Чтение онлайн

— Только возвращайся, — шептал он. — Тебя все ждут. Особенно твои неугомонные студенты. И я. Только возвращайся к нам, Гарри.

Женщина неровно, рвано вздохнула, и Сметвик прижал ее к себе.

— Возвращайся.

28

— Как она? — Гиппократ по привычке запустил пятерню, лохматя волосы.

Они с коллегами сидели в больничной столовой, после очередного дежурства, и пили горячий кофе. Пусть он имел отвратительный вкус, бодрил не хуже порции зелья. Они даже какое-то время подозревали, что повар тайком что-то добавляет, но никаких примесей не обнаружили.

Главный целитель тяжело вздохнул, устало помассировал виски. Сметвика он уважал еще с тех пор, как молоденький тогда еще будущий целитель проходил интернатуру и спас жизнь его дочери, попавшей под неприятный сглаз. И наблюдать, как он себя изводит, не доставляло удовольствия.

— Динамика положительная. Насколько это вообще возможно в ее состоянии, — вздохнул он, делая очередной глоток и морщась. — Раны мы залечили, так что и следов не осталось. Но ее организм крайне истощен, большая кровопотеря сказалась. Ее спасла собственная магия, она подпитывала тело, не давала сердцу остановиться. Но даже у мисс Певерелл имеется предел. Сейчас она на поддерживающих заклинаниях и специальных зельях, обычным Кровевосстанавливающим здесь не обойтись.

— К тебе уже приходили авроры? — мрачно спросил Сметвик, стискивая кулаки.

Темный ритуал, проведенный на территории Великобритании, всколыхнул общественность. Каким-то образом об этом пронюхала Скитер и раструбила в статье на первой полосе, пугая нашествием безумных некромантов и демонов из Ада. Преувеличение, конечно, но обывателям хватило, чтобы завалить и так загнанный на работе Аврорат гневными письмами с требованием разобраться с ситуацией как можно скорее и найти виновного.

Они подозревали Гарри, так как она единственная, кто выжил. И ждали, когда женщина придет в себя и способна будет ответить на вопросы под Сывороткой правды.

Сметвик их ненавидел. И больше всего ненавидел собственную беспомощность. Он был способен расплести сложное проклятие, стабилизировать критическое состояние пациента, вытаскивая его буквально с того света. Но ничего не мог поделать для собственной невесты. Он не настолько разбирался в темной магии, истинно темной, некромантии, чтобы стереть следы или подделать улики. Да и поздно уже, авроры оцепили тот участок, теперь его исследовали все имеющиеся специалисты Министерства поголовно.

Начальник с сочувствием посмотрел на шефа одного из отделов больницы.

— К ней применяли Непростительные, ее пытали, а затем бросили умирать. Ее магия полностью была сосредоточена на спасении жизни, состояние мисс Певерелл, то, что она вообще выжила, тому доказательство. Я так и написал в официальном заключении, которое отправил в Аврорат. Если понадобится, напишу еще раз.

— Спасибо, Престон, — слабо улыбнулся Гиппократ. — Я, пожалуй, пойду.

Он поднялся, чтобы отнести наполовину пустую кружку с недопитым кофе на стойку.

— Тебе нужно отдохнуть, Гиппократ, — укоризненно покачал головой начальник. — Никому не станет проще, если ты сейчас рухнешь с истощением. Особенно твоим пациентам.

— Я знаю, Престон, знаю. Но оставить ее не могу, она должна знать, что я рядом.

— Простите….

К ним незаметно подошла миссис Снейп. Девичью фамилию из-за решения главы рода она вернуть не смогла, но ее это совсем не расстраивало. В халатике помощника аптекаря с соответствующей эмблемой, с забранными в хвост волосами она смотрелась очень интересно. Особенно сейчас, когда отдохнула и набрала вес. Гиппократ усмехнулся тому, что почти машинально провел осмотр подошедшей женщины.

— Я хочу узнать, как дела у декана Певерелл, — женщина слегка неловко улыбнулась. — Мой сын постоянно спрашивает в письмах, я ничего не могу ответить, так как к ней никого не пускают.

— Она идет на поправку, миссис Снейп, — Престон тоже поднялся, вслед за коллегой. — Но мы не знаем, сколько займет выздоровление.

Женщина смущенно покраснела, сковано мотнула головой, должно быть, кивая.

— Спасибо, я так и напишу Северусу.

Гиппократ решился. Подхватил Эйлин под руку, потащил за собой.

— Пойдемте, покажете им воспоминания. Думаю, мистер Блэк сумеет раздобыть малый Омут Памяти.

Они пошли на второй этаж, в закрытое отделение, куда попадали пациенты в особо тяжелом состоянии. Гиппократ с тяжелым сердцем открыл одну из дверей. Ему казалось, он запомнил каждую трещинку на ней.

Гарри лежала на кровати и, казалось, просто спала, тихо и мирно. Но ее кожа потеряла краски и почти сливалась по цвету с больничным бельем, отчего волосы и ресницы казались еще темнее. Дыхание звучало ровно, грудь поднималась мерно. Она просто спала, восстанавливала силы. И Гиппократ радовался, что женщина не впала в магическую кому. Значит, живет, значит, борется. Просто не приходит в себя.

Эйлин смотрела на помогающего ее семье декана почти с болью. Быстро развернулась, прикусив губу.

— С-спасибо, — хриплым голосом поблагодарила она и вышла, оставляя Гиппократа наедине с его болью.

Мужчина подошел к кровати, взял тонкую руку с темным кольцом на указательном пальце. Поцеловал его, прижался щекой к горячей ладошке.

— Возвращайся скорее, Гарри. Без тебя одиноко.

— Мистер Поттер, вы должны находиться в школе, отбывать наказание за самовольную отлучку с территории Хогвартса!

— Но мы всего на минутку, мистер Сметвик! Нам только увидеть профессора Певерелл.

Его поддержал тонкий девичий голосок.

— В воспоминаниях миссис Снейп она такая пугающая, мы должны убедиться, что все в порядке.

— Ну, пожалуйста, — скорей всего, обладатель этого тона состроил жалобную минку.

— Нет, мистер Блэк, ваши щенячьи глазки меня не проймут. И ваши тоже, мистер Блэк-младший. Мисс Эванс, и вы туда же! Мистер Снейп, я все вижу, не пытайтесь пролезть под рукой! Да что же это такое!