Чтение онлайн

Джарльз судорожно замахал руками. Вдруг ему показалось, что Черный человек со всей силой навалился на него. Перед глазами замелькали тени и завертелись желтоватые огоньки. Стены пришли в движение, и Джарльз погрузился в бесформенный хаос.

Его подняли холодные, мягкие и очень сильные руки. Он чувствовал, что они сжимают его все сильней. Пытался сопротивляться, но куда там! Что-то маленькое и мохнатое вцепилось когтями прямо в ногу искусать ее. Джарльз сопротивлялся, стараясь отшвырнуть мерзкий комок.

— Назад, Дикон! Назад! — раздался голос Черного человека.

Существо отпустило ногу. Собрав остатки воли, он только и успел прокричать:

— Это все притворство, Нория! Притворство и ложь!

— В ответ из темноты наслышался ее злой смех и выкрик:

— Идиот! Идеалист!

Его подхватила и понесла невидимая сила. Прочь из темноты, вниз по узкому коридорчику, который из-за множества поворотов показался Джарльзу лабиринтом. Стены закружились перед ним, и когда его резко потащило наверх, будто пелена спала с глаз. Снова коридоры, лестницы. Его мысли кружились, как и его тело. Наконец прохладный ночной воздух защекотал ноздри и охладил его воспаленную кожу. Ногами он почувствовал камни — и тотчас услышал насмешливый голос Черного человека!

— Я знаю, что идеалисты никогда не меняют своих решений, брат Джарльз. Но если ты пожелаешь стать исключением из правил, то возвращайся к себе и жди. Придет время, и мы найдем тебя, чтобы дать тебе последний шанс.

— Еще несколько шагов они прошли вместе и затем остановились.

— А теперь, Армон, — сказал Черный человек, — ищи и попробуй применить на практике все то, что проповедуешь!

Джарльз покачнулся и упал, будто от сильного толчка. Но быстро вскочил и огляделся. Черного человека и след простыл. Джарльз один стоял посреди улочки, ведущей к Великой площади.

Нехотя забрезжил рассвет. Пустынная площадь показалась Джарльзу непривычно огромной. Первые лучи утреннего солнца легли на купола и шпили Святилища. Слегка поблескивал голубоватый нимб Великого Бога. А с холмистых земель, набирая в полете силу, примчался холодный колючий ветер. Джарльза бил озноб.

Серебристый звук невидимых цимбал и мощный сладкоголосый хор сопровождали изгонителей бесов, стройной колонной шествовавших по направлению к дому с привидениями. Столпившиеся ротозеи уступали им дорогу. Прилегающие к площади улочки были до отказа забиты простолюдинами. Каждому хотелось хоть одним глазком посмотреть на величественную процессию, но никто из них не смел ступить на проклятую землю около таинственного дома. Среди всей этой толчеи стояла невыносимая ругань. Священники грубо расталкивали любопытных, сбивая с ног даже детей.

Изгонители вступили на площадь под гомон возбужденной толпы. К тому времени Мегатерлолис уже наводнили слухи о могущественности сверхъестественных сил, о пришествии Сатаны, который поднялся из ада, чтобы бросить вызов Великому Богу.

Еще рано утром пронеслась весть, что Иерархия очистит ото зла дом. Давно пора, думали жители, ведь «дом с привидениями» — пережиток Золотого Века, прибежище Сатаны и его приспешников. И не важно, насколько тяжелым и утомительным будет ожидание. Эта игра стоила свеч, ведь не всякому доводилось присутствовать на столь ошеломительном спектакле с демонстрацией колдовских ритуалов.

Сопровождаемая музыкой, помпезная процессия заклинателей была оформлена ярко и празднично, дабы вызвать прилив воодушевления предстоящей борьбой с силами тьмы.

