Чтение онлайн

– Вашей матери, как я поняла. Это несколько неудобно, когда в доме две миссис Гордон-Платт.

– Да… да.

Молодой человек кивнул и, хотя взгляд его был устремлён на неё, Элисон поняла, что думает он вовсе не о ней. Этим утром она быстро делала выводы и определяла свои симпатии и антипатии. Девушка знала, что младшая миссис Гордон-Платт ей не понравилась, старшая вызывала жалость. Она так же знала, что мистер Гордон-Платт мог бы ей понравиться. Он был почти мальчик, а уже обременён огромной ответственностью. Ей было интересно, как он справится с этим. Он был приятным, но атлетическим сложением не отличался. Элисон подумала, что в нём не было ничего жёсткого или мужественного, особенно в сравнении с Полом. Она быстро произнесла «прощайте» и собралась на выход.

– Подождите. Можно узнать ваше имя?

– Элисон Рид.

– Вы живёте поблизости?

– Не далеко.

Девушка улыбнулась, и юноша ответил ей тем же, а потом со смехом спросил:

– Это ваша машина у входа?

– Да.

– Хорошая. Я люблю роверы. На них можно положиться.

– Я тоже так считаю.

Вместе они прошли через холл и спустились по лестнице, храня молчание и чувствуя из-за этого неловкость. Молодой человек открыл дверцу машины и, только когда она села за руль, с шутливой улыбкой произнёс:

– Жаль, что мы не можем работать с вами.

– Да, – рассмеялась она. – Жаль.

– Вы не похожи на торговца.

– Никогда не следует судить по внешности.

Элисон чувствовала себя удивительно раскованно, подтрунивая над юношей. Внезапно ей стало жаль его. Он был совершенно далёк от этого дома, который можно было сравнить с огромным надгробным камнем, ненадёжно балансирующим над ним; и когда бабушка умрёт, это надгробие упадёт на молодого Гордона-Платта. Глядя на него, Элисон не думала, что он выдержит такой груз. У неё появилось странное желание знать, что он будет счастлив. Она чувствовала заботу по отношению к нему, как если бы он был ее братом. С её стороны это было безрассудно, твердила она сама себе. Элисон всегда представляла людей, которые ей нравились, своими близкими: братьями, сёстрами, отцами, тётями, дядями, но… но никогда мужьями. Она продолжила:

– Если обнаружите мешок с бриллиантами за тайной панелью, позвоните мне. Мы Элмеры с Талли Райз, Силок.

– Обязательно. Обещаю. Можете быть уверены.

Молодые люди рассмеялись как старые друзья, а потом Элисон направила машину по аллее назад на шоссе.

Мистер Гордон-Платт был милым мальчиком. Элисон думала о нём как о мальчике. Но что за ситуация, в которой он оказался. Бедная душа. Девушка затормозила, прежде чем выехать на главное шоссе. Убедившись, что дорога свободна, она свернула влево, но тут же затормозила, когда ей замахали из припаркованной у дороги машины. Съехав на обочину, Элисон нахмурилась при виде направлявшегося к ней Билла Тэпли.

– Здравствуйте, вы не задержались.

Он опёрся руками об опущенной стекло.

– Что вы имеете в виду, не задержалась? – холодно взглянула на него девушка.

– Ну, я ожидал, что вы пробудете там пару часов, – он осклабился. – Они снова продают?

– Раз уж вам всё известно, зачем затруднять себя вопросами? И зачем тратить время на ожидание меня?

Она тут же пожалела о своих словах, так как дала мужчине повод для начала разговора, который хотела избежать.

Билл Тэпли просунул голову в открытое окно.

– Пол говорил что-нибудь обо мне прошлым вечером?

Элисон откинулась назад, отстраняясь от его лица, и не моргнув глазом солгала:

– Нет. А что?

– О, – он помотал головой, потом посмотрел на свою руку, лежащую на окне и продолжил. – Я подумал, что он мог упомянуть.

– Послушайте, я тороплюсь. Мне надо домой. К тому же я ещё не обедала.

– Это поправимо. Пообедайте со мной.

– Нет, спасибо.

– Пол ведь говорил с вами обо мне вчера вечером, не так ли? Он рассказал, зачем я приходил к нему… Почему вы не хотите дать мне шанс, Элисон?

– Шанс!

Девушка поджала губы. При этом приятное выражение слетело с его лица, и уже жёстко он проговорил:

– Оставьте. Не разыгрывайте наивность. Вам не идёт. Вы могли бы покорить мужскую половину мира, но продолжаете разыгрывать Маленькую Мисс Скромность… Немного педантично, вы так не считаете?… О, ради бога! – мужчина качнул головой в отчаянье. – Что ж, я попытаюсь ещё раз. С вами я всегда начинал не с того конца. Я глупец… Послушайте, Элисон, дело в том, что я уже давно думаю о вас и мне бы хотелось узнать вас поближе, чтобы мы стали друзьями. Если Пол не говорил с вами вчера вечером, тогда я скажу это сейчас, – он рассмеялся и снова покачал головой. – Смешно делать предложение, просунув голову в окно машины… Можно сесть?

Билл Тэпли вытащил голову и уже собирался открыть дверцу, когда Элисон резко воскликнула:

– Нет, нет! Я могу дать ответ сейчас. Ответ… ответ нет.

Ей пришлось наклониться к окну, чтобы посмотреть на него, так как теперь он стоял прямо, его тучное тело закрывало весь обзор. И хотя Билл Тэпли ей не нравился, она почувствовала, что должна смягчить удар, а потому кивнула:

– Ваш интерес ко мне стал для меня сюрпризом.

– Не правда, вы всегда знали, что нравитесь мне.

Его круглое, некрасивое лицо застыло как маска, но, выдавив улыбку, он ещё раз поклонился ей и проговорил:

– Это только начало. Я так легко не сдаюсь. Вам известно, что я отправился в Эдинбург глубокой зимой за вещицей, которой заинтересовался? Маленькие вещицы часто высоко ценятся. Я помню об этом и готов потрудиться, чтобы получить их. Понятно?

Элисон не ответила, и мужчина снова заговорил:

– Что ж, можете продолжать свой путь; не смею больше вас задерживать. Только скажите Полу, что я сделал предложение и получил отказ. Посмотрим, что он скажет на это.

Секунду она смотрела на мужчину, а потом завела двигатель и нажала на газ. Что он имел в виду, «скажите Полу и посмотрим, что он скажет на это»? Это было смешно, и он сказал это в смешной манере; но его слова смутили Элисон. О, что за утро! Как же ей хотелось оказаться дома.

Когда Элисон вошла в магазин, Нельсон энергично натирал зеркало валлийского комода. Старик повернулся к ней и сказал без всякого предисловия:

– Хорошее утро. Я продал кресло, то, что обито голубым дамасским шёлком, и сатерлендский столик. И четырехъярусную этажерку. Я запросил пятнадцать…