Дама сердца
Шрифт:
– О, замечательно!
Сестра опустилась на диван, Лили села напротив Эджа, старательно избегая смотреть в его сторону, но глаза не желали слушаться.
Он наблюдал за присутствующими, изредка вставляя пару слов. Видимо, он рано научился этому высокомерному взгляду. Лили представила его ребенком, бросавшим такой взор на няню, когда та протягивала ему ложку овсянки.
Мужчины обсуждали скорость почтовых карет, и Эбигейл сказала, что ей хотелось бы путешествовать в таком экипаже и мчаться на безумной скорости. Фокс в подробностях рассказал Эбигейл о своей поездке в такой карете, а отец упомянул о своем путешествии, но затмить Фокса ему не удалось. О чем бы ни говорил Фокс, на всем лежал отпечаток приключений.
Отец лучезарно улыбался, а Эдж просто наблюдал, еле-еле поддерживая беседу. Опершись о подлокотник кресла, Лили вспоминала, как однажды спросила лорда Лайонела, о чем написано в его книге, и он стал говорить о каком-то Вильгельме Оранском, о войнах, королях и королевах. Он все говорил и говорил, а Лили вдруг встала и сказала, что с нее хватит. Ей не нужен был учитель, потому что она уже поняла о прошлом главное. Люди в ту пору были злыми.
Тогда лорд Лайонел бросился объяснять, как важна история, и уверял в этом так неистово, что Лили показалось, будто он бранит ее. Так Лили и стояла, растерянно моргая, а потом он заметил это и заливисто засмеялся.
Теперь же Лили подняла взгляд и чуть не утонула в его бездонных синих глазах.
Эдж стоял, выпрямив спину. Истинный герцог во всем. Он сказал что-то о неустойках, но Лили не вслушивалась в его слова. Лишь заметила, что его голос звучал величественнее остальных.
Эдж заметил, что Лили наблюдает за ним. Он еле заметно наклонил голову, на мгновение прервавшись на полуслове. А потом пронзил ее взглядом, заставившим Лили на миг закрыть глаза. Наконец Эдж повернулся к кузену и включился в разговор:
– Это Фокс еще не рассказывает историю о том, как его поймали охотники на воров.
Конец ознакомительного фрагмента.