Чтение онлайн

– Тебя так долго не было, – прошептал он.

Было мучительно не реагировать на его слова, но ей нужно было перебороть свои чувства. От этого зависела ее жизнь. Отвернувшись, чтобы он не смог поцеловать ее, Фрэн сказала:

– Андре! Ты не возражаешь против того, что бы просто отвезти меня домой? Я плохо себя чувствую. Я заберу машину позже.

Фрэн почувствовала, как он колебался, прежде чем отпустил ее и откинулся назад в кресле. Даже не взглянув на него, она знала, что его темные умные глаза пристально изучают ее.

– Когда мы говорили последний раз, ты не казалась больной. Тебе становится плохо в самолетах?

– Нет, – ответила она дрогнувшим голосом.

– Тогда ты, наверно, простудилась. Хорошо, что ты вернулась. Теперь я могу позаботиться о тебе.

– Нет, Андре. – Ее сердце сжалось в приступе мучительной боли. – Я не могу позволить тебе делать это. Я не могу позволить себе быть еще больше зависимой от твоей нежности, чем сейчас.

Он тронулся с места и быстро выехал с площадки для парковки. Когда они достигли шоссе, Фрэн почувствовала необходимость сказать что-то, чтобы уменьшить напряжение, возникшее в машине.

– Кажется, дороги Солт-Лейка в куда лучшем состоянии, чем на востоке.

Она услышала, как он тяжело вздохнул.

– Очевидно, что-то случилось. Не играй со мной в эти игры, Франческа! Мы прошли вместе через многое. Мы можем сказать друг другу правду. Я хочу знать, что случилось, и я хочу знать это сейчас.

Она была достаточно опытной, чтобы знать, что Андре всегда имел в виду то, что говорил. Но она понимала, что будет лучше, если она скажет, что все кончено, когда он не будет вести машину.

– Не могли бы мы по крайней мере притормозить на обочине?

Он посмотрел на нее взглядом, значение которого она не могла понять.

– Другими словами, ты хотела сказать мне что-то, от чего я могу потерять контроль над машиной?

Фрэн в отчаянии потрясла головой.

– Нет, Андре. Я только предпочла бы говорить в квартире.

– Я думал, ты хотела ехать домой.

– Да.

– Твой дом теперь у меня. Я не прошу тебя спать со мной. Только жить вместе под одной крышей, чтобы привыкнуть. Герда с семьей переехала в новый дом. Теперь ничто не мешает нам быть вместе.

Фрэн не могла смотреть на него. В конце концов она собрала все силы и произнесла:

– Андре, я приняла решение не видеть тебя больше.

После этого признания Фрэн замолчала, ожидая его реакции. Однако в салоне наступила мучительная тишина. Андре продолжал вести машину, словно не слышал, что она сказала. Сначала ей показалось, что он отвезет ее в свой дом. Но когда они проехали поворот в сторону его дома, Фрэн поняла, что он везет ее на квартиру, как она просила. Она теребила ремешок сумки.

– Пожалуйста, Андре, скажи что-нибудь.

Машина не снизила скорость. Ничто не изменилось и на его лице – на нем не отражалось ни одной эмоции. Уличные огни освещали только застывшую маску.

– Я думаю, ты уже все сказала.

У нее во рту пересохло, она с трудом могла говорить.

– Наши отношения были ошибкой с самого начала. Мы оба поддались страсти, но такие эмоции не длятся вечно. Будет лучше, если мы сейчас покончим со всем и расстанемся.

Когда он снова ничего не ответил, она начала паниковать:

– Пока я была в Вашингтоне, у меня было время подумать обо всем. Я думала каждую ночь. Ты вел неестественную жизнь в Солт-Лейке. Признайся, Андре. Ты любишь море. Единственная причина, по которой ты приехал сюда, – это твой отец. Теперь он умер, и ничто тебя не держит здесь. Это была только временная передышка, и все.

Теперь, когда начала говорить, она не могла остановиться.

– Это я флиртовала с тобой в первый день знакомства, хотя не должна была делать это. Я провоцировала тебя обратить на меня внимание. Ты так понравился мне. Это моя вина. – Она сделала глубокий вдох. – Я надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь простить меня за то, что я была такой ужасной, за то, что согласилась выйти за тебя замуж, хотя знала, что этого не должно быть. Ты можешь делать то, что тебе нравится. После твоей жизни на море, полной приключений, ты умрешь от скуки в Солт-Лейке.

По-прежнему он не говорил ничего. Они свернули к ее дому.

– Я знаю, что ты найдешь женщину, которая даст тебе все, что тебе нужно, все, чего ты достоин. Никто не заслуживает лучшей семьи и детей так, как ты. Я хотела бы быть женщиной, которая может дать тебе это, но я не могу. Не могу, – прошептала она, мучительно страдая.

– Я верю тебе, – сказал Андре спокойно. Они остановились перед ее домом. – Я знал людей, похожих на тебя, переживших эмоциональную травму в детстве, не способных жить нормальной жизнью. Слишком сильны были дурные воспоминания о детстве. Некоторые психиатры называют это «эмоциональной закрепощенностью». Никто не может помочь им. Ты, очевидно, принадлежишь к их числу.

Фрэн была шокирована его словами, особенно его холодной научной интерпретацией их ситуации. Он вышел из машины и достал ее чемоданы из багажника. Она знала, что в следующий момент он откроет пассажирскую дверцу и туда ворвется снежный ветер.

Видеть его безупречные манеры, когда Фрэн знала, как он страдает, было выше ее сил.

– Пожалуйста, Андре, я сама могу донести вещи.

– Не сомневаюсь. Женщина, все еще одинокая в двадцать восемь лет, должна уметь справляться со всем самостоятельно. Но поскольку я здесь и готов помочь, почему бы не воспользоваться этим. После того как я уеду, ты можешь наслаждаться своей независимостью сколько хочешь.

Острая боль пронзила сердце Фрэн, она не могла пошевелиться – все ее тело словно парализовал шок от его слов.

Он направился к зданию. У нее не было другого выхода, как последовать за ним через дверь в холл.

– Первым делом я доставлю твою машину завтра утром.

Стараясь удержать слезы, Фрэн рылась в сумке в поисках ключа. Она вставила ключ в замочную скважину. Андре все еще стоял сзади. В ту минуту, когда раздался щелчок замка, Андре распахнул дверь и поставил ее сумки в прихожую.