Чтение онлайн

– Это здесь, – наконец прошептал он.

Огонь осветил такую же надпись, которая была при входе. Не в силах совладать с волнением от чувства, что через несколько мгновений он окажется в родном доме, Филипп, как и в прошлый раз, нажал последнюю букву. Буква вошла в стену, приводя тайный механизм в движение. Стена со скрежетом начала отодвигаться, открывая их взору небольшой проход, по обе стороны которого лежали на деревянных подставках огромные бочки. Посередине прохода стоял пожилой мужчина. Подняв высоко над собой светильник, он с ужасом смотрел, как из прохода в стене один за другим появляются вооружённые до зубов люди с лошадьми. Старик протёр глаза, но видение не только не исчезло, но и ко всему прочему ещё и заговорило с ним.

– Много бургундцев в замке?

– Иисус, святая дева Мария, святые угодники, – непрестанно крестился старик, не в силах преодолеть свой ужас.

Филипп взял его за плечи и в упор спросил:

– Сколько бургундцев в замке?

– Много, больше ста, – выдавил из себя старик, не переставая креститься.

– Где они?

– Некоторые спят. Другие пируют в зале. Остальные во дворе.

– Пошли, – оставив старика, Филипп взобрался по крутой лестнице, ведущей наверх, ведя в поводу своего коня. Выйдя из погреба, он оказался в небольшом помещении. Здесь он знал каждый угол. Вслед за ним появились его друзья.

Филипп подозвал их и коротко раздал приказы:

– Одо с Жоржем берут на себя двор, а мы с Антуаном – сам замок. Действуем быстро, пока они не поняли, что происходит.

Филипп вскочил на коня и не дожидаясь, пока начнут выходить остальные, пришпорил его. Коринет понёсся за ним. Они пролетели мимо кухни, до смерти напугав слуг. Миновали несколько помещений, не обращая внимания на одиночных бургундских солдат, которые, разинув рты, смотрели на них, и ворвались в зал, где около полусотни бургундских солдат сидели за длинным столом, забитым едой и десятками бутылок вина.

Увидев бургундцев, которые пировали в его доме, Филипп потерял рассудок от охватившей ярости. Он бросился на бургундцев, рубя направо и налево. Кровь полилась рекой. Дикие крики сотрясали замок. Филипп не видел ничего, кроме убегающих бургундцев, которые пытались укрыться где только возможно, но каждый раз шпага Филиппа доставала их. Бойня продолжалась не более пяти минут. Филипп остановился только тогда, когда понял, что вокруг стало необычайно тихо. Вытирая рукой струившийся пот, он огляделся по сторонам. На столах, под ними, возле стен, на лестнице, на полу, которой был залит кровью, лежали тела мёртвых бургундских солдат. Несколько десятков человек из его отряда едва ли не с ужасом смотрели на него. Едва ли не половину из этих людей убил Филипп. Со второго и третьего этажа доносились вопли. Арманьяки добивали бургундцев по всему замку. Филипп сошёл с коня. И только теперь заметил рядом с собой Коринета, топор которого был залит кровью.

В дверях появились Одо де Вуален и Жорж де Крусто. Они сообщили Филиппу, что уничтожили всех бургундских солдат, которые находились во дворе и на стенах замка.

– Берите людей и отправляйтесь в город, – приказал Филипп, – уничтожьте остатки гарнизона. Пленных отдайте горожанам. Пусть воздадут им должное за долгие годы издевательств!

Едва отзвучали слова Филиппа, как заскрежетал подъёмный мост. А через несколько минут около двух сотен арманьяков помчались по улицам родного города.

К Филиппу по лестнице спустился Антуан де Вандом и коротко доложил, что в замке не осталось ни одного бургундца.

– Позаботься, чтобы замок как следует убрали, – сказал ему Филипп, – негоже оставлять эту мерзость здесь. Достаточно они побыли в замке. А я отправлюсь в город.

– Хорошо, – отвечал Антуан де Вандом, он сразу же начал отдавать распоряжения слугам, которые сгрудились в одну кучу и пока не понимали, что происходит.

Филипп подобрал свой плащ, который он уронил в пылу схватки и, накинув его на плечи, вскочил на коня.

– Рука не болит? – спросил Коринет, вскакивая в седло, вслед за ним.

– Рука? – казалось, Филипп не понимает, о чём его спрашивает Коринет. – Ах, рука… я и думать о ней забыл.

Филипп не торопясь ехал по улицам Осера в сопровождении Коринета и ещё двух десятков всадников, несмотря на ранний час. А было около шести часов утра, горожане покидали свои дома и выходили на улицу, пытаясь узнать, что за крики раздавались по городу. И почему так много всадников скачут по улицам. Видя белые перевязи, которые были перекинуты через плечи всадников, они протирали глаза, не доверяя им. Такие перевязи во Франции носили только арманьяки. Но откуда они могли взяться в городе?

– Арманьяки! Арманьяки! – почему-то шёпотом произносили горожане. Все они шли по улицам, стекаясь к городскому рынку, куда и направлялся Филипп. Когда он подъехал туда, там уже находились Де Вуален и де Крусто со своими людьми. Перед ними валялись связанными около двадцати бургундских солдат. Горожане выкрикивали проклятия в их адрес.

Де Крусто и де Вуален, заметив Филиппа, подскакали к нему. Они сообщили, что гарнизон был намного меньше, чем они думали. Они нашли только этих, которые сразу побросали оружие.

Выслушав их, Филипп сказал:

– Одо, ты займешься городом. Делай, что считаешь нужным. А ты, Жорж, займись графством и герцогством. Поставь людей, чтобы следили за дорогой в Париж, набирай ополчения. Вообще, сделай всё, чтобы мы могли в ближайшее время отразить любой удар.

– А что делать с этим? – спросил де Крусто.

– С кем? – не понял Филипп.

По знаку де Крусто один из всадников подскакал к ним и сбросил с седла связанного человека. Связанный человек попытался встать, но не сумел и снова упал.

– Гийом де Монтегю, собственной персоной, – представил его де Крусто.

Филипп некоторое время молчал, но затем заговорил негромко, но с презрением.

– Арманьяки никогда не прощали предателей. Но для тебя я сделаю исключение. И не потому, что мне жаль тебя, а по причине глубокого уважения, которое я питал к твоему отцу, храброму и мужественному рыцарю. Его именем я сегодня тебя прощаю. Ты будешь помогать сиру де Вуалену. С этого дня твоя жизнь будет искуплением за предательство, которое ты совершил, прислуживая нашим врагам.