Чтение онлайн

Офицеры неспешным шагом двинулись по внутреннему периметру здания, за ними на расстоянии десяти шагов следовал один из нижних чинов караула, пока безымянный. Климов коротко пояснял:

– Квартиры офицеров гарнизона. До нас здесь квартировал запасной полк, довольно тесно. Мы же по штату даже не батальон, так что места в избытке всем, много помещений свободно. Могли бы принимать для обучения даже вдвое большее количество нижних чинов, но испытываем трудности… даже с набором. Уже из специально отобранных нижних чинов, присылаемых к нам, уже через неделю приходится отсылать обратно в части до трети…

– О причинах догадываюсь. Неграмотность?

– Неграмотность, я бы сказал, не только буквальная, но и общая. Что делать, если девять десятых прямо от сохи, и это в данном случае отнюдь не фигура речи? Железную дорогу увидели впервые в жизни только по пути в полк, а на электрическую лампочку крестятся?

После службы в Варшавской губернии Рыкову всего этого, понятно, можно было и не объяснять, однако же он не перебивал спутника.

– Неграмотность, я бы сказал, общая и сугубо техническая… Помещение штаба. Офицерское собрание. Склады продовольственный и вещевой… – по мере движения офицеров часовые у складов вытягивались в струнку, – далее по периметру арсенал и мастерские… Помещения учебных классов… Казарменные помещения. Лазарет. С лазаретом, увы, неладно… Вернее совершенно неладно с его, так сказать, хозяином. Эдуард Леопольдович не менее двух раз в месяц имеет обыкновение вступать в бой с Ивашкой Хмельницким. Битва растягивается опять же не менее чем на неделю и происходит, к счастью, в основном вне пределов части; сейчас баталия в разгаре. Как несложно вычислить, при таком напряженном графике служению Бахусу времени для службы и врачевания не остается вовсе. Обходимся опытом фельдшеров и благословляем местный щадящий климат… При нижних чинах, как вы понимаете, этого я докладывать не мог. Впрочем, они и сами все знают, этакого шила в мешке не утаишь.

– Что предпринято?

– Я подавал рапорты начальнику школы, предыдущему и ныне до вас исполняющему обязанности. Результата пока нет, – голос штабс-капитана прозвучал неожиданно сухо. «Так, – подумал Рыков, – что там было с предыдущим не скажу, а с «временно исполняющим» начштаба явно был «в контрах», и, похоже, в серьезных. Необходимо учесть.»

– Здесь и здесь помещения пока свободны. Ну и, наконец, квартира начальника отряда, теперь ваша. Прошу! – Климов поднялся по крылечку в три ступени и распахнул дверь, – располагайтесь…

В конце коридора Рыков заметил еще одну дверь – напротив.

– А это что?

– Дверь наружная. Квартира имеет два входа: снаружи в десяти саженях от крепостных ворот и изнутри периметра. Таким образом в гарнизоне устроена только одна квартира, прочие имеют вход только изнутри расположения части.

– Однако… – произнес новоиспеченный хозяин, и, войдя в собственно квартиру, снова произнес то же самое, – однако…

Из обширной гостиной одна дверь вела явно в кухню, прочих же насчитывалось еще четыре. За ними капитан последовательно обнаружил кабинет с видом на плац и опочивальню, иначе и не скажешь, с огромной двуспальной кроватью, и еще две комнаты непонятного ему назначения, почти не меблированные.

– Гм, Игорь Николаевич… Видите ли, семьей я пока еще не обременен, так что позвольте полюбопытствовать, нет ли в расположении квартиры… менее обширной, что ли. Здесь я нечаянным образом рискую заблудиться! – еще одна ранее не замеченная дверь возле кухонной вела в роскошную ванну, отделанную метлахской плиткой.

– В ватерклозет вход из коридора, сиречь из прихожей… здание девятисотого года постройки, так что удобства почти столичные. Предоставить же вам иную квартиру никак невозможно: традиции гарнизона. Эти апартаменты не может занимать даже и исполняющий обязанности начальника, только «сам». Примите как данность.

– Да уж… если традиции, то придется. Присядем? – на столе удачно нашлась пепельница.

– Прошу разрешения вернуться к обязанностям… – Климов, видимо на всякий случай, решил лишний раз показать, что «службу знает».

– Конечно. Но прошу: чуть позже, – Рыкову как нельзя было важно, насколько возможно скорее войти в дела, – еще раз прошу вас, без чинов.

– Хорошо, – Климов снял фуражку и опустился за стол в полукресло; не чинясь, взял папиросу из предложенного портсигара, прикурил, – ваши ближайшие распоряжения?

– По окончании занятий прошу собрать в штабе офицеров для представления. Это скоро?

– Занятия оканчиваются через час двадцать минут, взводы соберутся все через два часа, соответственно, можно назначать на девятнадцать часов. Ужин получасом позже, так что вполне успеется, – штабс-капитан щелкнул серебряной «луковицей» и отправил ее обратно в карман. Рыков между тем отметил, что уж за что, а за штаб он может быть покоен, при таком-то начальнике штаба. Видно, что расписание занятий, да и всю жизнь отряда он знает по минутам, к тому же и мысли не допускает, что это один раз заданное расписание может измениться хоть чуть-чуть. К тому же – заботлив о подчиненных, дал офицерам не менее получаса, чтобы привести себя в порядок и не являться на представление новому начальству прямо «с поля». Положительно, сработаемся, непременно должны сработаться…

– Принято. После представления вникать в дела бумажные сегодня не будем, – офицеры одновременно улыбнулись, и, переглянувшись, улыбнулись снова, – прошу обеспечить в офицерском собрании ужин… в традициях гарнизона, если таковые по данному случаю есть…

– Как не быть, – еще шире улыбнулся Климов, – есть и, так сказать, специалисты в этом роде… Иванов!

– Я, ваше благородие! – громко бухнув сапожищами, в дверях возник давешний сопровождавший их караульный.

– Младшего унтер-офицера Сощенко срочно ко мне, он сейчас на продовольственном. Бегом!

– Есть!

– Сейчас вам представлю… стоит только снабдить Михаила Михайловича некоей денежной суммой, обозначить количество персон, и далее можно не волноваться. Все обеспечит в лучшем виде. Впрочем, сразу можно предположить, что яства будут представлены в основном из туземного духана на набережной, если это вас не смущает…

– От Гелы?

– Именно. Успели отобедать? В таком случае вас непременно привез Важа.

– Как в воду смотрите.

– Просто городок мал, Владимир Кириллович, а я здесь с шестого года. Итак, не возражаете? Или же прикажете европейскую кухню?

– После обеда я совершенно не против местной. Подскажите только необходимую сумму.

– Минимально?

– Отнюдь вам! Возможно даже с излишествами, но в меру, и не в плане излишнего винопития.

– Ну-с, вино тут, как вы уже успели убедиться, чрезвычайно дешево. Тогда… офицеров у нас, изволите видеть, с вами теперь семеро, медикус… не в счет. Вольноопределяющихся, посещающих офицерское собрание, на данный момент ни одного, к сожалению. Так что двадцати рублей будет даже много…