Чтение онлайн

– Ты хочешь сказать, что о разводе даже не было разговора? – спросил Закари, внезапно став совершенно спокойным. – И вы с Джанеттой не торопитесь пожениться?

– Нет, – отрезал Чарльз. Он подумал, успешной ли была экспедиция Зака. Во всяком случае, явно гораздо более утомительной, чем любая из предыдущих. Об этом свидетельствовали глубокие морщины в уголках губ и изможденный взгляд почти черных глаз, какого Чарльз раньше никогда не видел.

Зак продолжал непонимающе смотреть на него, а Чарльз раздраженно сказал:

– Господи, Зак! Ну когда ты наконец поверишь, что Джанетта не любит меня, что у нее нет желания выйти за меня замуж и никогда не было?! – Чарльз подошел к высокому окну, которое выходило на Албемарл-стрит. – Я сказал тебе, что она влюбилась в меня с первого взгляда, но просто выдал желаемое за действительное. Меня сбила с толку Серена, ошибочно считавшая, что Джанетта любит меня. А я охотно в это поверил.

– Так почему же ты солгал мне?

Голос Закари звучал так сдавленно, что у Чарльза вновь промелькнула мысль: либо экспедиция оказалась неудачной, либо Зак болен.

– Из-за того поцелуя, который я чуть ли не силой вырвал у Джанетты, – неохотно признался он, глядя на оживленную улицу.

Вся злость Чарльза улетучилась. На смену ей пришли стыд за хвастливую ложь, за случай, породивший эту ложь, и горькое сожаление о той холодности и даже скрытой враждебности, которая существовала сейчас между ним и Заком.

– Я понимаю, ты плохо думаешь обо мне, потому что я поцеловал Джанетту против ее воли, когда она оказалась совсем беззащитной, вместо того чтобы предложить ей свою защиту. Но ты должен знать, что понял все неправильно и она никоим образом не поощряла меня к этому поцелую.

– Ты поцеловал ее против ее воли?

В голосе Закари прозвучало нечто такое странное, что Чарльз обернулся и внимательно посмотрел на него.

– Да, против ее воли. Жаль, что ты тогда же не узнал об этом. Но я не предполагал, что ты можешь так разозлиться…

– И Джанетта не желает выходить за тебя замуж? Не торопится с разводом?

– Нет. И живет у моей матери только потому, что не поверила в искренность твоего предложения пожить у тебя. Она считает, что на самом деле тебе этого не хотелось…

Закари ухватил Чарльза за галстук.

– Ты хочешь сказать, что она не живет в Челси? – прорычал он, обматывая галстук вокруг шеи Чарльза. – И никогда не жила?

Чарльз оцепенел от изумления.

– Господи, Зак! Неужели не знаешь? Разве ты не был дома?

Закари помотал головой и отпустил галстук Чарльза.

– Нет, я решил…

Раздался стук в дверь, и мальчик-посыльный сообщил:

– Прибыл экипаж, мистер Картрайт, он ждет, чтобы отвезти вас в Королевское географическое общество.

– Сейчас иду.

Закари натянул пиджак. Все его предположения оказались ошибочными. Он сам обрек себя на месяцы ненужного одиночества и мучительных страданий. Хуже того, на такое же одиночество и страдания он обрек и Джанетту.

Закари мысленно назвал себя идиотом, каких еще не видывал свет. Но при мысли о будущем, которое ожидает его, Закари охватила радость. Он схватил со стола записи лекции.

– Поехали, Чарльз! – крикнул он, направляясь к двери. – Чем быстрее я закончу эту чертову лекцию, тем быстрее увижусь с Джанеттой!

Лекционный зал Королевского географического общества был полон. Джанетта прошмыгнула на самый задний ряд. С одной стороны от нее сидел солидного вида пожилой джентльмен с седыми бакенбардами, с другой – похожий на студента молодой человек в пенсне.

Крепко сплетя пальцы, Джанетта положила руки на колени. На стене позади пока пустой кафедры висела большая карта Китая. Джанетте стало любопытно, знакома ли она кому-нибудь из присутствующих так, как ей.

По залу пробежал шум. Профессорского вида джентльмен поднялся на сцену, а затем на ней появился Закари. Он шел по сцене почти с дерзкой самоуверенностью. Джанетте показалось, что плечи его стали еще шире, длинные иссиня-черные курчавые волосы спускались сзади на шею.

Раздались бурные аплодисменты, но Джанетта не могла заставить себя хлопать. Даже на таком расстоянии она, казалось, ощущала исходившую от Закари мужскую силу, вызвавшую в ней нестерпимое желание.

Джентльмен, открывавший заседание, стал представлять Закари. Джанетта уловила слова «выдающийся», «Ганьсу» и «голубой луноцвет», однако кровь так сильно стучала у нее в ушах, что она никак не могла связать эти слова вместе. Она понимала, что видит Закари в последний раз, в последний раз услышит его голос.

Закари шагнул вперед, готовясь начать лекцию, и, пока не смолкли аплодисменты, он оглядел зал. Джанетта быстро опустила голову в страхе, что он может увидеть ее, а его демонстративное равнодушие только причинит ей лишние страдания.

И лишь когда он начал говорить, она осмелилась поднять голову. Последняя надежда на то, что Закари так же сильно скучал по ней, как она по нему, улетучилась. Глаза Закари светились счастьем, даже его суровое, бронзовое от загара лицо преобразилось. Джанетта не сомневалась, что он нашел голубой луноцвет и ничуть не сожалел о расставании с ней.

– Я нашел голубой луноцвет и привез его семена в Великобританию. Поэтому позволил себе воспользоваться традиционной привилегией и дал ему свое название, – говорил Закари, обращаясь к внимательно слушавшей его аудитории.

Тут взгляд его карих глаз устремился на Джанетту, и, прежде чем он продолжил, она поняла, что он видит ее.

– Я назвал его Ipomota Alba Gianettii, в честь моей жены Джанетты.

У нее перехватило дыхание, кровь зашумела в ушах, сердце заколотилось так, что казалось, готово выскочить из груди.