Чтение онлайн

Она присела на корточки, пощупать, что это хрустит, и укололась.

Битое стекло.

— Черт!

Кейт сунула палец в рот и замерла.

Теперь она уже отчетливо слышала негромкие вздохи. Кейт обвела глазами комнату. Диваны, декоративные лампы, африканскую маску.

На трехметровой дубовой стойке, разделяющей гостиную и столовую, возвышалось что-то бесформенное и массивное. Оттуда исходили эти звуки.

Она подошла ближе, и все стало ясно. На стойке лежала Нола. Руки и ноги крепко обмотаны пленкой, рот залеплен. Над ней возвышался силуэт с ножом для разделки мяса в руке, взятом на кухне.

О Боже!

— Извини, но света пока не будет. Мне так легче. Лампочки тебе придется купить новые.

Кейт сделала еще шаг. Под подошвой снова хрустнуло стекло. Пистолет лежал в сумочке на плече.

— Мне нужно поговорить с тобой, — продолжил он.

Кейт задержала дыхание.

— Но я не вижу тебя.

— Это не важно. Главное, я тебя вижу.

— Ты не хочешь, чтобы я тебя видела?

— Просто так лучше. Давай поговорим.

— Давай.

— Ты хотела обмануть меня?

— Обмануть? Конечно, нет. Ни в коем случае. — «Думай, думай». — Почему ты решил, что я хотела тебя обмануть?

— А все эти полицейские там.

— Это от меня не зависело. Они мне не подчиняются. Но это я придумала устроить твою выставку. Надеялась, что тебе понравится. Понравилось?

— Да, было… было красиво. — Его голос осекся. — Но теперь их нет.

— Картин?

— Да.

— Но их видела я и еще много людей.

— Они смеялись?

— Нет. Напротив, восхищались. Хотели купить их.

— Зачем это им?

«Потому что они идиоты», — подумала Кейт.

— Потому что они им очень понравились. Но я решила, что ты не захочешь расставаться с ними. Но…

— Донна сказала, что это к лучшему.

— Она твой друг?

— Да.

— Хороший, я уверена.

— Самый лучший. — Он взмахнул ножом над животом Нолы, и Кейт стиснула зубы.

— Пожалуйста. Не надо.

— Пока ты разговариваешь со мной, я ничего ей не сделаю. Иногда люди не хотят со мной общаться по доброй воле.

— Конечно, я буду с тобой разговаривать. Сколько захочешь. — Она думала о пистолете, но пока было рано. Даже если выстрелить, он все равно успеет всадить нож в Нолу. — Мне сразу понравились твои картины.

— Да?

— Очень.

— Я хороший художник, правда?

— Хороший.

— Последние картины я писал для тебя. Рад, что они тебе понравились. — В голове завертелись рекламные слоганы: «Тефаль, ты думаешь о нас…», «Выпей колы, не дай себе засохнуть!..» Он прижал руку к затылку. — Перестань!

— Что?

— Ты видела свое имя?

— Да, на краях картин. Спасибо. Я очень польщена. Но можно спросить почему? Почему ты написал картины для меня?

— Потому что ты исцелила меня.

— Как? — Ладонь Кейт, сжимавшая сотовый телефон, который она не выключила после звонка Ноле, вспотела. Кончики пальцев нащупывали кнопки. Но какой телефон Брауна?

У него в ушах продолжался шум.

— Перестаньте! Пожалуйста!

— Что — перестаньте?

— Да эта реклама «Кодака». Я ненавижу ее. — Он заморгал. — А зон та картина голубая?

— Какая картина? Я ничего не вижу, но уверена, что ты прав.

— Шутишь?

— Ни в коем случае.

— Правильно. Не советую. — Неожиданно он запел: — «Каждый твой вздох»…

— Я знаю эту песню. Она мне нравится.

— Нравится?

— Да. А тебе?

— Нет. Ей нравилась.

— Кому — ей?

— Ей. Ну, той. И остальным, таким, как она.

— Каким остальным?

— Другим, понимаешь? Тем, кто помогал мне видеть. Я должен был с ними это сделать. Чтобы увидеть.

Понятно, убитые им проститутки. Доктор Шиллер говорила, что он надеется с помощью убийств увидеть цвет.

— Но зачем ты убил Бойда Уэртера?

— Я не собирался. Вначале. Просто хотел, чтобы он помог мне. Не получилось. — Он снова запел. — «Каждый твой вздох»…

— Ты же сказал, что эта песня тебе не нравится.

— Мне — нет, но Бренде нравится. А она хороший друг.

— Бренда здесь? Сейчас?

— Конечно.

— Тебе повезло, что ты завел таких хороших друзей… — После нескольких секунд колебаний Кейт добавила: — И Тони.

— Почему ты о нем вспомнила?

— Знаешь, мне раньше казалось, что Тони — твое имя.

Он громко рассмеялся.

— Это смешно, верно, Тони?

Кейт тоже рассмеялась.

— Привет, Тони. Я не знала, что ты тоже здесь. Это здор-р-рово.

— Слышал, Тони? Что я тебе говорил? Она все понимает.

— Да, понимаю. — «Продолжай вот так отвлекать его, а сама лезь за пистолетом». — Как тебя зовут?

— У меня нет имени.

— У каждого есть имя.

— Она звала меня Джаспер.

— Тогда и я тоже буду так звать тебя. Хорошо?

Он задумался.

— Хорошо. Потому что… так звали художника Джаспера Джонса.

— Тебе он нравится?

— Это один из моих идолов. Такое же имя, и… он был тоже болен. Как и я.

— Он был болен?