Да будет день!, Кулагина Людмила

Да будет день!

на обложку

Кулагина Людмила

Шрифт:

На рынок за земляникой в жару

Земляника так пахнет – пощадите меня!Не земной аромат – это запахи рая!Не для смертных он создан скорее, а дляДуш, которые в вечности не умирают.Я на рынок в жарищу обречённо тащусь.Мне б дойти, не упасть в середине дороги.Видом ягодных кущ себя тешу и льщу, —Донесите меня до блаженства лишь ноги.На лотках на базарных там чего только нет!Нам такие природа создала натюрморты —Апельсиново—яблочно—виноградный букетИ черешне—малино—клубничные торты.Я брожу среди них, опьяневши слегка,Наслаждаясь уже изобилием красок.Мне на многое денег не хватает пока.Посмотреть – это можно, тут ко мне рынок ласков.Не фартит мне сегодня: ягодка дорога.Но с пустыми руками не резон возвращаться.Опоздала по жизни я к дележу пирога,До Фортуны теперь нелегко достучаться.Семь заветных стаканов я домой принесу.Из бидончика в сумке так обдаст ароматом!Ах, Фортуна, Фортуна, дай же ход колесу, —Пусть на краски и запахи буду летом богатой.

***

В перерыв между пьянками—гулянками соседей

по панельной «хрущёвке»

Мне для счастья нужны тишина и тепло,И цветов луговых разноцветье.Если холод и снег – лучше через стекло,Если ветер – конечно же, летний.Хорошо, когда книга хорошая ждёт,А на кухне в заначке – конфеты,Когда друг наконец долгожданный придёт,Поболтаем про то и про это.Я люблю распечатать посылку, письмоИ вдохнуть милой Франции запах.В этот миг устоять вряд ли кто—нибудь смогПред мечтою уехать на запад.Хорошо вечерами на реку смотретьОтрешённо—задумчивым взглядом,Чтоб уставшую душу закатом согреть,И чтоб был кто—то близкий мне рядом.Чтобы не было в жизни больших катастроф,Я своей не пугалась бы тени.Чтоб для ближних хватало терпенья и слов.И Господь дал ума бы и денег.

Подражание куртуазному маньеризму

Я ложе твоё устелю лепестками сирени.Прекрасен тот будет ковёр из цветков, хоть не ткан.И песню соблазна спою тебе, словно сирена.Не пропадать же, пардон, мон ами, лепесткам…Ведь ты эти ветки, коль помнишь, собою рискуя,Ломал, на ограду больницы второй взгромоздясь.На стрёме стояла тогда я, трясясь и кукуя,Боялась, застукают или сорвёшься с ограды и – хрясь!Прохожий дедок нас обоих ругал – ела зависть:Тщедушен он был, на ограду ему не залезть.Сирени персидской ты рвал молча лучшую завязь,Забыв про мораль, и про стыд, и про совесть и честь.Букет твой отцвёл, насорив на кровать лепестками.Прекрасен ковёр из сирени, хотя и не ткан.Увянем и мы, нам не бить себя в грудь кулаками.И не пропадать же, пардон, мон ами, лепесткам…

***

Хочу быть строгой, нет, суровой,Я к мелким слабостям своим.Но день настанет – шесть «Коровок»Моё «Оно» и «Я» съедим.Уговорим вдвоём мы совесть,Что мёда жизни больше нет,Что близится к финалу повесть,Что горьки дни последних лет.Что с ядом их конфетный яд?!И сдастся бедное «Сверх—Я».

Вечерние мотивы

С какой надеждою я жду часов, минутТой тишины особенной, вечерней,Когда меня нигде уже не ждут,И мир затихнет в полунощной черни.Скандалы отзвучат, и телевизоры, и мат.И я останусь тет—а–тет с природойСвоею внутренней, иль книг открою клад,Не согласуя вкус ни с мненьями, ни с модой.И буду по крупицам собиратьЯ зёрна мудрости, неслышно, словно птица.Наедине с собой не надо мне игратьЧужих ролей, ни лгать, ни суетиться.Что может быть ценнее тишины,Когда движенье мыслей слышно или сердца.И нет тогда желаний, радостей иных, —Вечерний слушать блюз взамен дневного скерцо.

***

Посвящается подруге Инне

С утра мне хочется писать стихи,И что—то светлое в душе гнездится,И мысли, и слова пока ещё легки,И рвутся ввысь и в синь, подобно птице.И отблеск в памяти удач и редких дней —Фрагментов зыбкого земного счастья:Сирень в цвету, ракушки с моря в ней,И призраки любви, и голоса участья.Там капельки дождя как бриллиантов блеск,И запах мандаринов возле ёлки,И полный хвойной свежести сосновый лес,И притяженье книг на тесной полке.Там тёплый голос милого дитя,С которым я и радости делю и горе.Как скоротечна жизнь, как быстро дни летят.Но там, в потоке дней, есть Франция и море.Как в сейфе, в памяти моей сокровища лежат.Они – как солнечные проблески в ненастье.Когда на сердце холод и метели закружат,Я пью вприкуску чай с кусочком счастья.

