвы я ему не подошла. Вот и все!

– Слишком уж как-то гнусно, – поразилась Мариша. – Даже для Серова.

– А вы еще всего не знаете.

– А что еще?

– Еще он меня использовал! В качестве своего алиби. Я, как последняя дура, поперлась с ним к следователю, который занимался делом о самоубийстве тогдашней жены Серова. И доказывала ему, что Серов там ни сном ни духом. Что он в это время как раз выбирал у нас в магазине свои дурацкие ирисы. И девочек своих еще подговорила. Пожалуйста, ради меня, ради моего личного счастья, скажите, что Серов был в это время у нас в магазине. Ну, ясное дело, они ради моего личного счастья на все готовы были. Так что тоже все поднялись и пошли к следователю.

– И Серова оправдали?

Мусик кивнула коротко стриженной головкой.

– А теперь я узнала, что он еще много раз проделывал подобный трюк! – заявила она. – И всегда ему все сходило с рук. Такой негодяй!

Клоун, которому надоело сидеть у Аю под мышкой, в этот момент коротко тявкнул.

– Ой! – вздрогнула Мусик. – Кто это у вас?

Но, увидев крохотного песика, она мигом расплылась в улыбке:

– Ах, какая прелесть! А можно мне его погладить?

Клоун воспринял знаки внимания снисходительно. Привык, что им восхищаются все дамочки от трех до девяноста трех лет включительно. И разрешил себя не только погладить, но и подержать в руках.

– А много с ним хлопот? – допытывалась Мусик. – Нет? Надо будет и мне тоже завести себе такого песика. Честное слово, чем больше я живу, тем сильней убеждаюсь, что лучше завести себе собаку, чем мужчину. Приятных минут куда больше, а проблем однозначно меньше.

Пока Мусик играла с Клоуном, Мариша молча размышляла. Да, похоже, что на этот раз Серов влип крепко. Даже если он и не убивал Рину, все равно на него повесят ее убийство. Еще бы! Столько эпизодов за прежние годы. Небось следователи, когда узнали, за головы схватились. Столько убийств признано ими несчастными случаями или самоубийствами. А Серов все эти годы гулял на свободе, наслаждаясь имуществом своих жертв.