Цыц!
Шрифт:
— Простите, Валерий Николаевич, меня ждут.
— Любовник?
— Валерий Николаевич! — вспыхнула Лиля.
— Все правильно, дорогая, когда такую прелестную девушку ждет любовник! Все-все! Ухожу. Если любовника заставлять долго дожидаться, он может и слинять. Я сам никогда не жду девушек больше двадцати минут. Как говорится, опоздала, пеняй на себя!
— А я уже опаздываю! Извините.
Она бросилась бегом к лифту. В лифте глянула в зеркало. Чертов тетерев! Даже макияж освежить не успела.
Машина Рината стояла у подъезда. Сам он сидел в машине и говорил по телефону. Лиля дернула переднюю дверцу. Он просиял.
— Лилечка, простите, одну минутку. Садитесь. Алло, да, все, мы договорились. До завтра, — он закрыл телефон. — Привет, я соскучился. Можно в щечку поцеловать?
Она покраснела. Он умилился. И поцеловал. В губы. Ей показалось, что она сейчас умрет.
— Лиля, я… — и поцеловал еще раз. Она ответила.
Странно, тогда, в тот вечер, он не целовал меня в губы… Я еще потом ломала себе голову, что бы это значило. А теперь целует… И что это значит? А целуется он фантастически… Как никто и никогда… Только с ума сойти… И если он сейчас и здесь захочет… я не смогу отказаться…
— Ринат… — простонала она.
— Ох, прости… здесь все-таки не место.
— Ринат…
— Прости… Не удержался… Сейчас я приду в себя. — Он положил руки на руль, опустил на них голову. Посидел так две минутки, поднял голову и улыбнулся. В улыбке этого роскошного неотразимого мужчины за сорок было что-то до ужаса трогательное — смущение, нежность и как показалось Лиле, радость. Она чуть не расплакалась.
— Лилечка, сегодня пятница, вы завтра не работаете, а?
— Завтра? Нет. А что?
— Хочется провести день с вами, поехать за город.
— Да… Конечно… Я с удовольствием.
— А сейчас я умираю с голоду. И вы тоже, да?
— Да…
— Лилька… Какая ты… Я таких не встречал…
Встречал, но не заметил, горько подумала Лиля.
— Куда мы едем?
— А тут неподалеку есть ресторанчик на свежем воздухе.
Действительно, вскоре они приехали в какой-то то ли лес, то ли парк, где была огороженная бревнами территория, там Лиля увидела три деревянных избы, колодец, мельницу, прудик, в котором плавали утки.
— Классно, да?
— Да, я что-то подобное видела в Казани. Там есть такая стилизованная татарская деревня. Там и ресторан, и боулинг, и еще много всего…
— А я вот татарин, но никогда в Казани не был… Красивый город?
— Очень!
Он взял ее под руку, оба вздрогнули.
— Идем!
За избами стояло несколько увитых густой зеленью беседок. Они вошли в одну из них и увидели накрытый уже круглый столик, резные деревянные стулья с вышитыми подушками. Газовый обогреватель, пледы на спинках стульев.
Как из-под земли выросший официант услужливо отодвинул стулья. Лиле ужасно тут понравилось.
— А комаров у вас тут не очень много?
— Не волнуйтесь, — улыбнулся официант. — Вы их и не заметите.
Меню представляло собой толстенную папку.
— Ого! А как же тут выбрать? Столько всего…
— А что ты любишь больше? Мясо или рыбу?
— Не знаю…
— Тогда позволь, я закажу по своему вкусу, можно? Ты пить что-нибудь хочешь?
— Одна я не люблю…
— Извини…
— Да я прекрасно обхожусь без спиртного.
— Единственное, что я себе иногда позволяю, это айриш-кофе.
— Даже за рулем? — улыбнулась она.
— А мы никуда сегодня не поедем… Тут есть гостиница, вернее, постоялый двор, который, правда, тянет на полные пять звезд…
— Нет, Ринат, я не хочу! — огорчилась Лиля. Ей показалось, что если она останется с ним на эту ночь, тут все и кончится. Ни за что! Хотя больше всего ей хотелось остаться с ним.
— Почему?
— Потому что у нас… деловые отношения. И когда к этому примешивается еще что-то…
— Только поэтому? — он очень пристально смотрел на нее.
— Вообще, мы же совсем еще не знаем друг друга.
— Ой ли?
Она похолодела.
— Там, возле издательства, когда мы целовались…
— Вы очень классно целуетесь.
— И поэтому ты не хочешь всего прочего?
— Я боюсь, — вдруг вырвалось у нее.
— Ну нет, так нет.
— Вы только не обижайтесь…
Господи, она совсем ребенок, хоть ей почти тридцать лет. С ума сойти… И вдруг неожиданно для самого себя он подумал: Я хочу от нее детей. Не меньше трех. Хочу, чтобы она была хозяйкой в моем доме… Она будет верной, преданной.
— Лиля, а выходи-ка ты за меня замуж.
Она поперхнулась минеральной водой, закашлялась, на глазах выступили слезы. Он вскочил, похлопал ее по спине, велел поднять руки.
— Ну все, все… Отдышись…
Она была в смятении.
— Ты не ослышалась. Я сказал: выходи за меня замуж…
— Зачем? — задала она вопрос, показавшийся ему более чем странным.
— Зачем замуж? Я хочу этого.
Если я соглашусь, он-таки затащит меня в постель, а если откажусь, никогда в жизни себе этого не прощу… Что же делать?
— Я только недавно развелась…
— И тебе понравилось жить одной?
— Если честно, да.
— А меня ты еще не любишь?
В ее глазах отразилась такая мука…
— Просто я думаю, что вы меня не любите. А я так больше не хочу…
Вот сейчас она ничего не врет. Она действительно боится, что я ее не люблю. Дурочка… Я с первого взгляда понял, вот моя женщина… Но глупо, наверное, сейчас пытаться ей это объяснить, она решит, что я просто хочу с ней сегодня же переспать… Господи, да она вся как на ладони… Теперь таких и не встретишь…