Danger
Шрифт:
– Нет, не рискованно. Я недавно нанес ей небольшой визит и сказал, что если она еще хоть раз подойдет к Келси, то я убью ее.
Мои глаза расширились от услышанной информации.
– Что?! – воскликнула я недоверчиво.
– Я был зол. – Джастин пожал плечами. Я нахмурилась, качая головой.
– Ты не можешь угрожать ей! Как это тебе поможет?
Брюс усмехнулся.
– Твоя малышка права, бро. Почему, чёрт возьми, она будет помогать тебе, после того, что ты сделал?
– Потому что если она умна, то не будет идти наперекор мне. Даже за решёткой, я могу превратить жизнь этой стервы в кромешный ад.
– Это не сработает…
– Может это и не сработает, если с ней буду говорить я… - Джастин повернулся ко мне. – Но может, если это сделаешь ты…
– Нет, - я покачала головой. – Я не хочу иметь с ней ничего общего.
– Да ладно тебе! Она все еще заботиться о тебе в какой-то нездоровой, извращенной мере, несмотря на то, что она сделала. Вы были лучшими подругами. Ты сможешь до нее достучаться.
– Но я ненавижу её, – пробормотала я.
– Малыш, я думаю, что моя проблема с копами важнее, чем твоя ненависть к Карли.
– Как скажешь, – пробормотала я.
– Это значит, что она это сделает? – первый раз за некоторое время заговорил Марко. Джастин ухмыльнулся и кивнул.
– Она это сделает.
– Я ещё не согласилась!
– Но ты уже подумала об этом, – указал он.
– Да, думала. Но это не означает, что я ответила, – нахмурилась я. Джастин пожал плечами.
– Это то же самое.
– Не совсем.
– Малыш, ты серьёзно? – Джастин зарычал, повернувшись ко мне лицом. – Ты действительно собираешься спорить об этом сейчас?
Я скрестила руки на груди и отвернулась от него. Джастин сжал переносицу, делая несколько глубоких вдохов.
– Она доведёт меня до сумасшествия.
– Я ещё здесь, если что! – прошипела я, поворачиваясь к нему лицом.
– И что? – сплюнул Джастин.
Я закатила глаза и отвернулась, не желая продолжать дальше разговор. Мой локоть стоял на ручке дивана, кулак был под подбородком, и я отказывалась быть частью этой беседы.
– Как бы я не хотел отрывать вас, но у нас есть еще одна проблема, – проговорил Брюс.
– Какая? – Джастин посмотрел на него.
– Удар по Люку придется отложить.
По моей коже пробежались мурашки, вспоминая те времена, когда Люк взял меня в заложники. Я перевела взгляд на Джастина, зная, что сейчас он, скорее всего, вскипал от злости, и я была права. Ненависть отразилась в глубине его шоколадных карих глаз. Тьма застилала его взор, его зрачки расширились и потемнели. Никто из нас не произносил ни слова, зная, что он на грани и если кто-нибудь сделал бы хоть что-нибудь отдаленно раздражающее, то это толкнуло бы его через грань.
Вдруг журнальный столик, вокруг которого мы сидели, перевернулся, и всё, что было на нём, оказалось разбито. Мы все вскочили, подняв глаза, чтобы увидеть, что это сделал Джастин. Пнув стол, Джастин ушел. Мы все молчали, не зная, что сказать или сделать. Я кусала губы, решая, идти мне за ним или нет. После нескольких минут рассуждений, я встала.
– Я, наверно, схожу посмотреть в порядке ли он…
– Не думаю, что это хорошая идея. – Джон схватил меня за запястье, прежде чем я сделала шаг вперёд к Джастину. – Дай ему немного остыть. Он сейчас находится под большим давлением, если ты не заметила.
Я кивнула и села обратно.
От лица Джастина:
Я чувствовал себя так, будто все и всё вокруг было против меня. С тех пор, как я облажался с Паркером, кажется, словно моя карма возвращается. Келси увидела меня, и пришлось убедиться, что она не расскажет копам. Брюс пытался упрекнуть меня, Кайла вела себя как сука, я, в конце концов, влюбился в девчонку, ставшую свидетельницей всего произошедшего. Люк пырнул меня ножом, а затем похитил Келси. Джейсон вернулся и напомнил о прошлом, я помирился с семьей, и вот все снова вернулось на круги своя.
Копы снова гонятся за мной, и я понятия не имел, выйдет ли что-то хорошее из моего плана заставить Карли помочь нам. В конце концов, эта стерва может отказаться и мне придется впутывать Келси или принять удар на себя и оказаться в тюрьме. Но, что подумают родители, когда узнают об этом? Простят ли они меня снова? Я покачал головой, эта мысль была наивной. Конечно, же, нет. Они будут ненавидеть меня, и кто знает, смогут ли они простить меня снова?