Впереди важно ступали четверо молодых священников. Высокие и красивые, как ангелы, они привлекали всеобщее внимание. Каждый из них нес перед собой сверкавший Карающий жезл. За ними следовали два дьякона с кадилами, которые распространяли приторный запах ладана. Следом шествовал священник, несомненно принадлежавший к высшей когорте. Довольно маленького роста, полный, он двигался, гордо выпячивая грудь и высоко задирая подбородок, что придавало его лицу выражение надменности и суровости. Позади него следовала толпа священников. Некоторые из них имели отличительные знаки Четвертого круга с изображением свернувшейся клубком змеи. То, что они несли в руках, вызывало благоговейный трепет толпы. Это были глобусы, поблескивающие в лучах солнца, трубы, канистры и причудливой формы металлические прутья — все украшенные драгоценными камнями и расписанные священными символами. Замыкали процессию четверо мрачного вида священников, толкавших впереди себя нечто, напоминающее гигантскую раковину улитки. Они установили этот предмет и, направив его к вершине невысокого холма на заброшенных землях, отошли в сторону.

Толпа не могла оторвать глаз от диковинного прибора. А священники тем временем продолжали свою таинственную работу. Они чертили в воздухе какие-то замысловатые линии, а прибор вторил их движениям. Он медленно разворачивался, приминая бурую траву, и наконец остановился, вытянув острый конец в сторону дома с привидениями. Среди жрецов словно из-под земли вырос дьякон Дез в черном облачении. От неожиданности толпа испуганно смолкла.

Диковинный прибор напоминал теперь большую плотно закрытую глубокую чашу. Вокруг нее расстилался белый пушистый туман. Он таял медленно, оставляя за собой вымерзшую траву. Стоявшие в передних рядах почувствовали надвигающуюся волну ледяного холода. Какой-то любопытный сорванец сунул руку в эту молочную дымку, и в то же мгновение кожа на его пальцах потрескалась и повисла лохмотьями. Из толпы раздался пронзительный женский крик. Люди заволновались.

Музыка заиграла громче прежнего и внезапно оборвалась. Толпа затихла. Полный ощущения собственной значимости молодой священник гордо зашагал к дому с привидениями, неся наготове Карающий жезл. Затаив дыхание, люди наблюдали за происходящим.

— Дьявольское место! — зычно прокричал он. — Твой смрад оскорбителен для обоняния Великого Бога! Содрогнись, Сатана! Трепещите, Демоны Зла! Смотрите, я ставлю клеймо Иерархии на вашем логове!

Он остановился напротив дряхлой покосившейся двери. От вытянутого жезла исходило фиолетовое сияние того же оттенка, что и нимб над его головой. Медленно и осторожно он очерчивал горящий магический круг над дверью.

Неожиданно, не завершив ритуала, жрец решил заглянуть в дверной просвет. Что-то необычное привлекло его внимание, и, приоткрыв дверь, он просунул голову внутрь. Старые доски дрогнули, и дверь с силой захлопнулась, сдавливая мертвой хваткой шею священника. Тот содрогнулся, задергался, и фиолетовые лучи, испускаемые жезлом, заплясали, поджигая траву у дома.

В ответ на это в толпе раздались сочувственные вздохи, испуганные возгласы и даже истеричный смех.

Трое молодых священников бросились на выручку. Один из них поднял оброненный жезл. Все вместе они изо всех сил старались отворить дверь или сломать ее, но им удалось лишь слегка деформировать стену, которая оказалась сделанной из податливого, но упругого материала, напоминающего гуммиэластик. Однако их помощь опоздала.

Неожиданно дверь распахнулась сама, и священники отпрянули назад, на дымящуюся траву. Один из них, опомнившись раньше других, метнулся в дом и скрылся в темноте. Дверь с шумом захлопнулась за ним. Дом затрясся изнутри. Его драные стены вздулись, распрямляясь, и по ним прокатилась легкая рябь. Одна из стен неимоверно растянулась, другая сжалась. Окна втянулись в толщу дома, а затем одно из них вновь появилось и, раскрываясь, извергло из себя молодого священника — как будто дом распробовал его, подержал во рту и выплюнул обратно. Падая, юноша приложил все усилия, чтобы не разбиться, и благодаря своим стараниям мягко приземлился и легко вскочил на ноги. В толпе послышались смешки.