Дана и Бродяга
Шрифт:
Половина той суммы ушла на приобретение кара.
От борта машины веяло прохладой.
На окнах фильтр - зимнее серебро. В салоне легкий хвойный аромат. Джет врубил виртуальный контроль, и не спеша, красуясь, вывел машину на центральную улицу.
За две недели он так и не привык называть старенький коттедж домом. Старался, а не получалось. Даже разложил вещи по полкам в шкафу и обзавелся системой быстрой доставки. Все равно относился к этому жилью, как к номеру в гостинице, съемному углу, у которого есть другой, настоящий хозяин.
На пол в гостиной из оконных щелей нагнало песка. Целый маленький бархан. Джет подошел, поворошил его ногой, и оставил в покое. Какая разница?
Вошел в кухню, нацедил стакан сока. Яблочного. Сок пах чем угодно, только не яблоками. На Руте вряд ли найдется еще хотя бы пара человек, которые пробовали натуральный яблочный сок.
Допил без удовольствия.
Можно по пальцам одной руки сосчитать людей, с которыми Джет познакомился за две недели пребывания на планете. Все - по работе. И конечно, ни с кем из них у него не завязалось даже слабых приятельских отношений.
Разве только мисс Робсон...
Но у звезды Интерпола был к Джету совершенно понятный и простой интерес: она заподозрила, что Солнечная прислала его сюда, в том числе, и для контроля над ее деятельностью. Мелисса очень хочет покинуть Руту. Считает, и не без оснований, что в этом сонном царстве карьеру не сделаешь.
Она поначалу надеялась, что Джет поможет ей в реализации амбициозных планов.
А потом, когда оказалось, что не поможет, разозлилась, разобиделась, и теперь всячески демонстрирует презрение. А встречаются они часто - кабинеты-то напротив...
Джет подумал, и решил найти в окрестностях питейное заведение, изучить ассортимент тамошних напитков. Экскурсию в кабак он запланировал еще на первый вечер по прибытии, но она все откладывалась по независящим обстоятельствам. А вот теперь, кажется, самое время.
Несмотря на жару.
Джет вернул на голову только что снятый белый пробковый шлем и направился к выходу. Однако не успел он переступить через порог, как завибрировал браслет, сообщая о вызове. Ругнулся, но в сеть вышел, благо для простых переговоров не требуется подключение визуального канала.
По ушам прокатился далекий шорох кондиционера. Знакомый голос сказал:
– господин Дага! Простите мою невежливость, вы сейчас свободны?
– Здравствуйте инспектор. Что-то случилось?
Инспектор Гус мог просто маяться от безделья и отсутствия собеседника.
– Ну... как вам сказать? На нашем участке все, как обычно. Клара, эта дура из третьего квартала, собралась рожать раньше времени... а вместо медиков вызвала моих ребят. В последний момент успели доставить, так сказать... что еще? А, старик Лучиан помер, но этому давно пора. Ну, что еще...
Джет терпеливо подождал, выпутается ли инспектор из собственной речи, но не выдержал и все-таки спросил:
– Инспектор! Вы хотели мне что-то предложить.
– О, господин Дага... не сочтите за труд... тут по вашей специальности...
– По которой?
Неужели кто-то обидел пустынника? Или пустынник-кхорби обсчитал кого-нибудь из туристов на ярмарке? О худшем думать не хотелось.
– Ну... вы же это...
– Гус перешел на шепот, - вы же сканер... а нам надо снять показания. А Киннер, раздолбай, вчера так погулял, что спит дома, собака. Никак его не поднять... а если и поднимем. Он нам такого насканирует... а дело-то деликатное. Серьезное дело...
– Хорошо. Я приеду.
Каким образом на Руте стало известно, что наблюдатель центра Тордоса имеет действующую лицензию судебного сканера, о том знает только бывшее начальство Джета. Хорошо еще, о первой его специальности никто не просветил местных полицейских. Всполошились бы, наверное.
Было время, Джет Дага возглавлял группу в отделе внутренних расследований ВКС Солнечной. Недолго это длилось, правда. А может, и хорошо, что недолго.
Но и без того... ничего хорошего. Почему-то здесь, в провинции, к судебным сканерам относятся с особенным придыханием. С опаской. Несколько имплантатов и сенсоров, невидимых внешне и не ощутимых в обычной жизни, могут сделать из человека изгоя. Даже на Визире все иначе было. Проще.
Что же, придется вернуться в офис...
Инспектор очень ждал гостя, даже выскочил встречать. Суетился, мял когда-то белую, а теперь песчаного цвета панаму. Красную его лысину покрывали капельки пота.
– Господин Дага! Как хорошо, что вы поторопились! Идемте!
Джет последовал за полицейским в темный и потому навевающий мысли о прохладе зев служебного входа. Обманчивое ощущение,- в здании лишь чуть свежей, чем на улице. Идущий впереди инспектор шумно пыхтел. Впрочем, на втором этаже все было по-другому. И на окнах исправно работали фильтры, и кондиционеры подавали в помещения прохладный воздух.
Их путь закончился перед пластиковой дверью, стилизованной под старину - с ручкой и петлями. Объяснялось это просто - такая конструкция муниципалитету обходится дешевле, чем чуть не ежемесячная смена механизмов самооткрывающихся дверей. Песок, однако...
– Свидетель, - спохватился инспектор, - некая Дана Тэн, артистка. Она вчера выступала в зале у Митчелла. Вы не были? Нет? А зря. Отличное было шоу... так вот. Раз уж мы честь по чести зафиксировали вызов...
Джет первым взялся за ручку двери, преградив тем самым собеседнику путь.
– Вы так мне и не сказали, что случилось. Чего она свидетель?
– Разве я не сказал? Простите мою рассеянность, господин Дага! Поверьте, я не со зла...
– И...
– Ах, да. Она утверждает, что вчера после шоу кто-то совершил самоубийство, выпрыгнув из окна ее гримерной. И я сам, и мои люди были на месте событий, но тела не нашли. Я спрашивал, не могло ли ей привидеться... или может, тот человек не насмерть разбился и ему кто-то помог уйти...
– Понятно.
– Джет толкнул дверь.