Чтение онлайн

"Почему все эти цивилизованные люди такие бестолочи? Такие беспросветные дураки?" – в какой уже раз задавал я себе этот мучивший меня вопрос. Они все настолько банальны, настолько обычны, настолько предсказуемы в том словесном поносе, который самым бесцеремонным образом они, ни мало не стесняясь, обрушивают на тебя, что чувствуешь физическую усталость просто находясь с ними в одном помещении. Парадокс в том, что чем они "образованнее", чем "культурнее", чем "успешнее" – тем они противнее в своей банальности и недалекости, в своей черствости и ограниченности.

Вся их "жизнь" – это игра. Они играют в вежливость, будучи в душе хамами; играют в образованность, будучи невеждами с заученными прописными "истинами"; играют в духовность, оставаясь черствыми и бездушными эгоистами; играют в отзывчивость и человеколюбие, в душе же ненавидя людей. Их идеал – жить бездельно, иметь много денег, шляться по миру и прожигать жизнь. Конечно, не все такие. Но таких – большинство. Причем – большинство подавляющее. Если в процентах – то это больше 90%. Много больше. Тем нескольким процентам мыслящих и пытающихся разобраться и понять жизнь как она есть приходится тяжело, нечеловечески тяжело жить в дегенеративном самоуничтожающем себя обществе.

Если вы понимаете собственную ограниченность и пытаетесь ее преодолеть, вы очень скоро обнаруживаете, насколько ограничены окружающие. И с этим новым Знанием приходится жить. Приходится ходить на работу. Приходится им улыбаться, даже смеяться их шуткам, как если бы вы ничего не поняли и не узнали. Это может стать на каком-то этапе сущим кошмаром, вы можете даже стать человеконенавистником, если не поймете, что так и должно быть. Просто ваше новое состояние – это результат вашего внутреннего роста яко Человека. Результат вашего Пробуждения. Вашего становления на Пути Гармонии и Знания. С этого нового уровня к остальным людям нужно относиться с состраданием, но без жалости. Жалость может лишить вас сил. Вы просто начинаете понимать, что когда-то и сами были спящими, ходячими биороботами, живущими инстинктами и условными рефлексами. Видя всё преимущество своего нового состояния, когда вы можете жить Осознанно и по-Совести, вам, тем не менее, не стоит пытаться "будить" встречного и поперечного, пытаясь донести до него свои истины. В лучшем случае – вас безучастно с улыбкой выслушают, подумав, что вы – "чудак" ( или "дурак", что одно и тоже ). Поэтому – "не мечите бисера" как сказал Тот, кто по собственному крестному опыту узнал, что случается с Человеком, который мечет бисер перед свиньями. Я думаю, что когда Христос сравнивал людей со свиньями, Он делал это совершенно без всякого желания их оскорбить и без всякой злобы. Он просто констатировал факт, что духовно спящий человек, думающий только или преимущественно о жратве, сексе, статусе и собственном обогащении – это животное. Да, разумное животное с животным типом строя психики. Это не человек. И, тем более, не Человек Разумный. Мыслительная деятельность у разумных животных развита очень слабо, не говоря уже о критическом мышлении, которое, как известно, появляется в результате осознанной интенсивной мыслительной деятельности, то есть как раз того, что разумные животные так не любят, точнее – ненавидят. Вот цитировать прописные истины и жить по принципу "какая-то баба сказала" – вот это у них хорошо получается. А ещё – жрать и срать. Это они делают не хуже других животных, а некоторые – даже и превосходят в этом делании своих четвероногих собратьев.

Поэтому, если хотите с кем-то "поделиться" Знаниями, делаете это осторожно. "Осторожно" – значит учиться видению в массе поросят людей, способных к Пробуждению и началу Осознанной жизни на принципах Живой Совести и Трудовой Творческой Деятельности.

Кстати, общество таких вот Совестливых Тружеников пытался совсем недавно построить Сталин, но не успел закончить начатое. Отравили. Отравил тот, кто принадлежал к категории "разумное животное", существующее на принципе "жрать и срать" – Хрущев. Он же Перлмутер, говно кукурузное. Ну да ничего, пока есть жизнь – есть надежда. Надежда на построение в России Общества Золотого Века, построенного на принципах соблюдения космических законов Жизни, ведущим из которых является закон Любви. А все действия человека управляются в таком Обществе не законами, а его Совестью и горячим желанием Блага для всех и каждого. То есть желанием Процветания для всей планеты.

За такими вот мыслями и не заметил, как въехали в Мезень. Даша мирно спала, уткнувшись в уголок своего узкого места. Что-то кольнуло в сердце, "бедная девушка, подумал я. – Сколько всего ей, наверное, выпало в нашем далеком от совершенства мире…" – и поймал на себе пристальный взгляд Ярослава, устремленный на меня через стекло заднего вида.

– Её не нужно жалеть, брат, – впервые так назвав меня, проговорил отец девушки. – Она счастливее многих на этой Земле. И счастье её в том, что она умеет ценить жизнь, проживая её полностью. Это значит, что у неё нет фантазий и иллюзий ни по поводу себя, ни по отношению к жизни. Она живет в реальном мире. Разве это не счастье?

– А я все слышу, – сквозь сон пропела Даша. И уже совсем проснувшись, радостно сообщила. – Я только что видела, как мы все, и Георгий тоже, летим сквозь пространство и время и посещаем удивительные миры, – и, зажмурившись, она слегка потрясла головой, давая нам понять, насколько же ей было только что хорошо и чудесно в своем сне. От ее чистой, какой-то детской радости, и нам стало светло и радостно на душе.

Машина въехала в Мезень. Через десять минут езды по городу мы остановились перед небольшим домом, из ворот которого выбежала хозяйская собачка и радостно завиляла хвостом, увидев моих спутников.

Так как время близилось к вечеру, и от дороги мы все несколько приустали, хозяин по имени Петр Алексеевич предложил нам поужинать и переночевать. Мы согласились. Ярослав поблагодарил Петра за Ниву, которую тот одолжил ему для встречи нас с Дашей. Было видно, что эти два мужика крепко и давно дружат, и только позже я узнал причину их дружбы. Когда то в юности они оба любили одну девушку, но она утонула, недоставшись никому из них. Трагедия сблизила этих людей, и они стали друг для друга как родные братья.

В ожидании ужина, который Петр Алексеевич с женой Аней стряпали для нас, я сидел у горящей печки, время от времени подбрасывая в нее одно-другое поленце. Огонь завораживал. Он уносил меня в какие-то чистые дали, где нет зла, выраженного в виде денег и эксплуатации человека человеком.

"Неужели нельзя жить просто и без придури? Без ссудного ростовщического процента? Кредитов? Долгов? Вынужденной нелюбимой работы? Ссор и склок по поводу того, кто кому что должен? Неужели нельзя спокойно и с любовью растить своих детей? Трудиться на своей земле, ловить рыбу в соседней речке? Готовить себе здоровую еду из того что вырастил или добыл в лесу? – задавал я себе один вопрос за другим. – Почему люди продолжают жить искусственной и неестественной жизнью больших городов, так никогда и не попробовав вкус Здоровой и Цельной Жизни? Они, безусловно, бояться. Бояться остаться без денег, без той работы, которая им эти деньги дает. Они могли бы жить без них, производя всё необходимое в своем хозяйстве, но не верят в возможность этого, считая такой вариант утопией. Поэтому и продолжают дальше тянуть лямку опостылевшей жизни, пока смерть в конце концов не освободит их от этого рабства…"

– А ты издалека, Георгий? – спросил меня Петр Алексеевич. – Видно, что издалека.

– А почему видно? – улыбнулся я ему в ответ.

– Да потому, что задумчив ты очень! Все дальние, кто в наших краях оказывается, как то сразу в думы свои уходят.

– Вот-вот! Потом уже нам приходится думать, как их из этих дум вытаскивать. Кого-то и на буксире не вытащишь! – подмигнув мне, пошутил Ярослав.

– А скажите, Петр Алексеевич, какая у вас в поселке демографическая ситуация? – спросил я.

– То есть, не бежит ли отсюда народ на большую землю? – уточнил хозяин. – Как не бежать… Бегут те, кто рекламой от вот этих дебилизаторов – и он махнул в сторону телевизора – заразился. Особенно женский пол этой болезнью страдает. Как насмотрятся на "красивую" бездельную жизнь – так и начинают мужиков пилить, что вот мы, мол, в нищете живем, и вынуждают их либо на заработки уезжать, либо сами с ними уезжают. Только не находят они счастья в городах. Ведь реклама она и есть реклама, жизнь то другая. – подвел итог Петр Алексеевич. – А мужики от этих дур-баб пить начинают. Вот и сын мой младший женился, да вот на такой вот дуре – и пьет теперь!