Друзья—подруги. Соседи

Любаньке, вечно занятой

Я наберу знакомое числоНа старом чёрном диске телефонном.И приготовлю винегрет из слов,Чтоб угостить подругу Любу оным.Она, конечно, как всегда, в делах,Нередко и в минорном настроенье.Я ей скажу: прекрасная погода, вах!Давай махнём на речку в воскресенье.Иль в лес уедем на день от забот —Забудь свои обиды, огорченья.С собою прихвати ты пару ботИ бутерброд иль пачечку печенья.Поедем в лес, побродим по росе,Быть может, и грибов насобираем.Оставь ты в городе свои тревоги все.Не хочешь в лес – пошли позагораем.Подышим воздухом речным и в облаках,На травке лёжа, молча повитаем.Там суета любая далека,С природой мир в душе мы обретаем.Подумай, что заманчивей, реши,На чаше жизни взвесив «за» и «против».Проходит лето, в лете жить спеши,А не в своём хроническом цейтноте.

Подруге Любе

Ты стала современно—меркантильной.Я предложу: махнём—ка завтра в лес,Боровиком сегодня рынок сверхобильный.А ты ответишь: в морозилке гриб тот есть.Да разве едут только в лес за этим,Чтоб морозилку набивать лишь «под завяз»?Ведь мы всю зиму грезили о лете.Как ум—то в пользе—выгоде увяз…А что там красота и воздух чистый,Забыла, выхлопной дыша трубой?А предвкушенье чуда, Люб? А время, что не мчится, —По тропкам тихонько лесным идёт с тобой?..Оно твоё в тот миг, твоё и только, – время.И незаметно день пройдёт, домой уйдёшь,Оставив лешему обиды, жизни бремя,И песню радости душе своей споёшь.

***

С утра уже не так ложится карта.Лицо не вымыв, не очистив нос,Петрович уже сумрачно прокаркалОчередной свой негатив—прогноз:Что десять дней жестокий будет холод,А перед тем – жестокая жара.Его мозги как будто ищут повод —Как испоганить настроение с утра.

***

Я возвращаюсь в свой сарай —Крупнопанельную «хрущёвку».Она, конечно же, не рай, —А так, уютная трущобка.Я здесь уж столько лет живу, —Люблю, грущу, переживаю.Частенько мне панели жмут:За ними шум, а я – живая.Я так устала от шумов,О тишине в дому мечтаю.На полках книжных – тьма умов.Сосед мой пьёт, а я – читаю.

Живая природа

Река

Реке Цне посвящается

И днём грешим, и спим – грешим,И нет от суеты покоя.Куда—то мы спешим, спешим…А было б лучше течь рекою.Она хоть тоже не вольна —Из берегов выходит редко,Но как легка её волна,Что омывает берег крепкий.Она неспешна, глубока,Дно видно лишь в пределах метра.В ней – неба синь и облака,Чуть подгоняемые ветром.А временами поутру,Когда едва взойдёт светило,Дневную предварив жару,Прозрачна и чиста от ила,Река играет серебром —Блестят и светятся чешуйки,Как будто рыбина ребромПод водные попала струйки.А вечером речная гладьВсе краски отразит заката.Когда же солнце ляжет спать,Луна дрожит на перекатахНочной и сумрачной волны,Дробится лик её неверный,И воды волшебством полныИ лунным светом эфемерным.А осенью, когда туманТак стелется над речкой густо,Он вводит путника в обман,Что там, внизу, в обрыве – пусто,Что там кончается земля,А то, что дальше – неизвестно,И только рядом тополяОбозначают кроной место,Давно знакомое глазам.Но не видны ступеньки в белом,И ты включаешь тормоза,Чтоб не слилось с туманом тело.И осенью лежит на днеСокровищем листва златая…Река и душу лечит мнеИ все прорехи в ней латает.Как хорошо рекою быть —Для душ людских насущным хлебом,Хоть в берегах, но вольно плыть,Вобрав в себя просторы неба.

***

Стрекочут машинки, срезая траву,Причёску чтоб сделать газону.Склонил одуванчик седую главу, —Он в стрижке не видит резону.Чтоб был у всех трав одинаковый рост,Чтоб цветом никто не разнился.Но разве за этим цветок всякий рос? —Напротив, чтоб мир удивился,Какое богатство и красок, и формТаит в себе почва земная.Пусть зрелую траву покосят на корм,И то хоть бы польза какая.Но парикмахер с косилкой не ждёт,Пока семена травки сбросят.И вместе с гребёнкой жужжащей придётК траве прежде времени осень…