Чтение онлайн

Раньше.

До Ленор Ларо, будь она проклята!

— Привет! — Люциан толкнул дверь и вошел, сидевшая на диванчике Нэв вскинула на него яростный взгляд:

— Стучать тебя не учили?

— Ладно, ладно, — он вскинул руки. — Не в духе? Даже несмотря на гору подарков?

Подарков действительно была гора. Сложенная у украшенной искрами артефактов стены в личной гостиной сестренки. По традиции, подарки укладывали в вечер перед Главной ночью зимы, а наутро раскрывали все. За ночь они должны были «напитаться» магией Тамеи и добрыми намерениями дарителя… бред, конечно, но традиционный бред. В этот раз Люциан даже не выбирал для нее подарок сам, просто заплатил слугам, поэтому понятия не имел, какого цвета коробка.

— Дело не в подарках, — Нэвьери сама поднялась, отбросила длинные рыжие волосы за спину, — а в том, что я не хочу тебя видеть.

— Вот как. Все еще дуешься?

— На что? — Девочка вскинула брови. — На то, что выбрал Ленор Ларо, а не меня? Или на то, что выбрал Софию Драконову, а не ее?! Брось, Люциан! Если дуться на каждый твой интерес, то можно лопнуть за пару секунд!

— Ха-ха-ха. — Он сложил руки на груди, приблизился к ней. — И давно ты научилась так разговаривать?

— Давно, — хмыкнула Нэв, отступая. — У меня было много времени, Люциан. Очень много, пока ты вспомнил о том, что у тебя есть сестра.

— Да брось. Я пришел к тебе, потому что не хочу проводить время с этими чванливыми идиотами. Мы же всегда были вместе, Нэв. Вместе против всех. Все как всегда.

Сестра покачала головой.

— Для тебя может быть. Для меня нет.

— Интересно, — раздраженно произнес Люциан. — Это еще почему?

— Потому что я больше тебе не верю. И если будет выбор между твоей компанией и одиночеством, я предпочту остаться одна.

От такого заявления он на миг опешил. Потом разозлился. Потом захотелось сказать маленькой дерзкой нахалке все, что он думает по этому поводу, но Люциан сдержался. Сунул руки в карманы. Кивнул.

— Как знаешь.

Развернулся и вышел, за дверями от души приложив кулаком камень до сбитых костяшек. Все разваливалось к драхам просто на глазах. Все — даже отношения с сестрой, в которых все было нормально до тех пор, пока не появилась Ленор Ларо. Точнее, пока она не вошла в его жизнь, разрушив ее до основания.

Ну да ничего.

Прислонившись к стене, Люциан поднял кулак с кровоточащими пальцами и прошептал исцеляющее заклинание. Сбитая кожа мгновенно порозовела, потом посветлела, а спустя минуту уже выглядела так, будто ничего и не было. Не осталось даже фантомной боли от удара.

Может быть, Ленор Ларо и разрушила его жизнь. Может быть, она и находится под защитой сильнейшего архимага Даррании, с которым — чтоб ее — спит! Но это не меняет того, что он сын Фергана, принц, и что в его силах вывести ее на чистую воду. Эту тихоню, которая долгое время водила всех за нос. Он сделает все, чтобы выяснить, откуда у нее темная магия, а главное — на что она на самом деле способна.

И вот тогда, когда ему все станет известно, он еще посмотрит, чья жизнь рухнет до основания.

Оттолкнувшись от стены, Люциан зло улыбнулся и направился в сторону, откуда пришел. Кажется, в нем даже появились силы терпеть весь этот праздничный драконизм. Но главное, что у него только что появилось — это цель.

Соня

Сейчас, наверное, уже объявили дату их свадьбы…

— София, ты снова не с нами. — Резкий голос отца заставил Соню вынырнуть из собственных мыслей и вернуться в реальность. То есть на праздничный ужин семейства Драконовых, так напоминающий знакомые по родному миру встречи Нового Года. Конечно, здесь были собственные традиции: например, не было никаких елок, дома просто украшали, подарки нельзя было раскрывать до утра, а ночью, после общения с семьей или бала, следовало уединиться, представлять и чувствовать свою магию, чтобы первородная сила Тамеи сделала ее еще мощнее.

— Дорогой, оставь ее в покое. — Мария Драконова обладала мелодичным высоким голосом и внешностью неопределенного возраста. То есть в ней легко угадывалась как молодая, недавно выскочившая замуж женщина, так и та, что провела там с десяток лет, как на каторге.

В основном первое, конечно. Единственное, о чем заботилась Мария — это собственная внешность. Магические уходы, постоянное посещение женских салонов, зелья, магическая коррекция внешности — в результате она выглядела едва ли старше, чем сама София. Не все в обществе это одобряли, но Марии было без разницы, что там считает общество. Она тряслась над своей молодостью, как Кащей над яйцом, а все остальные шли мимо. Включая дочерей, да и, пожалуй, мужа.

С Иваном ее мало что связывало, кроме брака и общих детей. То, что у Драконова тоже есть любовница, Соня догадалась сразу. Что же касается Марии, ей, кажется, хватало восторженных взглядов мужчин всякий раз, как она выходила на улицу или когда устраивала балы и приемы. Но поручиться за то, что та блюдет верность, София тоже не смогла бы. Марию сложно было понять.

Светловолосая, тонкая, она порхала по жизни, благодаря богатству и влияния мужа не зная проблем. Покупала себе драгоценности, дорогие платья и аксессуары, посещала светские мероприятия, и… на этом, пожалуй, все. Ее вторая дочь и сестра Софии, Алина, была точной копией матери. Не только внешне. Временами Соне казалось, что все, что Алину интересует — это новые коллекции современных дизайнеров и как еще она может уделать подружек нарядами или украшениями.

Да, и возможно самую чуточку ее волновали подготовительные курсы и поступление в Академию, потому что «там столько красавчиков»!

— Праздничный ужин — время побыть с семьей, а не наедине с собой, — пророкотал Драконов. — Для этого будет время чуть позже.

— Ты слишком строг, — снова пропела Мария. — К тому же, праздничный ужин почти завершен, остался только десерт. К которому я, увы, не смогу присоединиться.

— Я тоже, — тут же подхватила Алина, когда слуги принялись убирать со стола лишние блюда.

— А я буду. Может, даже две порции, — Соня сама не знала, зачем это сказала. Из вредности, наверное: потому что у Марии вытянулось лицо, а Алина скривилась. Ну да, она всегда так смотрела, когда Соня за обе щеки уплетала сладости, совершенно не переживая, что это где-то там отложится.

— Ты так сильно изменилась после этой дуэли… — надула губы сестра.

— Алина! — одернула ее мать. — Мы не говорим об этом.

Хотя слуги с подносами уже вышли, а с десертами еще не зашли, Мария гневно сложила салфетку и в упор посмотрела на младшую дочь: