Дальний Рубеж

Гробовая тишина вокруг... И только старательное тарахтение мотора нашего автомобиля ударяло по ушам.

Из окна машины, в которой нас везли, казалось, что поселение Пытовка умерло задолго до нашего приезда.

Покосившиеся хибары, грязные безлюдные улицы и редкий частокол говорили сами за себя.

— Мишенька, неужели нам теперь здесь жить?! — поразилась сестра. Чернобровая девушка, без пяти минут женщина, в воздушном синем платье. Память подсказывала, что она привыкла жить в сфере софитов и вечного драйва, но никак не ковыряться в земле на отшибе империи, куда и зверь с неохотой заходит.

— Не просто жить, а поднимать производство и сельское хозяйство. Теперь это наша земля!

Даже ещё не въехав во внутренний круг поселения, я стал прикидывать различные варианты, как лучше выстроить работу. Но многое, конечно, зависело от вводных данных.

— Здесь хоть связь ловит? — продолжала гнусавить сестра. — Или нам теперь на письма и почтовых голубей переходить?

— Маша! — наконец-то не выдержала матушка, женщина средних лет с пучком чёрных волос на голове и в коричневом платье, сидевшая спереди.

Сестра проворчала себе под нос что-то невнятное, насупившись, как обиженный ребёнок, и замолчала.

Тем временем, мы въехали в само поселение. И изнутри оно показалось в ещё более удручающим виде, чем казалось со стороны.

— А где все люди? — поразилась Маша, прильнув к окну и пытаясь высмотреть хотя бы кого-то.

— В домах. Они не рады нам, мы для них чужаки, — пояснил я.

В своём мире на заре построения собственной империи мне часто приходилось бывать в подобных захолустьях, где законы переставали действовать, поскольку за их исполнением некому было следить. И люди там всегда оказывались обозленные и враждебно настроенными к чужакам, хотя между собой они прекрасно ладили. Видимо, общая беда сближала их.

— Надеюсь, они нас не того... — сестра склонила голову вбок, вытащила язык и обвив невидимой верёвкой вокруг шеи сдернула себя, показав пантомиму повешения.

— Нет, — ухмыльнулся я. — Я им не позволю.

Наша машина двигалась не спеша, позволяя нам "насладиться" местными красотами. И я успел заметить огромное пустующее бетонное строение с множеством побитых окон.

— Гриша, подъедь вон туда, — я указал пальцем на то здание, которое заметил.

— Да, ваше сиятельство, — подтвердил водитель и свернул с центральной дороги.

Вскоре мы остановились вблизи огромного бетонного строения. Двери, как и ожидалось, здесь также вынесли предприимчивые люди.

Я вышел из машины, чтобы немного оглядеться внутри и оценить масштабы разрушений и запустения.

От самого входа меня встретил огромный просторный зал с множеством поломанных станков внутри. Всё было в пыли и, очевидно, не работало уже не первый год.

Однако само их наличие здесь воодушевляло, ведь это значило, что когда-то тут имелось крупное производство, а, где производство, там и специалисты.

Я прогулялся назад-вперед по цеху, оценивая масштабы. Видимо, раньше здесь работало всё поселение.

В принципе, от голых стен я узнал достаточно, настало время посетить местного главу администрации.

Я вернулся в машину и скомандовал водителю вести меня в местную администрацию.

Проехав сотню метров и дважды повернув, автомобиль остановился у небольшого грязно-синего здания с покосившейся над входом выпиской: "Управа сельсовета".

Приказав водителю отвезти матушку с сестрой в отведённый нам дом и после возвращаться за мной, я направился к дверям сельской управы.

Деревянная дверь противно скрипнула, когда я её открыл. Перешагнув через порог, я оказался в небольшой прихожей, где за столом сидела полная женщина в годах, печатающая что-то за компьютером.

— Вы к кому? — скрипучим, как входная дверь, голосом спросила она меня, не отрываясь от экрана компьютера. Значит, связь с внешним миром здесь всё-таки есть.

— К вашему начальнику. Доложите, что прибыл князь Михаил Прохоров, новый хозяин земель, — стальным голосом потребовал я, ожидая соответствующего уровня повиновения.

Женщина удивлённо посмотрела на меня выше очков и быстро ретировалась в следующую дверь.

Я готов был подождать пару минут, но время ожидания резко стало затягиваться.

Да что о себе возомнил этот управляющий?

Я вошёл в ту дверь, куда с концами пропала секретарша, и оказался в ещё одном коридоре. Справа стояли лавочки для ожидающих, а слева была ещё одна дверь с табличкой: "Управление".

Дёрнув за ручку, дверь легко поддалась и я оказался в большом просторном кабинете с длинным столом. Внутреннему убранству позавидовал бы любой князь. Далеко не у каждого нашлось бы в кабинете столько раритетных картин и чучел животных на стенах.

А на конце стола сидел старик в дорогом костюме, активно пытавшийся отмахнуться от секретарши со словами: "У меня дела. Мне некогда". Кажется, они даже не заметили, как я вошёл.

— Когда приезжает новый хозяин, все дела должны отходить на второй план, — громко произнёс я, привлекая к себе внимание и проходя вглубь кабинета и садясь за стол, как можно ближе к нему.

— Ваше сиятельство, ну, вы же понимаете, что посёлок у нас проблемный. Хлопот много, — принялся оправдываться управляющий.

— Это я уже понял, но вы, видимо, не расслышали, когда я говорил?

— Но...

— У вас есть заместитель?

— Конечно, Петька. Отличный парень. А где он сейчас, кстати? — резко переключился управляющий на секретаршу.

— Так к Митьке пошёл. У него какой-то спор по участку вышел с соседом. Столько лет жили душа в душу, а тут что-то не поделили.

Что же... Этого короткого диалога управляющего с секретарём мне хватило, чтобы понять, кто тут действительно чем-то занимается, а кто только казну разворовывает.