Чтение онлайн

– Ты увольняешься?

– Да. Буду заниматься тем, что больше всего люблю, – рисовать.

Джейк выжидающе смотрел на нее.

– Ты знаешь, что я работала над иллюстрациями для книги Маргарет. Так вот, они привели в восторг издателя, и он предложил мне работу художника. Я согласилась работать внештатно.

– А почему только внештатно? – с улыбкой спросил Джейк.

Эмма сделала глубокий вдох.

– Потому что у меня есть небольшой капитал, и мне хочется пустить его в дело. Я собираюсь основать свой маленький бизнес. Я умею работать с цифрами, и, в общем-то, мне нравится этим заниматься. После рисования. Поэтому я решила, что могу оказывать консультационные услуги тем людям, у которых, как правило, нет стабильного заработка.

– Свободные художники? – подсказал Джейк.

– Что-то вроде того. Ах да, еще я звонила Кэти.

Глаза Джейка вспыхнули неприкрытой радостью и изумлением.

– Да, – кивнула Эмма. – И она подтвердила, что поможет мне устроить выставку моих работ.

– У меня нет слов, – вымолвил Джейк с восхищением.

– Я сама этого еще до конца не осознала, – призналась Эмма. Помолчав, она негромко добавила: – За все это я должна благодарить тебя. Если бы не ты, я бы ни за что не решилась. Ты заставил меня поверить в свои силы. Я вдруг поняла, что относилась ко всему слишком серьезно, и неожиданно увидела, что к жизни и ко всему, происходящему в ней, можно относиться чуточку проще.

– Раз уж мы признаемся в своих ошибках, я тоже должен сказать тебе кое-что. Например, мне следовало предупредить тебя о том, что я сфотографировал твои картины, хотя сейчас я очень рад, что мои усилия в конечном итоге привели к такому результату. Не побоюсь повториться: твои картины чудесны, Эмма.

– Спасибо. – От искренности его слов у нее снова перехватило дыхание.

– А когда ты планируешь рассказать обо всем родителям?

– Чуть позже. Сначала я хотела поделиться этой новостью с тобой.

– Я польщен, – сказал Джейк.

Ее вдруг охватила робость. Голос Джейка звучал так ровно, так сдержанно, даже с налетом легкой насмешки, что уверенность мгновенно покинула ее. Хотя, с другой стороны, почему она ожидала, что после того, как он узнает ее новость, Джейк будет стоять на голове от радости? А еще она хотела признаться ему в своей любви, надеясь, что он испытывает к ней хоть какие-то чувства, хотя бы отголосок той страсти, которая толкнула их в объятия друг друга столь неожиданно и быстро. Неужели все и впрямь кончено?

Эмма смотрела на Джейка, надеясь отыскать в его глазах какой-нибудь намек на то, что его страсть к ней не угасла и есть маленькая, ну, совсем крохотная надежда на то, что они смогут быть вместе, хотя бы недолго, но по его лицу ничего нельзя было прочесть. Ее сердце упало.

– Ты не получала мои цветы? – неожиданно спросил Джейк.

– Цветы? Нет. – Она немного приободрилась. Ведь то, что Джейк ждал ее на веранде, о чем-то говорит, верно? Или нет?

– Гардении.

У нее вдруг закружилась голова.

– Гардении? – переспросила Эмма, боясь верить услышанному.

– Белые, – кивнул Джейк.

Их взгляды встретились. Эмма видела, как в его глазах появилось взволнованное выражение. Знал ли Джейк, что на языке цветов гардении означают «я люблю тебя, и это моя тайна»?

– Почему гардении? – Ее голос понизился, чуть ли не до шепота.

Джейк слабо улыбнулся:

– А ты не знаешь? Я люблю тебя, Эмма. Люблю.

– Ты шутишь?

На скулах Джейка проступили красные пятна.

– Первый раз в жизни я признаюсь в любви, и делаю это от всего сердца.

Эмма зажмурилась, пытаясь унять сердцебиение. Понадобилось несколько секунд, чтобы она смогла расслышать то, что говорил ей Джейк.

– Извини меня, Эмма. Когда я предложил тебе вступить со мной в связь, то не думал, что наш роман закончится иначе, чем обычно это бывало со мной. Мне жаль, если я не оправдал твоего доверия.

– Дело не в этом, Джейк. Я всегда верила тебе. А сейчас всего лишь думала, что ты делаешь мне одолжение, так сказать, памятуя о том, что когда-то мы были соседями.

– Я не делал никакого одолжения, – покачал головой Джейк. – То есть, конечно, я был рад оказать тебе услугу, но при этом преследовал собственные интересы.

– Ты клевещешь на себя.

– Вовсе нет. Сначала я действительно хотел хорошо провести время, но затем мне стало важно, чтобы ты была счастлива…

– Ты хотел, чтобы я была счастлива? – все еще не веря, переспросила Эмма.

– Я был сам удивлен, когда осознал это. Мне все равно, сколько ты зарабатываешь, насколько успешно будет складываться твоя карьера. Главное для меня, чтобы ты была счастлива, и ради этого я готов пойти на все. Я хочу любить тебя, заботиться о тебе. Хочу, чтобы ты всегда была рядом. Ради близких людей ты готова пожертвовать всем, но я не потребую от тебя ничего, кроме одного: чтобы ты оставалась сама собой. И если ты решила устроить выставку своих работ ради меня, то не делай это. Для меня гораздо важнее и приятнее, чтобы ты хотела этого сама.

– Но я хочу, Джейк, мне действительно нужна эта выставка. – Все это время Эмма слушала, затаив дыхание, боясь пропустить даже слово. – Когда я была маленькой, я все делала только для того, чтобы заслужить одобрение отца. Его похвала значила для меня все. Но, поняв, что он порицает мое увлечение рисованием, я не бросила этим заниматься. Это стало моим секретом, но подсознательно я всегда ждала, что он меня похвалит, если когда-нибудь поймет, почему я так поступила. Я держала свое хобби в тайне, но иногда случалось, что какая-либо картина мне особенно удавалась, и тогда я мысленно представляла, как покажу ее отцу, а он удивится и похвалит меня. – Она вздохнула. – Глупо, да?